Феерическая Академия (СИ)

Феи совещались, просили показать деревья, думали, обсуждали, спорили, как вдруг раздался голос принца: «Я знаю этот лес!».
Я удивленно повернула голову, глядя на смазливые крылья и на принца, который присматривался к местности.
— Этот лес находится на границе моих бывших владений. У них еще единорог на гербе! У нас дракон, у них единорог! – произнес принц, прищурившись. Нефеясебе! Да он больше фея, чем я! Если это – тот единорог, о котором я подумала, то… Жаль, что Доротея так и не прислала мне ни одного письма! Иначе бы я была бы уже там!
— Единорог, единорог, что делать будете? Пешком пойдете? – спросила ведьма, оценивающе глядя на нашу компанию. – Ну как всегда! Среди роз один Барбос!
— А у вас нет письма оттуда? Желательно свежего, чтобы адресат был еще жив? – с надеждой спросила я, глядя на злую мачеху. Она встала, опираясь на ручку кресла, поковыляла к черным занавескам.
— Вот говорили мне, выбрось хлам, выбрось хлам! А если порчу на соседей наводить придется? Что тогда? – вздохнула ведьма, подзывая к себе принца. – Слышь, мотылек! Без дела ходишь и мотыляешь! Иди сюда, помогать будешь!
Принц подлетел к ней, а бабка отодвинула черные занавески. Столько хлама я видела впервые. Шкатулки, коробки, пыльная корона, чучело вороны, свертки, свитки, мотки…
— Коробку вон ту достань! – скомандовала злая мачеха, а принц приподнялся в воздухе и снял коробку. – Да аккуратней! Не урони ничего на меня! Я еще правнуков понянчить собираюсь!
В огромной коробке лежали пыльные свитки. Ведьма уселась в кресло, поставила коробку себе на колени и принялась разгребать.
— Вот, держите! Приглашение на свадьбу! – протянула она свернутую бумагу с печатью. – Мы не пошли, но подарок подарили. Жизнь я им подарила. А то что-то мне этот дракон не нравится! Думала, что сейчас всех завоевывать будет! А я слишком стара, чтобы с драконами в постели воевать. Навоевалась уже…
Я развернула приглашение, чувствуя, как дрогнуло сердце. Неужели все так плохо, что Доротея не написала мне ни одного письма? Они свадьбу еще отдельно праздновали, гостей собирали… Я переживала, что заклинание спало, что дракон снова взялся за старое.
— Спасибо, — прошептала я, требуя, перо и бумагу. Я зарисовывала примерный маршрут через лес, отмечая достопримечательности в виде развилок, странных камней и деревьев. – Я пойду! Сделаю все, что смогу! Но на всякий случай прощайте!
— Мам! Ты куда без меня! – послышался жалобный голосок, а я посмотрела на огрызок яблока и мышонка, которые лапками умывался. – Я с тобой!
— А если я погибну? – строго спросила я, глядя на Павлика. – Нет, ты остаешься здесь! Ладно, я ухожу… Пожелайте мне удачи. Я честно попробую достать этот цветок.
Феи бросились меня обнимать, а я чувствовала, что вся в блестках и волшебной пыльце.
— Береги крылышки! – шептали они, а принц сгреб меня в охапку, заглядывая в декольте. – Я пойду с тобой!
— Ой, нет, спасибо! – отмахнулась я, понимая, что нескоро с ним пойду в разведку. – Постараюсь сама справиться. Вы сидите здесь.
Феи вышли из комнаты, принц задержался в дверях, но я его тоже выпроводила пинком. Так, а как я буду возвращаться? Где-то в комнате у меня нарисовал символ. Так что я на всякий случай возьму с собой несколько вариантов. Я скребла пером по бумаге, выводя сердечко с буквой «Л». Вот теперь я готова! Палочка прикоснулась к бумаге. «Перенеси меня к ним!», - прошептала я, чувствуя, как крылья поднимают меня в воздух.
— Эх, молодежь, — произнесла злая мачеха, глядя на то, какие пируэты я выделываю под потолком. Она подошла к зеркалу, поправила прядь седых волосы и спросила: «Зеркало-зеркало на стене, кто самая лучшая бабушка в этой стране?».
Меня дернуло в последний раз, а потом уронило на ступени замка… В прошлый раз они были устланы красной ковровой дорожкой, а сейчас просто подметены. Я взбежала по ним, видя стражников, стоящих в почетном карауле.
— Я к принцессе и дракону, — с порога заявила я, протискивая внутрь. Меня встретил пустой знакомый зал, восстановленный витраж, пропускающий дневной свет, два выхода из зала и отреставрированные колонны.
 
— Есть здесь кто? – спросила я, в надежде, что кто-то откликнется.
— Королева вернулась! – послышался голос слуги, а я выдохнула с облегчением. Помнят, не забывают. – Сообщите всем, что королева вернулась!
Все вдруг забегали вокруг меня, а я смотрела на два трона. Как же я переживаю по поводу заклинаний. От Доротеи ни ответа, ни привета…
— Мама! – послышался голос, а она бежала ко мне, такая повзрослевшая и… слегка беременная. Ну как слегка? Уже не слегка. Автор скромно стоял позади нее и улыбался. – Мамочка вернулась! Зовите папу! Быстрее! Мама вернулась!
Я осторожно обнимала Доротею, которая повисла на мне, терлась об ее волосы, слушая рассказ о том, как счастливо они живут. Что наконец-то закончились бесконечные войны с соседями, что папа слегка приболел, что она писала мне каждый день…
Так, а где моя гора писем? Я убью этих птичек и мышей! Мышей на хотдоги, птичек на гриль! Тут ребенок извелся, а ему изводиться никак нельзя.
— Мне нужна Крейддилад, — я подошла к огромному и суровому дракону, который смотрел на меня с высоты птичьего помета. – Вы мне поможете?
— Нет, — произнес дракон. Доротея бросила укоризненный взгляд на мужа, а тот отрицательно покачал головой. – Я не стану тебе помогать.
— Ну пожалуйста, — во мне снова проснулся зверек наныл, а глаз сурового дракона дрогнул. – Ну очень прошу…
Я даже шмыгнула носом. Зверь наревел уже стоял наготове, разминаясь перед тем, как впиться в нежную мужскую психику. Что-то мне подсказывает, что зверек наныл – это отнюдь не редкое нервопитающее. И зря я его собиралась заносить в красную книгу! Доротея смотрела на него таким же нанылом. Правильно, милая! Сейчас стайка нанылов набросится и растерзает свою упрямую добычу.
— Сначала выслушай, а потом решай сама, — сдался дракон, не желая связываться с такими опасными и коварными нервоядными. – Я никому и никогда не рассказывал правду о том, как стал рабом у собственного брата… Я помню, как мы сумели запереть драконов, которые терроризировали королевства. А после этого между нами с братом пробежала трещина. Брат постоянно твердил, что мой народ обижает его народ. Зато я прекрасно знал, как его народ, обманывал мой. Как бы я ни пытался сгладить ситуацию, люди и волшебный народ не прекращали своей вражды. И тогда брат, чтобы устрашать мой народ создал Оберона. Я впервые видел настоящее чудовище. Оно убивало без разбора, стоило лишь Ллуду приказать, как Оберон уничтожал все живое. Мои люди боялись его, но я мало что мог поделать, пытаясь решить извечный спор миром.
Где-то я уже слышала! Да, Оберону лучше не предоставлять рекомендации с предыдущего места работы. Во избежание!
— А потом чудовище влюбилось. Чудовище стало милосердным и даже справедливым. Вместо того, чтобы уничтожить всех, оно стало разбираться, искать виновных. И это не понравилось Ллуду, куда больше, чем то, что чудовище полюбило его единственную дочь. Тварь для устрашения превратилась в человека. Да, его все еще боялись. И до сих пор боятся. Но Ллуду этого было мало. Он жаждал вернуть все на прежние места. Тогда он пришел ко мне, как приходил всегда, когда ему нужен был совет. Ллуд не знал, что делать. И я предположил, что никакой любви не существует на самом деле, что его дочь просто захотела стать взрослой. То, что ей было уже несколько тысяч лет, отца ничуть не смущало. Он продолжал считать, что ничего сложней венка ей доверить нельзя, а на каждый день рождения дарил цветы и кукол. Крейддилад для него была вечным ребенком, а он просто не хотел ее отпускать. И теперь, когда в ее жизни появился Оберон, она наконец-то почувствовала себя взрослой. Я сказал ему, что он просто ревнует свою дочь, и не дает ей право на собственную жизнь. И дочь его за это ненавидит. «Ты хочешь сказать, что моя дочь больше меня не любит?», - разозлился Ллуд. – «Я пришел для того, чтобы услышать мудрый совет от брата, но вместо этого слышу нравоучения о том, как правильно воспитывать детей! Я не верю ни единому твоему слову. Моя Крейддилад не может меня ненавидеть! Она – все, что у меня есть!». Спор перерос в магический поединок. Я щадил брата, а он меня нет. «Если бы не бесчинства твоих людей, то Оберона бы не было!», - кричал он. – «Это все ты виноват! Если бы его не было, то Крейддилад никогда бы не полюбила его!». Я помню последнее заклинание, а потом … потом было только его слова и воля. Огромное королевство людей распалось на мелкие королевства, а я стал рабом собственного брата. Еще одним чудовищем, которым пугают детей!».