Воин в осаде (СИ)

Тупик.
— Четыре старых СЭД-а «Кагура-3», — тем временем перечислял Ятагами, — около пяти сотен пехоты с автоматами и гранатами, около двадцати представителей аристократических семей, которые могут использовать техники в бою. Малый разведывательный высотный дирижабль «Куджира-3Е». Еще мои люди в Фукуоси сказали, что вроде бы в разговорах солдаты упоминали минометы. Американские минометы.
— Еще хуже, — заключил я, закуривая, — Но почему вы назвали эту ситуацию осадой, а не блокадой, Ятагами-сан?
— Потому что мои дозорные на скалах уже третьи сутки докладывают, что неизвестные лица малыми группами стягиваются к входу в долину, — хмыкнул полковник, — Но я ожидал попытки быстрого штурма силами какого-либо малого рода или клана, но никак не подчиненных даймё.
— То есть этот даймё бунтовщик? — простонала расползшаяся по столу рыжая воительница.
— Безусловно, — скупо кивнул полковник, — Шесть сотен солдат… либо он стянул войска со всей провинции, что совершенно неразумно, либо это его собственный резерв, которого у него быть не может! Но… атаковать Фукуоси без однозначного распоряжения из Токио мы не можем. Не говоря уже о том, что нам просто нечем это сделать, если забыть о вашем стальном самурае, а его для превентивного удара применить немыслимо. Это при самых небольших усилиях со стороны даймё будет расценено в стране как бунт.
Мы погрузились в тяжкие раздумья. Мне лично стоило срочно бежать в Холд, чтобы приступить к тренировкам с «Паладином», но бросить ситуацию без какого-либо предложения я просто не мог. Полковник связан по рукам и ногам, пока в долине не звучат выстрелы. Регина бессильна, пока поезда с рекрутами и снаряжением стоят на этой чертовой Фукуоси. Кроме того…
— Мы не знаем, из-за чего даймё так осмелел, — наконец, выдохнул я, — Боюсь, что у него есть поддержка со стороны. В виде добравшихся уже сюда демократов. Мы не знаем, что ожидать от американцев…
— А их здесь нет, — раздался слегка знакомый голос. От стены, приобретая объем, форму и цвет, отделилась фигура, быстро превратившаяся в сильно помолодевшего Ирукаи Сая. Не обращая внимания на выхваченный мной «пугер», кицуне продолжил серьезным тоном, — Ты забыл о тануки, Эмберхарт-кун. Думал, можно спокойно выгнать несколько кланов Иных из насиженных мест?
Выглядел не такой уж и старый лис уже лет на пятьдесят. Седина из его волос почти исчезла, заменившись чернотой здорового молодого волоса, плечи расправились, а физиономия, бывшая ранее высушенной и хитрой, теперь стала хитрой и самодовольной. Проще говоря, Сай стал раздражать сильнее.
— Потом-потом! — примиряюще выставил он вперед ладони, видя, что я и Рюока боремся с искушением нажать на спусковые крючки. В руке ветерана тоже поблескивал небольшой пистолет со странно вытянутым дулом. Кицуне тем временем продолжал, — У клана Ирукаи с Эмберхарт-куном союзный пакт! Я бы смог выскользнуть, чтобы затем постучаться в дверь, но это заняло бы полчаса, а то и весь час! А мои новости весьма горячие!
Пришлось прощать, но лишь после того, как бывший глава академии эти новости изложил. Дела оказались плохи. Застопоренный силами даймё состав вёз персонал и строительные материалы для укрепления обороны Камикочи. Это была хорошая новость. Плохая же заключалась в том, что засевшим в Фукуоси военным стало известно о следующем составе, который уже вышел со станции Юмиока по направлению к Фукуоси. Он вёз трех инквизиторов, несколько бывших преподавателей Гаккошимы и несколько сотен женщин, рекрутированных сёгунатом на военную службу.
Человек, управляющий силами даймё, откровенно не горел желанием лезть на закрытую со всех сторон долину, где на единственном входе и десяток автоматчиков смогут положить под сотню народа, которому придётся штурмовать после пробежки в 2 километра по чистому полю. Но если пустить перед штурмовиками несколько сотен женщин, то ситуация сразу радикальным способом изменится.
— То есть, вы хотите сказать, что нас собирается атаковать, прикрывшись мясным щитом из наших собственных рекрутов, а мы не можем использовать «Паладин» или силы Рейко, потому что меня могут обвинить в нападении на силы даймё, которые самым легитимным образом досматривают состав в его провинции? — раздраженно резюмировал я.
 
— Когда они начнут штурм, вы с чистой совестью сможете раздавить их командование и СЭД-ов, управляя «Паладином», — хмыкнул Ятагами, — Скорее всего, после такого маневра, у нас просто прибавится рекрутов.
— К этому времени инквизиторы будут мертвы, — подняла голову Праудмур.
— Скорее всего…
Обсуждение застопорилось настолько, что я командирским произволом перевел его вторую часть в Холд, куда мы вызвали капитана Зедда, заранее предупредив наемника о том, что на вверенной ему территории уже наблюдаются кое-какие силы противника. По дороге домой, Ирукаи поделился еще одним кусочком информации, что придержал лично для меня — у правителя провинции в пленниках значились никто, как семья Перрсонов.
Теперь картина стала более-менее ясной. Шведы были о многом в курсе, прожив так долго рядом со мной. Можно сказать, практически обо всем, что может узнать посторонний человек, наблюдая за происходящим вокруг. Они знали о прискорбно низком количестве моих людей, знали о том, что я делал в долине, видели вышедший из строя «Свашбаклер». Единственное, о чем они не могли быть в курсе — так это о том, что на моем красном дирижабле сюда прибыл «Паладин», с которым они разминулись буквально на полсуток.
Только вот, был ли он.
— Господа, дамы, — обратился я ко всем, собравшимся в комнате. Состав совета пополнился капитаном «Рыжих псов» и парой его советников, как и заинтересовавшейся происходящим Рейко, — У вас не так много времени, чтобы найти решение для возникшей ситуации. Поезд с женщинами прибудет на Фукуоси завтра в 10–11 часов дня. На этом я вас покидаю, но буду недалеко.
— Что?! — вопрос, казалось, исходил аж от четырех человек.
— Я должен немедленно определить уровень своих навыков использования «Паладина», — счел я нужным внести ясность, — Он — наш единственный козырь.
— «Паладин» на краю мира? — раздался мне вслед удивленный голос Фридриха Марии Зедда, — А мне казалось, что я видел уже всё.
Влезать в сложный и необычайно тонко реагирующий на изменения в ауре пилота СЭД было далеко не самым разумным решением, особенно пребывая в текущем эмоциональном раздрае, но особого выбора у меня не было. «Переключиться» в рабочий режим поначалу у меня вышло просто за понимания, что я должен как можно скорее отойти от Холда, чтобы ЭДАС-ы силового доспеха не устроили Ирукаи Саю инфаркт среднего возраста. А затем, после того как «Паладин» смог отбежать, и даже спрыгнуть с возвышенности, на которой была моя новая недвижимость, всё пошло кувырком.
Точнее, покатился я сам, чертыхаясь и скрипя зубами, вздымая клочья земли и ломая тонкие деревца. Потом были несколько минут, в течение которых я поднимал доспех, пытаясь заставить встать его на ноги. Ощущения были отвратными. То место в моей энергетической системе, где давным-давно устроился Эйлакс, было деформировано демоном под его нужды. Я привык к этой деформации и не ощущал её раньше, но теперь, когда он ушёл, она чувствовалась рабочей, но чуждой частью моего «я». Это очень отвлекало.
Доспех шёл как пьяный, цепляясь за деревья руками, но я упорно продолжал двигаться, стараясь как можно сильнее отстраниться от сознательного управления механизмом. Это работало раньше и должно было сработать сейчас. Много. Однообразных. Движений. Здесь и сейчас. Вспоминать, повторять, отстраняться. Допускать ошибки. Повторять цикл. Повторять, пока ошибки не исчезнут, пока деформированная аура не «забудет» демона.
 
С тануки была допущена… наверное, стоило бы сказать «ошибка», но это была не она. Я действовал максимально эффективно, чтобы убрать мешающий фактор из долины, в чем преуспел. О чем в тот момент не думалось, так это о том, что пять или шесть тысяч Иных являются обузой, паразитами и наркоторговцами только пока сидят в долине. Из головы совершенно вылетела одна особенность местного японского менталитета — чувствуя себя слабым, свободный ищет сильного и предлагает ему свою верность за покровительство и месть. А такое количество Иных, умеющих менять облик по своему желанию — это настоящее сокровище. Шпионы, воры, посредники, актёры… да хоть элитные бордели из них составляй!