Магистр! Вы, кажется, влюбились
– Выживем, – заверил меня сержант. Он ни в чем меня не обвинял, не осуждал и не смеялся. Даже в самых стыдных моментах рассказа не смеялся. И сочувствовать не пытался, фальшиво или искренне.
И нравился мне все больше.
– Спасибо. – Желая сделать для него что-нибудь хорошее, я предложила: – А давайте в следующий раз вы мне на жизнь пожалуетесь.
Открыв дверь и пропустив меня вперед, сержант не стал отказываться от моего предложения и даже откладывать его на следующий раз.
– Могу пожаловаться прямо сейчас. Рассказать, как три ночи назад преследовал вора, срезавшего кошель у одного мастера с Ремесленной улицы… Мастер Есну, он просто замечательную обувь делает, может быть, вы слышали о нем.
Я не слышала, но поблагодарила за информацию, собираясь при первой же возможности заглянуть в его лавку. Зимняя обувь мне в скором времени ой как понадобится. В Валграде зимы теплом не баловали. Сержант принял мою благодарность с улыбкой и закончил рассказ:
– Вора я поймал в баре, деньги вернул мастеру, а сам получил выговор от старшего смены.
История закончилась совсем неправильно и мне не понравилась.
– За что вас наказали? Вы же поймали преступника. – Я обернулась на Даяна, поднимавшегося следом за мной по крутой лестнице. В полумраке лица его было почти не видно, только глаза едва заметно бликовали. – У вас в роду случайно оборотней не было?
– Не могу сказать, – улыбнулся сержант. – Я своих родителей не знал.
– Простите. – Я все сильнее убеждалась, что мне безопаснее молчать.
– Пустое. – Он тряхнул головой и легко вернулся к предыдущей теме: – А выговор получил за нарушение устава.
И я решила тоже просто сделать вид, что мы не отвлекались на другие разговоры.
– Это что же вы нарушили?
– Во время патрулирования стражник не имеет права вторгаться на территорию… гм… любых питейных заведений. Закон ввели после того, как несколько лет назад некий капрал отравился некачественной бражкой во время своей смены.
– Но вы же работали!
– Закон един для всех.
– Даже если это несправедливый закон?
Даяна мое негодование развеселило.
– Какие кощунственные вещи вы говорите, моя дорогая.
Остальной путь до квартиры Дасти мы проделали под мое возмущенное пыхтение.
Я постучала, сержант встал рядом, заложив руки за спину.
Ждать, пока нам откроют, пришлось недолго.
Дасти знал, что я приду сегодня вечером помогать с уборкой, но вот чего он точно не ожидал, так это увидеть меня в компании своего сержанта.
– А я… вот. – Он переводил беспомощный взгляд с меня на Даяна и обратно, не понимая, что происходит. – А вы?
– Тебе очень идет этот передник, – вместо приветствия сказала я. – А мы пришли помогать с уборкой.
За время, прошедшее с моего последнего появления в квартире Дасти, глобально ничего не изменилось. Только мусора на кухне стало чуточку больше.
– Что ж, за дело, – дал отмашку Даян, закатывая рукава. Китель его уже висел на крючке в прихожей, а сержант всем своим видом демонстрировал готовность достойно встретить любую проблему и безжалостно с нею справиться…
Через полчаса, правда, решимость его несколько поугасла.
У Дасти имелся какой-то противоестественный талант к свинячеству. В его квартире даже бумажный сверток от хлеба умудрился обрасти плесенью.
Минут через сорок я смогла добраться до пола в углу кухни, под стойкой… Увиденное вызвало два вопроса: первый – может ли плесень мутировать во что-то хищное?
И второй:
– Дасти, а соседи снизу не приходили к тебе жаловаться?
– Нет. – Он вынырнул из настенного шкафчика, из которого как раз выгребал просроченные продукты. – А что?
– Ну… по-моему, твоя плесень ест пол.
В следующее мгновение над моим плечом уже сопело два крайне заинтересованных исследователя. Дасти так хотелось посмотреть на порожденную им жизнь, что он чуть не уронил на нее меня.
– Осторожнее!
– Прости, – прошептал он, с ужасом глядя на подрагивающую в небольшом углублении красную плесень.
– Если дерево не было повреждено здесь раньше… – сержант не договорил.
За него это сделала я:
– Новый вид. – И почти сразу велела, отпрянув назад: – Несите банку!
Просто этот новый вид, словно почувствовав наше пристальное внимание, начал шевелиться и вроде бы даже предпринял попытку ползти. В нашу сторону.
Банку искали долго и нашли только грязную, с засохшими следами чего-то съестного внутри.
За мутантом гоняться выпало сержанту, как самому подготовленному, сильному и ловкому. После десяти минут напряженного пыхтения и редких ругательств Даян подтвердил свою героичность и вручил мне наглухо закрытую емкость, полную гневно дрожащей плесень.
– Она злится, – заметила я.
– Я бы тоже злился, если бы меня в грязную банку засунули, – признался сержант.
Плесень решено было оставить на столе и вернуться к уборке.
– Может, еще что-нибудь необычное найдем, – пытался вдохновить нас на подвиги Дасти.
– Лишь бы оно не бросилось, – хмуро отозвалась я, не горя желанием отыскать в залежах мусора еще что-нибудь сильно необычное.
Зато сильно необычное очень хотело поближе познакомиться со мной.
Следующим стал таракан. Огромный, отъевшийся, белый, с длинными усами и невероятной скоростью.
Он вылетел из-под коробки, которую я подняла, чтобы перенести к двери, и метнулся мне под ноги. Моя ноша тут же полетела на пол, а я заскакала на месте, пытаясь затоптать таракана и в то же время отчаянно не желая этого делать. Он был огромный, и мне становилось дурно от одной мысли, что я могу его раздавить. Тогда эти туфельки точно придется выкинуть. И чулки. И, наверное, даже платье. И к Дасти в гости я больше никогда уже не зайду… Впрочем, после всего увиденного я и так не зайду.
Я визжала и скакала, таракан молчал и метался между моих ног, почему-то не предпринимая никаких попыток к побегу.
– Не смей! – проревел Дасти, когда понял, что происходит. – Не смей топтать генерала!
Он подлетел ко мне, обхватил под грудью костлявыми руками и с силой, которой нельзя было заподозрить в столь тощем теле, вздернул вверх, отрывая мои ноги от пола.
Оттащил подальше и только после этого отпустил.
Когда я нервно обернулась, таракана уже и след простыл.
– Это же таракан! – хрипло выдохнула я. Меня передернуло от омерзения несколько раз подряд.
– Ты его видела? Какой он таракан? Он генерал! Всю отраву, которую я покупал, пережил. Остальные дохли, а он только в размерах увеличивался.
– Ты… ты…
– Я уважаю чужую жажду жизни! – гордо ответил Дасти.
– Не говори, что это твой питомец, – попросил Даян, не меньше меня впечатленный размерами усатого монстра.
– И что, если так?
– Может, ты еще и плесень приютишь? – огрызнулась я.
Мое сердце билось как сумасшедшее и успокаивалось очень неохотно.
Все, что имело больше четырех лап и не было покрыто шерстью, вызывало у меня дикую панику. Брезгливость мешалась со страхом и превращала меня в визжащий сгусток неконтролируемых поступков.
– А вот и да! – запальчиво сообщил Дасти. – Дам ей имя, куплю аквариум и…
Он посмотрел на банку, в которой томилась наша находка, и присвистнул.
Стеклянные стенки были абсолютно чистыми, будто банку кто-то помыл. А на дне, прилично опав и скомковавшись, мирно дремала красная плесень.
– Точно себе оставлю, – с восторгом выдохнул Дасти. – Буду ею посуду мыть.
– А если плесень ядовитая? – спросил здравомыслящий сержант.
А вот его подчиненному здравомыслия совсем не доставало.
– Вот и проверим.
Продолжать разгребать мусор в этом небезопасном месте я отказалась. Ушла убираться в комнату.
– Только в шкаф не заглядывай! – напутствовал меня Дасти, смущенно краснея. – Я вещи сам разберу.
Я не возражала, мне же меньше работы.
Выбрала место уборки я удачно, за весь вечер на меня не напало больше ни одного мутировавшего монстра…