Айс (ЛП)

Я словно в трансе встаю у микрофона. На кафедре передо мной установлен небольшой монитор. С него я могу прочитать речь, которую написал для меня отец. Сейчас я впервые увижу текст. Так было всегда. Отец определяет всё, и сегодня он кажется особенно строгим. Его глаза сужены, видно, что он в плохом настроении.
— Жители Уайт-Сити… — говорю я, буквы расплываются перед моими глазами.
Моё сердце колотится, руки дрожат. Будет война. Война! Я только сейчас по-настоящему это осознаю. Вот почему отец так нервничает.
Я произнесу речь, а затем сразу же сяду на лифт башни, чтобы улететь в Нью-Ворлд Сити. Шаттл уже готов.
А я даже не смогла попрощаться с Айсом.
Я чувствую его прямо позади себя и мне очень хочется упасть назад. Успеет ли он меня поймать? Может, мне свалиться в обморок?
Я всё время наблюдала за Айсом. Даже если он выглядит как скала, которую ничто не может потревожить, я заметила его беспокойство. Его глаза пытались увидеть каждый уголок города одновременно, и он постоянно вытирал руки о штаны.
Он кое-что знает, как и отец!
Моё внутреннее беспокойство нарастает с каждой секундой. Тем не менее, я умудряюсь произнести текст. Я просто считываю его, даже не замечая этого. Мои мысли только об Айсе и моём отъезде. Может, хорошо, что я улетаю. Мне страшно. Я нутром чую: что-то не так. Какие новости принёс вчера Шторм?
Этим утром Айс внезапно появился в моей спальне и приказал мне надеть под блузку футболку из арамидного волокна. Ткань настолько плотно сплетена, что может смягчить удар ножа и остановить пули. Отец ожидает нападения? О боже, я вообще не могу сосредоточиться. На чём я остановилась, правильно ли прочитала текст?
Когда вдруг из толпы разносится гул голосов, я впервые по-настоящему смотрю на людей перед собой. Они запрокидывают головы и смотрят вверх. Я делаю то же самое. Купол над башней открылся, видно днище грузового корабля. На нём большими буквами написано W-02.
Почему он приземляется сейчас? Обычно во время массовых мероприятий рейсов нет, а грузовые шаттлы вообще прилетают ночью. Для меня пришлось получать специальное разрешение, потому что на данный момент большинство рейсов отменено.
Я в изумлении оборачиваюсь, но и отец, и Айс тоже смотрят вверх. Айс вытащил пистолет и не сводит с шаттла глаз.
Однако шаттл не приземляется, а остаётся висеть в воздухе за пределами купола. Почему он так долго открыт? Как же радиация?!
— Почему вы мне об этом не сказали? — сердито спрашивает Айс у отца.
Отец качает головой:
— Я сам ничего не знал! И, судя по регистрационному номеру, это угнанный шаттл. Это повстанцы!
Граждане, стоящие в первом ряду и услышавшие его слова, начинают кричать; Айс толкает меня себе за спину.
Отец хватает рацию охранника и приказывает людям на посадочной платформе открыть по шаттлу огонь.
В голове всё смешалось. Что творится? Знал ли что-нибудь об этом Айс?
Я беспокойно оглядываюсь. Где Воины, которые обычно присутствуют на таких мероприятиях для поддержания порядка? Они уже давно должны были бы штурмовать башню!
На самом деле в лифт заходят пара Воинов. Но где остальные?
Люди становятся всё более и более беспокойными.
О боже, а что, если вспыхнет массовая паника? Нас всех затопчут!
Айс смотрит на меня широко раскрытыми глазами, он бледный, выглядит очень встревоженным.
— Тебе нужно убираться отсюда! — Он хватает меня за руку и утаскивает со сцены — я слышу из динамиков голос, который кажется мне знакомым.
Мужской голос, который я давно не слышала. Только когда я бросаю взгляд через плечо, я понимаю, чей он. На экране светится фото молодого человека со светлыми волосами.
Боже мой!
— Граждане Уайт-Сити, это Эндрю. Вы знаете меня как сына сенатора Пирсона.
Толпа замолкает и смотрит на экран. Я тоже останавливаюсь и шепчу:
— Эндрю.
Он выглядит фантастически, но кое-что изменилось: волосы стали короче, они торчат как шипы, кожа выглядит намного темнее. Только глаза насыщенно-зелёного цвета всё такие же.
— Я в порядке, и меня не похитили повстанцы, как убеждает вас Сенат. По правде говоря, жизнь здесь, снаружи, снова стала возможной. И здесь нет никаких мутантов. Я живу среди этих людей.
 
Появляются изображения города и людей, детей, играющих в мяч на улице, смеющихся женщин, странных автомобилей и огромных животных с коричневой лохматой шерстью. Неужели это буйволы?
Пока Айс тянет меня дальше, а люди стоят, замерев на месте, мой отец кричит:
— Выключите это! Откуда это идёт?
Слышны выстрелы, и мой взгляд блуждает по посадочной платформе. Шаттл не двигается с места, с него никто не атакует, все двери закрыты. По кораблю стреляют только наши охранники.
Тогда я понимаю: трансляция идёт с шаттла! Кто бы на нем ни прилетел, он по радиосвязи держит купол открытым и транслирует этот фильм!
Когда Эндрю объявляет, что он лидер повстанцев, которого они ищут, голоса граждан снова становятся громче. Возникает ещё больше волнений.
Он лидер повстанцев?!
Айс продолжает тащить меня к домам на краю площади. Наши машины там.
Вдруг мне кажется, что я вижу перед собой Эндрю. Не на экране, а лично! На нём джинсы, красный жилет с жёлтым логотипом курьерской службы Уайт-Сити и чёрная кепка, низко надвинутая на лицо. Нет, я, должно быть, ошиблась.
Но он смотрит прямо на меня, прикладывает палец к губам и даёт знак следовать за ним.
Он повстанец… нужно предупредить охрану! Но я этого не делаю. Я чувствую, что это было бы неправильно. Поэтому я немедленно меняю направление.
— Куда ты идёшь? — Айс продолжает озираться с пистолетом в руке. — И кто этот парень на экране? Ты его знаешь?
— Да, с детства. Он был очень хорошим другом. — Вот почему я ему доверяю.
Я указываю на общественный туалет. Эндрю скрылся там.
— Нам надо туда!
Айс пристально смотрит на меня.
— Зачем?
— Просто поверь мне. — Мое сердце колотится. Эндрю здесь! — Мне нужно в туалет.
— Сейчас?
— Я так взволнована! — Это даже не ложь.
Слова Эндрю медленно проникают в моё сознание. Он лидер повстанцев! Он говорит о лжи, коррупции и жестоких условиях жизни на плантациях.
Я слышу шушуканье горожан, все снова внимательно слушают и качают головами. Они не знали, что существуют плантации. Сенат хотел сохранить это в тайне. Может, потому, что то, что сказал Эндрю, правда? Неужели там настолько плохие условия?
— Да, мы взорвали один из ваших складов, — объясняет он, шокируя меня, — но еды в нём не было. В этом помещении стояла мощная военная авиация, которая должна была разрушить наш город и убить множество невинных мужчин, женщин и детей. Мы не хотим войны. Нам просто нужно немного воды, которой у вас более чем достаточно, и медицинская помощь. — На экране появляется подземный водоём, похожий на гигантское озеро. — Взамен вы можете стать свободными. Избавьтесь от режима, который вас угнетает и обманывает.
Военная авиация? Я ничего об этом не знала.
— Это ложь! — кричит отец в микрофон. — Не верьте ни единому его слову! Он хочет, чтобы вы вышли за пределы города, чтобы вас всех убили или вы стали жертвой радиации!
Шум снова нарастает, и внезапно отца больше не видно. Его телохранитель также исчез. Очевидно, они скрылись.
В этот момент я захожу в туалет через непрозрачную автоматическую раздвижную дверь и оказываюсь в вестибюле с сиденьями, простыми пластиковыми скамейками. Перед ними стоит Эндрю. Я тут же бросаюсь в его объятия.
— Это ты! — Не могу в это поверить. — Я думала, ты умер!
— Ника… — Он единственный, кроме Мэри, кто меня так называл. — Пожалуйста, прости меня, но я не знал, могу ли тебе доверять.
 
Я слышу позади себя шум. Когда я оборачиваюсь, вижу двух Воинов в защитном снаряжении, которые держат пистолеты у головы Айса, который стоит на полу на коленях. Один из них забирает у него всё оружие.
О боже!
— Что это значит? — спрашиваю я как можно более твёрдым голосом. — Это мой телохранитель! Немедленно отпустите его!