Манекен за столом (СИ)

— Я, в общем, лучше. — Он поманил меня несколькими быстрыми движениями, огляделся и проникновенно заговорил:
— Знаешь, я был очень пьян тогда и принял всё за спектакль. Все лежащие на полу были ужасно похожи на муляжей.
— Да?
— Да. Это страшное дело. Я был так пьян. Ну, веришь ли, будто я сплю и вижу сон. Будто я среди чучел.
— Ты, видно, здорово был пьян, — заметил я.
— Верно, — радостно сказал Фат. — Но на ногах-то я стоял. Меня ожгло, а я не почувствовал, только вижу, женщина у ног лежит, волосы, понимаешь, белые, и красная краска их испачкала и слепила. — Он придвинулся ко мне. От него исходил знакомый запах. Увечный Фат, дошло до меня, он опять пьян. — Я на это не повёлся. Физически нас ничего не коснулось. Значит, ничего не было. Одно впечатление. Фикция. А это — труха. Можно пренебречь. Я могу сказать одно. Все были ужасно похожи на муляжей. Поэтому меня и не проняло. Пик, я тебе вот что скажу. Жизнь такая глупая штука. Такая уязвимая. Серьёзно к ней относиться… Смешно! Такое, как с Коркой, со всяким могло случиться. Я был рядом, ты… Не повезло. Нам всем фатально не везёт. У меня всё из рук валится. На самом деле я ничего не умею делать. Будто секрет, что у меня получаются одни паршивые уроды. Я люблю указывать, что делать. Но кто мне здесь это позволит. У разболтанного Тугодума с первого раза ничего не выходит. А нужно сразу и набело. Без плодотворных опечаток. А что за жизнь без повторения того, что было.
Он прикрыл один глаз и выпил.
— Офис безграмотен совершенно, зато до самозабвения любит водить пером по бумаге. А кто нормален? Кто эталон? Где эта твердыня шкала? Мы страстно хотим того, чего в нас нет. Попробуй в каждом разглядеть его способности. Нам нужны другие условия, — грустно заключил Фат. — Когда любое действие, как единый порыв, достигает цели. — Он наполнил рюмку и приподнял её. Я машинально кивнул.
— Мне пора, — сказал Фат. — У Нектар званый ужин. Для всех неудачников, куда стекутся все сливки общества. Пик, я рассчитываю на тебя.
Жертва обстоятельств по-дружески и в то же время церемонно распрощался со мной.
Всех ждёт успех в изменчивой среде, где первых не отличить от последних. Как ни раскручивай колесо, сердцевина остаётся неподвижной.
— Рад тебя увидеть, Пикет.
Метод Абсурд улыбался так, будто был страшно рад.
— А у меня сегодня собираются, — сказал Абсурд. — Приходи.
Он смешался с толпой.
Компания у Абсурда собиралась самая разношерстная.
В его просторном доме происходило множество историй. Кто-то начинал выяснять отношения. Кто-то напивался. Лагуна не упускал случая напиться и выяснить отношения.
Все разбредались по большому дому, не обращая внимания на хозяина. Казалось, он совершенно беспечен.
Все вели себя свободно и независимо. Казалось, Абсурда это целиком устраивает.
В последнее время у него собиралась странная компания. Сироты обсаживали Абсурда и слушали его, не перебивая, и как-то немного страшно за него становилось, он был весь нараспашку, а восходящие звёзды — себе на уме.
Они не принадлежали к высшему свету, как семьи Витамина, Корки и Фата.
У них никого не было. Бездарны они были до слез. Их целью было совершенство.
Стало известно о планах благоустройства побережья. Крайний беспорядок везде. Маньяки примерились к заброшенному строительству, считая его уродливым пятном на лице нашего побережья. О нем не вспоминали, и даже бродяги избегали его.
Дома Ореол металась возле своего бунгало.
Мимо меня торопливо, насколько это было возможно, просеменила кухарка Экзотика с подносом, уставленным посудой. Она сообщила, что мать уехала на курорт, а у Ореол вечером гости.
Вопрос с развитым Абсурдом будто бы решился.
В комнате появилась Ореол.
— К тебе приходила девушка.
— Кто?
Она приподняла плечи и изможденно развернулась в дверях.
— Слушай, а где Витамин? Я ему звонила, и никто…
— Так, — сказал я. — Иди.
— Она красивая, — сообщила Ореол и удалилась.
Дар? Они уехали. Вся эта столичная компания. И эта девушка, Топ. А может, это она? Я подумал и решительно отмёл эту догадку. Они уехали.
 
Я попытался вспомнить Топ. Да, она была красивой. Даже очень. Девушка, которая кажется недоступной.
Заглянула Ореол.
— Иди, девушка.
— Где девушка? — Я встрепенулся.
— К телефону иди. Она не представилась. — Ореол проводила меня насмешливым взглядом.
В трубке был голос Витамина.
— Может, я не туда попал? Странно. Не желает говорить. Вот скотина.
«О ком это он?» — подумал я.
— Говоришь, девушка ответила? Мне на его сестрёнку попадать нельзя. Позовёт, точно? Ладно… Я, конечно, немного виноват, но… Слышишь меня? Пик! — Видно было, что Витамин здорово обрадовался. — Как твои дела? — озабоченно поинтересовался он.
— Ты где? — Я пропустил его вопрос мимо ушей.
— Хорошенький вопрос! — Витамин громко расхохотался. Слишком громко. — Я в такой шахте, что тебе и не снилось. Да, кстати, — он перешёл на небрежный тон, — со мной Дар, мы тут прокатились, позагорали.
— Я думал, она уехала.
— Да нет, всё нормально… она со мной. Дар вздумалось показать мне дом, как замок, в котором никто не живёт. Бред какой-то. А наша машина сломалась.
— Вы на машине?
— Это её машина, — пояснил Витамин. — Мы застряли в песках. Здесь повсюду песок. В этой всеми забытой дыре есть отель, вернее, так это логово называют местные кочевники. Одни кочевники и верблюды. Двух слов связать не могут.
— Кто, верблюды?
— Кочевники. Но пьют, как верблюды. Наверно, для дезинфекции. Пока объяснялся с ними, сам на ногах не стоял. И везде песок, — снова пожаловался он. — В ванной по колено. Двери не закрываются. Где этот дом, Пик?
— Нет никакого дома, — сказал я, помедлив.
— Как… — растерялся Витамин. Потом разозлился. — Что значит — нет? Ты хочешь сказать, что Дар всё выдумала?
— Это совсем в другой стороне.
— Как это — в другой стороне? Что она — стороны перепутала?
— Выходит, что так. Не всем дано так ориентироваться, как тебе. Она всё напутала. Это в другой стороне. Есть там такой… заброшенный сарай.
Дельный Витамин подавленно молчал. Потом сказал с некоторым вызовом:
— Она описывает целый дворец.
— Ей показалось, — скромно сказал я. — Игра воображения. Не более того. Усёк?
— Шутишь… — прошипел Витамин, как спущенное колесо. — А я здесь маринуюсь. Ты серьёзно?
— Я не я буду, — сказал я с долей легкомыслия. Я услышал, как он спрашивает Дар, всё ли она поняла.
— Дело дрянь, — вернулся он к разговору со мной. — А хозяин отказывает нам в кредите. Это мне, прикинь, да?
— Посули ему верблюда.
— Издеваешься. Ладно. Знаешь, я хотел предупредить, что уезжаю… Не рассчитал.
Это точно, подумал я. Это ты чистую правду говоришь. А так бы я продолжал пребывать в уверенности, что у Витамина неотложные дела, а не увеселительная прогулка с моей девушкой.
— Считается, что она гостит у…
— Ясно-ясно. Как вас найти?
— Найдёшь, — буркнул Витамин. До него только сейчас дошло, в каком положении он оказался. Роль спасаемого, вызволяемого была явно не по нутру его независимой, кошачьей натуре. — Добираешься до курорта. Сворачиваешь.
— В какую сторону?
— В пески! Не в море же.
— Да, верно.
— Потом едешь, едешь. Едешь прямо.
— Прямо? — уточнил я.
— По дороге прямо едешь! А так она петляет. Потом стоп. Отель. Просто, не так ли?
— Пожалуй, — согласился я. — Занесло вас. А это действительно отель?
— Наверху пустые комнаты. Внизу торгуют самогоном. И солёными ящерицами. На, хочешь, поговори с Дар. Она так и рвётся.
— Привет, Пик! — сказала Дар. — Голос у неё звучал весело. — Витамин немного преувеличивает. Кормят здесь вполне прилично, и выпить есть что. Тебе бы понравилось.
 
— А как насчёт барханов в ванной?
— Не без этого. Пустыня всё-таки. А двери здесь не закрываются, потому что и так дышать нечем. Вообще-то здесь ужасно. Хочу домой. Мы на тебя надеемся. Как там наша малышка?