Капитан (СИ)
― Капитан, ― Дорн вежливо наклонил голову, ― я восхищён Вашим трудолюбием и верностью идеалам Империи. Но сегодня мне придётся забрать с собой этого милого господина, ― он взял под руку помертвевшего Толстяка, уже обращаясь к нему, ― не беспокойтесь, Чанси, мы просто немного поговорим, и Вы немедленно вернётесь на свой пост, обещаю…
Я вместе с замершими новичками провожал печальным взглядом болтливого, но совершенно безобидного человека, и, сжимая кулаки, мечтал о встрече с Дорном один на один в тёмном переулке. Хоть и понимал, что это желание вряд ли когда-нибудь исполнится… Бин процедил сквозь зубы:
― Почему меня всегда тошнит, стоит только увидеть эту пакостную рожу?
Газ тут же одёрнул напарника за рукав, а я похлопал мальчишку по плечу:
― Кажется, кому-то надоел его длинный язык ― смотри, договоришься… Кстати, как давно ты живёшь в городе и почему пошёл в Стражу?
«Рыжик» почесал кудрявый затылок:
― Всю жизнь, Командир, я вырос в квартале пекарей, у отца там лавка «Булочки и крендели», может, знаете? Всегда мечтал попасть сюда, сам не знаю почему… Просто хотелось, и всё.
Я кивнул, усмехнувшись:
― Знаю, как же. Это там, где старик Хруст пытался побить жену скалкой, а она его чуть не засунула в колодец?
Бин довольно захохотал:
― Точно, мне мама рассказывала эту историю, я тогда ещё маленький был…
― Так что, жив ещё старый «утопленник»?
Парнишка перестал смеяться:
― Похоронили в прошлом году, у нас тогда на поминки было много заказов…
С души отлегло ― не похоже, что врал, или хорошо подготовился… Улыбнувшись, спросил как-то сразу напрягшегося Газа:
― А ты что расскажешь?
Он поднял голову, в красивых глазах плескалась тоска:
― Отец привёз нас с мамой и сёстрами к морю, надеялся, что у младшей пройдёт кашель, ― мальчишка отвернулся, и голос дрогнул, ― не помогло… А в Стражу пошёл, потому что семье нужны деньги ― здесь неплохо платят.
Я смутился, похлопав новичка по плечу:
― Что ж, ничего с этим не поделаешь, крепись… Ну, хватит о прошлом, подведём итоги, а они у нас нерадостные: «пчёл» мы потеряли, обоих «Послов» увели из-под носа, но, что самое противное ― Лекс пропал. Есть соображения, где его искать?
Ребята переглянулись, Газ уверенно ответил за обоих:
― Командир, доверьтесь нам ― мы с Бином обыщем Крепость, если Алхимик здесь ― из-под земли достанем…
На этот раз рыжий кивнул с серьёзным видом, а я разочарованно выдохнул:
― Думаете, Чанси плохо искал? Он хоть и балабол, но крепость знает отлично, уж точно получше вас двоих. Есть у меня одна мысль, правда, чтобы её проверить, придётся вернуться в лабораторию, ― и добавил, хотя прекрасно знал ответ, ― если устали, ждите здесь…
Поднимаясь наверх, в очередной раз проклял Лекса за его стремление жить ближе к облакам, и пока настырные новички после моего строгого предупреждения:
― Ничего руками не трогать, иначе Алхимик оторвёт вашему Командиру голову, но перед этим я проделаю то же самое с вами, ― обиженно дуясь, сидели на диване, подошёл к тому самому зеркалу. Меня снова била дрожь и терзала непривычная робость, но, взяв себя в руки, всё же заставил похолодевшие пальцы прикоснуться к мутной поверхности.
И сам не понимал, чего ждал от этой странной, честно говоря, пугающей вещицы, поначалу обрадовавшись, когда после моего «эксперимента» ничего не произошло. Но мысль о похищенном и наверняка страдающем друге подстегнула к действию ― бесстрашно ощупав тонкую рамку, а потом и всё зеркало, в который раз убедился, что выражение ― «дуракам везёт» ― ко мне не относится.
Первым желанием было хорошенько пройтись кулаком по мутному стеклу, но, вспомнив слова Алхимика, что особенные вещи требуют особого отношения, решился и неуверенно произнёс:
― Покажи Лекса…
Спиной чувствовал, как помощники подошли и стали рядом, но сейчас мне было не до них… Тем более, что по поверхности зеркала побежала мелкая рябь, быстро сменившаяся мелькающими полосами. От холодного, бесстрастного голоса я взмок с головы до пят:
― Недостаток данных, требуется перезагрузка, ваш запрос обрабатывается. Ожидайте…
Зачем-то буркнул в ответ:
― Жду, чтоб тебя… ― прислушиваясь к испуганному шёпоту ребят за спиной:
― Командир, что за х… штука?
В ответ только цыкнул на них, и они послушно притихли.
Сердце поцеловало горло, когда «зеркало» произнесло:
― Объект Лекс найден, ― показав нам картинку, на которой в тёмном помещении на полу сидел мой друг, уронив голову на грудь, от его ноги к стене тянулась толстая цепь…
Я сглотнул, вздрогнув от горячего дыхания Бина у самого уха:
― Командир, кажется, это здешняя тюрьма, камера для смертников. Там на стене есть знак, только видно плохо, слишком темно…
Рука Газа решительно отстранила нас обоих, по-прежнему негромко, но уверенно произнеся:
― Увеличить изображение.
Картинка в зеркале послушно приблизилась, новичок повернул ко мне побледневшее лицо:
― Так лучше, Командир?
Я положил ладонь на эфес меча, но Бин меня опередил, приставив кинжал к горлу напарника и бешено сверкая глазами. Не знаю, чего было больше в моём голосе ― усталости, обиды на судьбу или разочарования, но точно не страха:
― Лучше… Кто ты такой, парень? Чтоб тебя…
Глава 9. В поисках Лекса
Наверное, со стороны это выглядело нелепо ― трое растерянных, испуганных людей, ещё совсем недавно готовых умереть друг за друга, а теперь замерших в ожидании нескольких слов, способных изменить всё, сделав их врагами…
Я слышал, как в звенящей тишине, сводя с ума, грохотали сердца новичков, перекрывая еле слышные стуки моего разбитого сердца:
― Ну почему именно Газ, мальчишка с умными и добрыми глазами, которому больше подошла бы аккуратная мантия студента, чем пыльная, пропотевшая форма Городской Стражи? За что ты со мной так, судьба, разве мало я пережил потерь и разочарований?
Пролетели, казалось, бесконечные мгновения, прежде чем Газ ответил на мой вопрос. В голосе молодого Стражника звучало искреннее отчаяние, а взгляд был полон надежды на то, что обожаемый Капитан поймёт и обязательно поверит его словам:
― Командир, клянусь ― ни разу Вам не солгал и не имею никакого отношения к происходящему здесь безумию. Просто раньше… мне уже приходилось сталкиваться с подобным, я готов всё рассказать, только прикажите…
Прокашлявшись, отвёл в сторону растерянный взгляд, словно пытаясь найти невидимую опору:
― Газ, поверь, не стоит давать клятвы, которые можешь нарушить…
― Нет, Командир, мне нечего скрывать от друзей…
Внимательно всмотрелся сначала в эти умоляющие, доверчиво распахнутые глаза, а потом ― в серые гляделки Бина, чьё простодушное лицо выдавало проходившую в душе нешуточную борьбу страха за напарника с готовностью выполнить любой мой приказ… На душе стало легче, потому что я уже принял решение:
― Вот что, Газ, ты обязательно всё расскажешь, но позже. Сейчас мне некогда выслушивать несомненно интересные откровения, главное ― помочь Лексу, ― я бросил тревожный взгляд на то и дело покрывавшееся рябью странное зеркало, ― но предупреждаю, если только попытаешься или просто подумаешь причинить вред одному из нас ― колебаться не буду, хотя ты и спас мне жизнь. Веришь?
Газ кивнул, радостно улыбаясь, а Бин так громко выдохнул, что я еле сдержал улыбку, пытаясь сохранить суровое выражение лица:
― И ещё: пока не буду в тебе уверен, не стой у меня за спиной ― прибью, это понятно? Вот и славно, а ты, Бин, не спускай с него глаз, головой отвечаешь за напарника. А теперь быстро посмотри в зеркало, пока оно совсем не потухло. О каком «знаке» ты говорил?
Рыжий Стражник уверенно ткнул пальцем в странные закорючки на стене камеры, тут же испуганно отдёрнув руку от непонятной «штуки»:
― Они, Командир, я их уже видел… ― смутившись, он покраснел, ― это не то, о чём Вы оба подумали: пару лет назад один мой бестолковый приятель по глупости угодил туда. Он вовсе не заговорщик и не убийца, просто в тот год тюрьма была переполнена, вот его на пару дней и засунули в пустующую камеру смертников. Знакомый охранник пропустил меня повидаться с «опасным заключённым» ― больному придурку срочно были нужны лекарства. Я тогда так трясся от страха, только эти знаки на стене и запомнил…