Феерическая Академия (СИ)
Я еще раз посмотрела на собственную линию дизайнерской одежды, валявшейся на полу, чувствуя, что при виде нее подкроватные монстры трясутся под своей кроватью так, что соседи уверены: у меня наконец-то появилась бурная личная жизнь!
Хрустальные каблуки издавали такой скрежет, что неподготовленному слушателю казалось это идет не хрупкая фея, а железный дровосек, волоча огромный топор по глянцевому полу. Маленький лыжник шел на мировой рекорд, прокладывая по полу новую лыжную трассу.
— Ой! – пропищали мыши. – Там такое! Тебя задушить хотят!
— За что?!! – удивилась я, глядя на мышиную панику, обсуждающую последнюю новость.
— Там целая очередь стоит! – тут же занервничали мыши, пока я пыталась понять, откуда столько желающих набежало. – Там такое твориться! Ему предложили тебя задушить!
Навострив хрустальную лыжню в сторону неприятностей, я решительно вышла из комнаты. Перед дверью его величества и самомнения стояла длинная трясущаяся очередь из стражников и слуг. Неужели мышки были правы, а слуги трясутся они от вожделения?
— Ты с ней разговаривал? – послышался голос, от которого очередь начала трястись сильнее. – Ты не так на нее посмотрел, что она расстроилась?
— Нет, ваше величество. Я на нее даже не смотрел, — глотал слова кто-то. Дверь открылась, а оттуда вышел стражник. Вместо него вошел другой.
— Мы тогда сделали ей замечание, что не стоило рвать цветы, не попросив у куста разрешения, — каялся стражник, а остальные обитатели замка опустили головы, словно прикидывая смету на похороны.
Что было дальше, я не расслышала, но стражник вышел бледный и нервный, оглядываясь по сторонам и ускоряя шаг по коридору.
— Я пытаюсь понять, что с ней происходит. Она ест. Слуги отчитались мне, что оставляли ей еду несколько раз. Она белее кувшинки, – произнес Оберон, а я услышала скрипучий голос Мелюзины.
— Она утверждает, что у нее… мыши, — проскрипела старая моль таким голосом, словно пора собирать моих родственников, чтобы сообщить им неутешительный диагноз. – Она позвала меня посмотреть, а мышей не было! Я вам крыльями клянусь. Заходим, а там тишина! Она меня еще догнала, притащила со словами: «Вот они!», а там… ничего!
Оберон молчал, а я вздохнула, прикидывая, как объяснить мышам, что Мелюзина уже старенькая, подслеповатенькая, и если мышки будут себя хорошо вести, то им светит в перспективе неплохое наследство.
— Поговорите с ней, — вздохнула тетя Зина. – Попробуйте мягче… Заботливей… Душевней…
Я вернулась в свои покои. Стоило мне закрыть дверь, как в нее постучали.
— Вам принесли платье! – послышался голосок, а я открыла, видя, как появляется сверкающее платье, а следом маленькая фея, которая его несла.
— Спасибо, — гордо ответила я, глядя на платье в аренду. – Но у меня свое! Уносите ваше «и бальное» платье!
Не люблю платья в аренду! Посажу на него пятно, а меня за это на кол посадят, порву его, и меня после порвут, как Тузик одеяло. Нет, спасибо, лучше уже в своем! Мало ли вдруг потом мне счет предъявят, а я себя лучше знаю! «За платье мы будем рассчитываться в натуральном эквиваленте!», - заметил внутренний голос, а я заинтересовалась, где у меня моральное ружье, чтобы пристрелить его. «Листиками! Как в детстве! Нарвем килотонны зелени и будем слюнявить!», - пояснил внутренний голос, играя на рояле в пышных кустах. «Ну если так…», - согласилась я, закрывая за служанкой двери.
Я присела на кровать, скидывая хрустальные галоши, как вдруг в двери снова постучали.
— Бал уже начинается! – оповестили меня, намекая, что мне уже пора. Я направилась к двери. Дзень! Я сначала не поняла, что произошло, когда меня повело куда-то в сторону. Я едва успела ухватиться за ручку двери и повиснуть на ней.
На правом туфле откололся хрустальный каблук. Ну как всегда! Я взяла палочку, поставила туфли на стол. Отошла от греха подальше и…
Туфли разлетелись вдребезги, а я лежала на полу с задранной юбкой и прикрывая лицо руками. Ничего себе!
На правой руке была кровь, а я вынула мелкие осколки, глядя палочку, которая сверкала, как ни в чем ни бывало.
— Ладно! – сурово заметила я, глядя на остатки туфлей на столике. – Где наша не пропадала!
— Ой, что сейчас будет! – запищали мыши, прячась по углам, пока я искала что-то похожее на будущие туфли. Сейчас-сейчас! На всякий случай я спряталась за кровать, высунув оттуда кончик волшебной палочки. Бам! Не получилось! Еще разочек!
— Бал уже начался! Вас ожидают в зале! – слышались за дверью встревоженные голоса, а мое «Сейчас-сейчас» на время отгоняло назойливых слуг, которые вскоре возвращались. Где-то вовсю играла музыка, а я, высунув от усердия язык, принципиально сражалась за право прийти не босиком! Не везет, говорите? А меня и не нужно везти! Я сама доеду! Еще одна попытка!
— Его величество требует, чтобы вас принесли на бал! – взмолилась служанка, скребя в дверь. – Он очень обеспокоен! Он сказал, что если через пять минут вы не явитесь, то он придет сюда лично!
— Сейчас-сейчас! – отозвалась я, с азартом принимая вызов магии. Ну-ка! Еще разок! Нет, я действительно буду скучать по этой волшебной непредсказуемости, но зато какая-то частичка меня отдохнет в унылой обыденности.
Раздался грохот, а наружу вылетели стекла, а стол с грохотом перевернулся. Мыши, которые при каждом взмахе прятались в убежища, высунулись посмотреть на масштаб.
— У вас что-то упало? – робко спросили слуги, пока я раздосадовано сопела. Что у меня могло упасть? Настроение, челюсть и экономика!
— О, это я просто решила припудрить носик, а у меня отвалился слой штукатурки. Не обращайте внимания! – елейно заметила я, снова подглядывая в бумажку с транскрипцией. Волшебные искры пролетели через всю комнату, а на меня смотрели два белых мохнатых тапка, напоминающих натянутых на ноги декоративных кроликов, напушившихся к зиме. Дальше тапочек прогресс не двинулся.
— Срочно, приходите! Его величество сказал, что вы – хозяйка бала, — прошелестели за дверью, а я плюнула на все и напялила на ноги пушистые тапки, прикрывая их подолом. Раз хозяйка, то почему бы не явиться в тапках?
Глава одиннадцатая. Узница королевской совести и бальное платье
Глава одиннадцатая. Узница королевской совести и бальное платье
Зал просто сверкал, а я едва ли не зажмурилась, глядя на роскошное убранство, сверкающие наряды гостей и подносы с блюдами. На длинном столе соблазнительно тянулись яства, стояли бокалы, похожие на лед, а гости смеялись, танцевали и веселились. Крылья фей пестрили яркими красками, мимо меня пронесли блюдо с мясом на тарелке в форме зеленого листа, обильно украшенное цветами и политое чем-то похожим на росу.
— Прошу, — вежливо предложили мне бокалы и закуску, пока я вежливо отбивалась от навязчивого сервиса. Желудок, уловив соблазнительные запахи, орал благим матом, а я рассказывала ему, как мы будем поглощать сосиски, намазывая их горчичкой и хрустеть запечённой курочкой. Итак, нужно набраться смелости, подойти и попрощаться.
— Вы слышали? – смеялись гости. – Она его расколдовала! Ну не без помощи крестной феи! Нет, ну не хотел жениться по хорошему, пришлось его заколдовать!
— Ну это же не любовь, — произнесла фея в зеленом, а узор ее крыльев напоминал добротный бабушкин ковер.
— Как говориться? Расколдуется, привыкнется, слюбится! – звонко рассмеялась фея в розовом, шурша роскошным многослойным платьем. – Ты, говорят, недавно замуж сходила?
— Не напоминай! Он у меня палочку похитил, а возвращать не хотел. Я ему сразу условие ставлю, мол, выйду за тебя, но брак продлиться ровно до тех пор, пока ты не захочешь увидеть меня обнаженной! Три года держался, а потом специально пришлось раздеться, пока он возле дома ходил! Он открывает двери, а там я! Ну все, прощай, любимый! Теперь я свободна! Еще бы! В то утро я нашла у него мою палочку! О, если бы вы знали, куда он ее засунул…
— О, какая прекрасная незнакомка, — послышался мужской голос, пока я навострила ухо, пытаясь разобрать, куда же засунул чей-то бывший муж волшебную палочку? Я осмотрелась по сторонам, но никого не увидела.