Любовь или опека (СИ)

— Я буду наблюдать за вами, — прошептал он, немного наклонив голову, когда они спускались вниз по лестнице.
— Будьте уверены, я тоже, — ответила Шеридан, на что Викториан рассмеялся.
Так и было, всё время они обменивались незаметными взглядами, не имея возможности находиться рядом. Мало того, что это было просто не прилично находиться слишком долго вместе, к тому же неизменная Анника как всегда была на своем посту. Потом Викториану пришлось уехать на охоту с большей половиной мужчин. И Шеридан ничего не оставалось, как отправиться на дневной сон и возможно в силу перенасыщения событиями вчерашнего дня, а ещё в большей степени вечера, на удивление Джени, да и самой себе, Шеридан уснула, как только голова коснулась подушки.
На ужин девушка спустилась без опозданий, полностью отдохнувшая. Вечер обещал быть особенный, по крайней мере, ей так казалось, поначалу. На деле же всё оказалось не только заурядно, но и ни чем не отличалось от предыдущих. Анника Торентхилл неизменно «висела» на руке герцога и это бесило и раздражало. Впрочем, как и всегда, с одной только разницей, что помимо этого Шеридан ещё разбирала ужасная ревность.
Как здорово, что через день они отправятся домой. Конечно Шеридан не могла отрицать, что эта поездка оказалась значимой в её жизни, но всё-таки не могла отделаться от мысли, «Как ужасно хочется домой. Домой». Странно, но она стала называть особняк Ронвелл-холл своим домом. «Как же быстро ты позабыла родной дом», злилась она на себя. «Предательница, стоило поманить любовью и ты готова позабыть обо всем?» Шеридан посмотрела на Викториана, который как всегда внимательно слушал болтовню Торентхилл. «С меня хватит!» с этими мыслями Шеридан вернулась в свою комнату. Приняла ванну, переоделась ко сну, всё время, рассуждая на тему что, или если быть точнее кто, для неё важнее, её поместье и люди или Викториан. В конец измучав себя, Шеридан пришла к выводу, что непременно объяснит Викториану, что её люди это неотъемлемая часть её жизни и если он хочет быть с ней, то они непременно должны вернуться на остров. Вот только он всё никак не приходил. И чем больше времени проходило, тем больше она убеждалась в обратном, а именно в его заинтересованности быть с ней.
Музыка внизу уже стихла, значит, вечер окончен и через пару часов наступит рассвет. Шеридан перевернулась на живот и тихо заплакала, проклятые слёзы так и катились из глаз. «Какая же ты дура!» злилась она на себя. Через какое-то время девушка спала так и не дождавшись, виновника её беспокойных мыслей.
  
Глава 23
 
«Шеридан бежала по лесу, ветки болезненно царапали руки, но она не обращала на это никакого внимания, «Возможно ему нужна моя помощь, он ждёт меня». Эти мысли питали её, придавая сил. Впереди послышался треск веток, — Викториан! — позвала она. В ответ тишина, ни треска, ни шороха. — Где же он? — Шеридан пробиралась сквозь заросли, вглядываясь в полумрак, в руках сжимая револьвер, тот самый из которого уже стреляла, хоть и поклялась самой себе, что больше никогда не возьмёт в руки оружие. Но ради него она готова на все. «Свет?» девушка заметила впереди мерцающий огонёк, аккуратно пошла на него, словно мотылёк на пламя свечи, не задумываясь, что может обжечься и погибнуть.
Выбравшись из густо поросших зарослей, Шеридан увидела небольшую хижину, свет исходил от туда. Медленно, стараясь ни чем себя не выдать, Шеридан подошла к окну, удостовериться там ли Викториан и жив ли он.
«Слишком высоко, ничего не видно», девушка огляделась по сторонам, в стороне лежало несколько поленьев. Выбрав самое длинное и толстое, Шеридан подтащила его к стене у окна, установила под наклоном и не без труда вскарабкалась на него, держась за ставни. Взору Шеридан предстала картина, двое влюбленных сплелись воедино в страстном соитии.
«Но что же это? Не может быть!» Сердце разбилось и разлетелось на куски, «Это он, это Викториан придается любви на полу у камина, с Эвелиной Де Ланкосса своей любовницей. Эвелина её видит, в этом нет никаких сомнений, она смотрит прямо ей в глаза, нарочно демонстрируя свою и поощряя его страсть. Слёзы предательства покатились из глаз, боль разрывала душу на части, а воздух казалось, перестал поступать в лёгкие. Кто-то схватил её, зажав рот рукой, не позволяя ей закричать. Что есть сил, она сражалась с преступником как услышала всё тот же, родной и нежный голос.
 
— Тише, Шери милая моя тише, всё хорошо.
Шеридан открыла глаза, понимая, что крик застрял у неё в горле. Викториан успокаивал ее, прижимая к груди, — Всё хорошо любовь моя, я рядом. — Он коснулся губами виска девушки, укачивая словно ребёнка, гладил спину и волосы. — Это всего лишь сон, — шептал он ей на ухо, — это всего лишь сон.
— Это сон? — повторила она, то ли спрашивая, то ли утверждая себе самой. Перед глазами стояла эта ужасная картина, он в объятьях Ланкосса. Всё было слишком реально, что боль в сердце до сих пор ощущалась, даже если она уже знает что не правда.
— Я пришёл, хотел сделать тебе сюрприз, а ты мечешься по подушке, — он взял её лицо в ладони и поцеловал в губы, нежно одним касанием, — как же ты меня напугала, когда не просыпалась, — снова поцелуй. Понемногу Шеридан пришла в себя, а его поцелуи способствовали скорейшему успокоению, на смену которому пришла страсть, которая поглотила обоих.
— Что тебе снилось? — спросил Викториан, когда они лежали в объятиях друг друга, после любовных утех.
Шеридан замотала головой, — не хочу вспоминать, к тому же, это всего лишь сон, — она улыбнулась, — про какой сюрприз ты говорил? — так незаметно перевела тему разговора, немного отстранилась.
Викториан любовался её телом, которое открылось его взору. — Узнаешь чуть позже, а сейчас, давай ещё хоть пару минут вот так полежим. — Он притянул Шеридан к себе, — хочу насладиться моментом.
Девушка прильнула к нему в немом согласии. В комнате воцарилась полная тишина, лишь лёгкое дыхание, свидетельствовало об их присутствии.
— Думаю нам пора, — тихонько проговорил Викториан, — собирайся.
— Но куда? — спросила Шеридан полусонным голосом, она практически уснула в его объятиях.
— Сюрприз, — напомнил он и откинул одеяло.
Через четверть часа, они ехали в кромешной тьме, по направлению не известному Шеридан. Первым сюрпризом оказался её жеребец, которого благополучно отыскали, это принесло облегчение. Хотя, какое-то неприятное предчувствие всё же преследовало девушку, она отгоняла его подальше ссылаясь на дурацкий сон, но до конца избавиться от него, так и не получилось.
Викториан остановился у маленькой сторожки, помог Шеридан спешиться. При виде хижины сердце девушки сжалось, от ещё большего ощущения неудачи. Герцог проводил девушку внутрь, там горел огонь в небольшом очаге, благодаря чему было вполне светло и тепло. Викториан достал из темного угла некую корзину и вручил Шеридан.
— Вот переоденься, пока я всё подготовлю.
Совершенно не понимая, что всё это означает, Шеридан заглянула в корзину. Это не могло не улыбнуть, внутри лежали брюки, пояс и длинная рубашка, отдалённо напоминавшие её собственные из прошлой жизни, также плащ и ботинки. Пока Шеридан переодевалась, Викториан подготовил коня, поменяв седло.
Открылась дверь, на пороге стояла довольная Шеридан, буквально светилась от счастья. А выглядела настолько сексуально в этом «наряде», что у Викториана на долю секунды разыгралось воображение, «Как он снимает с неё всё до единой вещи».
Девушка бросилась ему на шею, целуя и обнимая, — Спасибо, спасибо, спасибо, — повторяла она.
Викториан немного отстранился, — Может, не поедем никуда? — спросил он тонным голосом.
— Ну уж нет, ваша светлость, — она ловко запрыгнула в седло, — Держу пари, вам меня не догнать, — громко засмеялась и умчалась.
Викториан следом, «Не дай Бог упустить её из виду, ищи потом опять».
Шеридан скинула капюшон и распустила волосы, как же давно она не ощущала этого чувства полёта, от которого дух захватывает. Когда не мешают лишние элементы одежды и свобода преследуется в каждом движении. Она наслаждалась «полетом», а Викториан наслаждался её искренней радостью.