Влюбить и за борт! (СИ)
Со слезами на глазах я осмотрела комнату. Первым бросилось в глаза огромное трюмо. На сундуках лежали платья, короны, украшения. У меня был выбор — отдаться, как принцесса, официальное лицо. Или как маленькая, запуганная девушка — простолюдинка.
Я сняла с себя платье, бросила его на пол. В зеркале отразилось мое белье с гербом Ивернеса. Я достала самую большую корону из груды сокровищ. И напялила ее на голову.
До этого момента я ни разу не попадала в плен! Я просто не знаю, как себя вести!
Не знаю, кто придумал эту глупую традицию для пленных принцесс. Но если этого требует этикет, то придется! Я привыкла к тому, что традиции нужно соблюдать. И малейшее отклонение от этикета чревато дипломатическим скандалом. Меня с детства учили даже дышать по этикету.
И тут я испугалась, что корона упадет в ненужный момент. А она должна продержаться на мне до конца! Это честь и достоинство пленницы Ивернеса! Я не должна ее уронить!
Продетая веревочка и бантик на подбородке гарантировали, что корона не слетит.
Среди тюков сверкнуло что-то маленькое. Я протянула руку и подняла губную гармошку. А я умею на ней играть! Правда, чуть-чуть!
Странно, но как только я стала учиться играть на губной гармошке, ее тут же запретили во всем Ивернесе.
Я вытерла ее об себя. И тут же засунула в рот, издавая жуткий грустный звук.
Мне казалось, у меня получался гимн Ивернеса! Первые три ноты точно! Петь принцессе нельзя. Это противоречит этикету. А вот про игру на музыкальных инструментах никто не говорил!
— Фы-ы-ыр! — выдала я, сплевывая набежавшую слюнку. Ничего, главное — практика.
Дверь распахнулась со словами: «Где моя прекрасная принцесса?».
Я стояла в короне. В белье с гербом. И губной гармошкой во рту.
— Что это значит? — обалдел пират. Он даже прищурился на меня.
— Вы собрались меня насиловать и лишать чести, — торжественно произнесла я, как подобает принцессе. — Помните, что я — принцесса Ивернеса. И в моем лице вы насилуете и лишаете чести все государство!
— Может быть, я и собирался… Но теперь точно нет. Весь Ивернес, я как мужик не потяну! — в светлых глазах пирата читалась мольба. — Нет, ну половину я еще как-то могу попробовать…
— Какую половину? — спросила я, глядя на него холодным взглядом принцессы.
— Прекрасную, — прокашлялся пират. — А веревочка для чего?
— Корона — это честь и достоинство Ивернеса, — я пронзила его ледяным взглядом особы королевских кровей. — И достоинство не должно упасть в ответственный момент!
— Достоинство упадет раньше. И никакого насилия не будет, — пират хрипло смеялся.
Он просмеялся, а потом увидел в моих руках губную гармошку.
— Ты умеешь на ней играть? — прохрипел он, поднимая красивые брови.
— Да! — гордо ответила я, пряча ее за спиной. У меня ее постоянно отбирали, поэтому я знала, что ее нужно прятать.
— И кто же учил тебя, крошка? — пират склонился надо мной. — Играть на губной гармошке!
— Я в детстве была помолвлена с одним принцем, — ответила я, вспоминая далекие времена. — Он научил меня играть на ней. И вообще, это не ваше дело.
— Ты почему платье не надела? — внезапно улыбнулся пират. — Неужели ничего не понравилось?
— Здесь нет моего размера! — гордо соврала я. — Я все перемеряла! Ни одно не подходит!
— Ты точно их все перемеряла? — спросил пират, глядя мне в глаза. Взгляд у него был холодный и пронизывающий.
— Точно, — гордо ответила я. И отвернулась. — Здесь нет моего размера!
— И какой же у тебя размер? — спросил пират, резко разворачивая меня к себе.
— Портниха перед свадьбой сказала, что у меня третий размер! — гордо ответила я, показывая на платья. — А это платье шестого! Это первого! А других размеров нет?
— Что награбил, крошка! — развел руками пират.
— Значит, плохо грабили, — холодным голосом ответила я. — Здесь нет третьего размера!
— Я хотел пригласить вас, принцесса, на ужин, — учтиво произнес пират. Но глаза у него оставались ледяными.
— Я не пойду на ужин без платья! — отрезала я. И категорически тряхнула головой.
Пират посмотрел на меня, а потом прищурился. Меня взяли за плечо, и повели из комнаты.
— Куда вы меня тащите! Я же сказала, что не стану ужинать с вами без платья! — возмутилась я, упираясь изо всех сил. Меня вытащили на палубу. «О!», — обрадовался гнусный экипаж. Они пялились на меня со всех сторон.
— Ближайший корабль, — прохрипел капитан, обращаясь к волосатому пирату, который оказался тут как тут.
— В трех милях проходит торговое судно! — прорычал волосатый, сверкнув желтыми глазами.
— Курс на торговое судно! — послышался хриплый приказ. Все забегали по палубе. Грязные босые ноги стучали по черным доскам.
И тут я увидела корабль на горизонте. Мы приближались к нему с невероятной скоростью! Корабль хотел сменить курс. Он пытался развернуться, но мы его догнали за считанные минуты.
— На абордаж! — прохрипел капитан. Я стояла рядом с ним. Он все еще держал меня за плечо.
— Вы что, собираетесь его грабить? — ужаснулась я, глядя на бледные лица торговцев. В нас целились аж четыре пушки!
— Нет, просто уточню, есть ли у них платье третьего размера! — прохрипел пират, ослепительно улыбаясь.
— Абордаж!!! — орали пираты. Я шарахнулась от огромных крюков. Крюки хищно скребли корабль.
Бледный экипаж торгового судна собрался на палубе. Они тряслись, понимая, что неприятности сейчас дерзко улыбаются рядом со мной.
— Платье третьего размера есть? Женское? — с усмешкой прохрипел пират. Смысл слов дошел до торговцев не сразу.
. Призрак попугая летал над ними.
— Обоср-р-рались? — скрипучим голосом спрашивала добрая птичка.
Один торговец пытался что-то сказать. Но у него получалось плохо. Он просто открывал рот и отчаянно размахивал руками.
— Да, примерно такое, — послышался хриплый голос. Мы смотрели на них сверху вниз.
— Н-н-нет… У нас т-т-только па-па-парусина и с-с-специи, — переглянулись торговцы. Они сбились в кучу и дрожали. — Мы п-п-попали в шт-т-торм… Часть г-г-груза с-с-смыло за борт…
Абордажные крюки слетели. И торговый корабль стал отплывать
— Что это было? — слышался сиплый от страха голос с отплывающего корабля.
— Нет, знаю, но я обосрался, — сознался кто-то из торговцев. Корабль двигался дальше по курсу. Я молча провожала его глазами.
— Слева по борту в пяти милях два торговых судна! — прорычал лохматый, глядя в потертую подзорную трубу.
Мы нагнали их через минут пять. Я не верила своим глазам. Ветер полоскал мои волосы. От прически остались одни воспоминания. В нас пальнули из пушек. Я вздрогнула, но пират широко улыбнулся.
На борту судна царила невообразимая паника. «Это — пираты! Защищайте «Наяду»!»- кричал какой-то бородатый мужик. «Вооружайтесь, кто, чем может!». Десятки людей бегали туда-сюда. Кто-то держал в руках нож, кто-то саблю. А кто-то даже вооружился стулом. Все это было направлено на нас.
Абордажные крюки впились намертво в чужой борт. Вооруженный стулом рыжий юноша дрожал. Вместе с ним дрожал и стул.
— Бабы на борту есть? — спросил хриплый голос пирата. — Нужно платье третьего размера!
Стул выпал из рук бледного рыжего юноши. И с грохотом упал на палубу.
Призрак попугая слетел с нашей мачты. Он сделал круг над чужим кораблем и вооруженным до зубов экипажем.
— Обоср-р-рались? — спрашивала добрая птичка.
Мы отплывали, а команда «Наяды» смотрела на нас странными взглядами. Они все еще стояли вооруженные до зубов. Платья на борту не оказалось.
Глава вторая. Сирены
Глава вторая. Сирены
Мы приблизились ко второму кораблю. «Морская звезда» — прочитала я на борту. Стоило нам поравняться с чужим бортом, я увидела странную картину. Пузатый, лысый в зеленом замшелом камзоле купец размахивал руками. По палубе бегали матросы и сгружали все за борт.
Наши абордажные крюки хищно процарапали чужую палубу.