Влюбить и за борт! (СИ)
Пролог
Иногда жизнь подкидывает тебе такие приключения, что выход из них один — бежать! И я сбежала! Правда, со свадьбы. И не без помощи. Ой, лучше б я замуж вышла! Спасение приплыло на пиратском корабле, названном … в честь меня! Кто ты? И зачем я тебя понадобилась?
Пролог
В полдень с борта сойдут матросы
И, выбрав для казни тенистое место,
Схватят вас, и ко мне на суд,
Закованных в кандалы, приведут.
И спросят: "Кого обезглавить, невеста?"
И в гавани тишина водворится,
И я с улыбкой отвечу: "Всех"…
…И меня унесет
Быстролетный красавец
С полусотней орудий,
О восьми парусах…
Курт Вайль — "Трехгрошовая Опера"
— В этот чудесный, радостный день, я хочу объявить вам об объединении двух королевств! О вечном мире и согласии между Ивернесом и Ратенборном! — торжественно произнес старый церемониймейстер.
Гости на свадьбе тут же притихли. «Тише! Началось!», — послышалось шипение среди стада почетных гостей.
Волны бились о борт корабля. Они разбивались белой пеной. Над головой кружились крикливые чайки. Небо было ясным-ясным. Солнце уже устало за день поползло в сторону горизонта.
— Две могучие морские державы объединяют свой флот для борьбы с пиратством! Для безопасности в морях! Для защиты торговых путей! — голос старого церемониймейстера уносил ветер. — Ради мира после долгой кровопролитной войны!
Перед стариком лежала огромная старинная книга. Морской соленый ветер шелестел древними страницами. Ветер трепал нарядные ленты и белоснежные цветы. И хулигански сдувал закуски со столов.
Гости откровенно зевали и перешептывались. Кто-то даже зевнул с завыванием.
И тут резко грянул гимн нашей страны. Гости со стороны жениха подскочили и дернулись. Они были непривычными к нашему достоянию. Когда гимн играют на похоронах, иногда встают даже покойники.
— Принцесса Ивернеса, герцогиня Лисанда и окрестных земель, Крессида Лаура Филиппина Мариэль Сюзанна …
Я глубоко зевнула и сплюнула вуаль. На мне было ужасное белое потное многоярусное платье с тугим корсетом. Внутренности просились наружу. Я старалась дышать размеренно.
Моя главная задача — потерять сознание уже после слова: «Да!». Не раньше.
На голове у меня была прическа, которую крутили весь день. Я назвала ее нежно. Гнездо для короны. Корону я имею право надеть только после свадьбы.
К прическе присматривались чайки. У семейной пары чаек были серьезные намерения. Они решили отложить в уютном гнездышке моих волос яйца. И в будущем вывести крикливое прожорливое потомство.
Служанки отгоняли их руками и криками. Но чайки, видимо, уже дали имя первенцу. Поэтому отступать не собирались.
Все тело зудело от кружавчиков. За мной тянулся шлейф. Он спускался по ступеням в трюм. Если кто-нибудь видел, где он заканчивается, буду рада узнать.
Чайка сбросила обед прямо на страницу церемониальной книги. Хоть кто-то выразил мое мнение по поводу моей собственной свадьбы!
— Кровопролитная война между нашими державами должна завершиться сейчас! Мы скрепим мирный договор королевской свадьбой! — выдохнул церемониймейстер. Он перелистнул страницу.
Служанка поправляла мой букет. «Я так за вас рада!», — заискивающе улыбнулась она. Но ей показалось мало. Она посмотрела на меня грустным взглядом. Попрощалась. Еще бы! До меня у принца было четыре жены. Поэтому казнь очередной будущей королевы плотно вошла в культурную программу Ратенборна.
Морской ветерок шелестел моими цветами и платьем. Сердце наполнилось отчаянием. Под торжественную музыку я сделала неуверенный шаг вперед. Впереди вприпрыжку бежали две девочки в белом. Они вдвоем несли огромную корзину с лепестками роз. И разбрасывали их на ковровую дорожку и осыпали гостей.
Гости обернулись ко мне и тут же заулыбались. Возле церемониймейстера стоял принц.
Позавчера мне прислали портрет жениха. На коне. Как полагается. Конь показался мне таким симпатягой по сравнению с принцем. И я сказала, что согласна на королевского коня! Но моя семейка моих симпатий не разделила.
— Принц Ратенборна, герцог Лисанда, Аугуст Фредерик Фердинанд Людвиг Джеральд Тринадцатый! — прокашлялся церемониймейстер. Он вытер пот платочком.
Гости зашуршали, пока я двигалась в сторону принца. Да, тринадцатый — не самый удачный выпуск. Есть еще пятнадцатый. И так далее. Всего четверо. Перестраховались, как могли. Говорят, что был еще и четырнадцатый. Но до свадьбы он так и не дожил. Отравили заботливые придворные.
Я подошла к будущему мужу. Одного взгляда было достаточно, чтобы в горле встал ком. Если дети пойдут в него, я отказываюсь чеканить их профиль на монетах! Одного вдоха его парфюма хватило, чтобы повернуть время вспять предвестников конца света.
Напомаженный, наглаженный, как кот, принц стоял в парадном мундире. Пуговицы сверкали наперегонки с ранней лысиной. Лысина побеждала.
— Мы собрались здесь, чтобы объединить священными узами брака … — начал церемониймейстер.
Я сжала букет посильнее. «Хоть бы случилось чудо, и свадьба сорвалась!», — взмолилась я, глядя на горизонт.
— Согласны ли вы, принц… — продолжал церемониймейстер.
— Да! — громко ответил принц. Он улыбнулся, и мне стало дурно.
— Согласны ли вы принцесса … — монотонно читал церемониймейстер.
— Да, — прошептала я, уставившись в букет белых роз. «Хоть бы что — нибудь случилось! Хоть бы он на солнце перегрелся!», — едва слышно взмолилась я. На горизонте было чисто. Ветерок задувал мне под юбку.
— А теперь скрепите поцелуем первую кля… Ваше высочество! Что с вами? — церемониймейстер оборвал речь на полуслове и бросился к принцу. Гости позади нас зашуршали. И тут же повскакивали с мест. Послышался «бух!».
Чайки дружно ржали на мачте. Одна из них стащила пирожное со стола.
К принцу подбежали слуги. Они попытались его поднять. Я сделала шаг в сторону. И я — не я. И принц — не мой. Я вообще его в первый раз вижу! Портрет не в счет!
— Увы, но принц скончался! Перегрелся на солнце! Сердце не выдержало! Мои соболезнования! — фальцетом выдал дрожащий целитель. Он скорбно посмотрел на короля и королеву Ратенборна.
— Спустить флаг! — приказал бородатый капитан. — В знак траура!
Все опустили глаза, почтив минутой молчания смерть наследника престола. Я стояла ни жива ни мертва! Как же так? Какое совпадение! Хоть бы свадьбу отменили! Я не хочу замуж! Не хочу!
— Свадьбы не будет, — с сожалением предположили гости. Тело принца с почестями уносили в трюм. Гора свадебных подарков сверкала на солнце золотыми обертками.
Мой маленький и кругленький отец встал, пытаясь унять гул расстроенных гостей. «Успокойтесь!», — кричали слуги, бегая между рядами.
— Начинайте церемонию сначала! Нам нужен этот мир! Ведите нового принца! Будите! Поднимайте! — заорал седой и костлявый король Ратенборна.
Он ткнул пальцем в еще одного сына. Тот расплылся по скамье. В глазах разбуженного наследника читалось: «Где я?». Изредка мелькало подозрительное: «Кто я?». И другие интересные вопросы, которые приходят в голову после нескольких бочек вина.
Были и хорошие новости. Я должна была стать его первой женой. И у него на голове были волосы.
— Невеста, прошу вас, вернитесь в начало дорожки, — занервничал церемониймейстер. Он тыкал пальцем в лепестки. — Собирайте! Начинаем церемонию сначала!
Гости успокоились и уселись на места. Особо чуткие гости выразительно вздохнули. Девочки сгребали лепестки и бросали их обратно в корзину.
— Принц Ратенборна, герцог Арбелла, Аугуст Фредерик Фердинанд Людвиг Джеральд Пятнадцатый! — торжественно объявил церемониймейстер. У королевских династий с фантазией всегда туго.
Принц сопротивлялся: «Уберите руки!». Он был еще не в курсе, что стал первым в очереди на престол. До него пытались донести эту мысль. Принц пытался драться. Он ругался и ныл одновременно. Некоторые мужчины умеют так.