3:0 в пользу Шапочки (СИ)
В волшебнике даже младенец, который хоть краем уха слышал о Толкине, опознал бы Гендальфа.
Пока муж доставал сумки из багажника, я стояла перед входом, открыв рот. Вопрос вертелся на кончике языка, но я не спешила его задавать.
– Ну? Чего стоим? – грубовато и немного смущённо спросил за моей спиной Серый. – Кого ждём?
– Ключа ждём, – закономерно хмыкнула я. – Как без него войти?
– Дёрни за верёвочку, дитя моё, дверь и откроется, – противным голосом проскрежетал муж, а я зачем-то покраснела.
Хорошо, что он этого не заметил, потому что как раз поставил на землю мой чемоданчик и, протянув руку… действительно дёрнул за верёвочку, больше всего на свете напоминавшую обыкновенный ослиный хвост.
В лицо ударил ослепительный луч света. Я вскрикнула от неожиданности и прикрыла глаза ладонью.
– Добро пожаловать домой, хозяин! – проговорил мелодичный женский голос, и я, вскрикнув от неожиданности, шагнула назад, наткнувшись на грудь Серого спиной и основательно оттоптав ему ноги.
– Здравствуй, Нора, – с ударением на первый слог в имени проговорил оборотень. – Я тоже рад вернуться.
– У тебя говорящий дом, – в ужасе прошептала я.
– Говорящий дом, – передразнил он и кивком головы велел мне входить, когда дверь беззвучно отворилась. – Говорящий дом, дорогая моя Шапочка, в «Детском мире» в отделе игрушек продаётся. А у меня умный дом. Это сложная компьютерная система, которая не только повторяет слова, будто попугай, но умеет заботиться о нуждах своих жильцов. Правду я говорю, Нора?
– Благодарю за добрые слова, хозяин, – ответила невидимая Нора. – Как я должна обращаться к вашей гостье?
– К хозяйке, – исправил Серый, а я зачарованно осматривалась.
– Добро пожаловать домой, хозяйка.
– Слушай… Серго, – я неловко споткнулась об имя мужа и снова смутилась. – Но я, кажется, понимаю, почему ты не зовёшь в дом своих друзей.
– И почему же? – Он наклонился, чтобы развязать шнурки на кроссовках, я тоже сбросила обувь.
– Боишься потерять свой авторитет.
– В смысле? – Глянул на меня изумлённо.
– Ну как же? Страшно представить, какие волнения начнутся в вашей команде, если игроки и болельщики узнают, что их капитан никакой не волк, а…
Я выдержала театральную паузу.
– А? – Серый красиво изогнул бровь.
– А хоббит, – захохотала я. Муж криво усмехнулся и неспешно выпрямился, нависнув надо мной как скала над морем. Я сглотнула.
– Думаешь, узнала самую страшную мою тайну, Красная Шапочка? – шепнул он. Я покачала головой.
– Нет, – хрипнула смущённо. – Думаю, самую тайную свою страшну… кхм… Самую страшную тайну ты, как и подобает сказочному персонажу, хранишь в комнате, куда никому нельзя входить.
– Нора! – позвал свой волшебный дом Серый. – Доступ у хозяйки такой же, как у меня.
– Слушаюсь, хозяин.
– Никаких закрытых дверей и тайных комнат.
– Конечно, хозяин.
– Но кроме неё в дом никого из посторонних не впускать.
И пока я растерянно моргала, самым наглым образом хлопнул меня по пятой точке и заявил:
– Русь, ну что ты, как неродная? Проходи, чувствуй себя как дома. Впрочем, почему «как»? Тебе жить тут теперь. Последняя спальня по коридору свободна. Устраивайся. Отдыхай. Денёк вышел… – Выругался невнятно в сторону, а потом задорно подмигнул мне:
– Знаешь, как в сказках говорят? Утро вечера мудренее.
***
Комната мне досталась уютная и совершенно женская, но при этом по-прежнему в стиле жилища Бильбо Бэггинса. Точнее, в стиле жилища его жены, если бы она у него была.
Здесь было всё, что может пожелать душа молодой хозяйки: огромное кровать, зеркало в половину стены, журнальный столик с двумя удобными креслами возле него, цветок в горшке на подоконнике и ещё один – побольше – в кадке в углу. Просторная уборная, где был и душ, и встроенная в пол ванна, больше напоминающая небольшой бассейн. И невероятных размеров гардеробная. Мой немногочисленный скарб смотрелся в ней до обидного сиротливо.
– Ну, ничего, – бормотала я, вешая на плечики единственное платье и раскладывая по полочкам остальную одежду из чемодана. – Съезжу в общежитие, привезу остальное. Или не привезу…
Откровенно говоря я не могла до конца поверить в то, что жизнь моя изменилась безвозвратно. Всё ещё казалось, будто не сегодня – завтра ситуация как-то рассосётся.
– Если вы хотите отдать команду Норе, – заставив меня подпрыгнуть от неожиданности, произнёс умный дом, – то произносите команду или вопрос громче. Хозяйка.
– Я не хочу, – прижав руку к сердцу, ответила я.
– Чего не хотите?
– Ничего не хочу. И пожалуйста, не… – Я осеклась. Что не? Не подсматривай? Не подслушивай? – Не подкрадывайся незаметно. Пугаешь.
– А как подкрадываться? – ровным голосом уточнила Нора.
– Не знаю. – Я стянула платье и накинула на плечи халат. – Повесь себе на шею колокольчик.
Дом, очевидно, принял моё пожелание к сведению, потому как больше ничего не сказал и ни о чём не спросил.
Я вернулась в спальню. Сняла с королевского ложа покрывало и столкнулась с первой проблемой: с отсутствием постельного белья.
– Ну, правильно, – вслух подумала я. – Серго говорил ведь, что гостей в доме не было. Зачем бы ему держать спальню в полной готовности.
Над ухом пронзительно прогремел звонок. У меня в детстве был чёрный будильник, механический. Он точно так же звенел. Я так пугалась этого звука, что каким-то чудом приучила себя просыпаться минут за пять до него.
И уж точно не ожидала услышать этот звук сейчас.
– Мать моя женщина! – рявкнула я, а Нора, словно в издёвку, заметила:
– Как вы и просили, я повесила на шею колокольчик и рада сообщить, что хозяин уже несёт вам постельное бельё и полотенца.
Мысленно удивившись тому, как у Серго только хватает нервов жить с этой Норой под одной крышей (У меня, например, от неё уже у самой крыша ехать начинает), я пошла встречать мужа.
К счастью, на этом мои приключения закончились, и мне удалось спокойно умыться, переодеться в длинную майку до середины бедра, служившую мне пижамой, и закопаться в хрустящую от свежести постель.
А снился мне весенний лес и волчица.
Земля ещё была мёрзлая, но вьюги уже сдали права, да и по ночам не бывало уже лютого холода. А скоро станет совсем тепло и, если повезёт, уже через месяц можно будет вывести щенков на их первую далёкую прогулку. Под боком заворочалось щекотное и мягкое. Я ткнулась носом в чьё-то тёплое брюшко и ласково провела языком по пушистой шёрстке. Волк вскинул остроухую голову. В темноте его глаза горели, словно два маленьких солнца, а белоснежная шкура светилась, словно лунный свет, и я заворчала, приглашая его подвинуться поближе ко мне и детям. Он не стал отказываться. Потянулся, сладко зевнув, щёлкнул зубами над моей холкой, опустил морду к щенкам. Самый младший игриво тявкнул, Волк боднул его большой головой.
… Весна опускалась на лес, и моё сердце распирало от странного чувства, которое лучше всего на свете могло охарактеризовать слово «счастье», но тогда я его ещё не знала…
Проснулась я резко, как от выстрела и, вскочив на постели, долго пыталась понять, кто я и почему вокруг меня не привычный уют родного логова, а чужой дом с незнакомыми запахами.
Впрочем, один запах был знакомым. Соскочив с постели, я на мягких лапах обежала комнату, принюхиваясь в поиске приятного аромата и злясь из-за невозможности отыскать источник, когда пронзительный звук заставил меня зарычать и припасть к земле.
– С добрым утром, хозяйка, – раздался голос из ниоткуда, и я окончательно проснулась, сбрасывая с себя остатки удивительно живого сна и отбирая правление у волчицы.
– Нора.
– Да, хозяйка?
– Сними чёртов колокольчик!
Глянув в иллюминатор, я убедилась, что небо уже успело налиться в свинцовой тяжестью осеннего утра, и, взяв приготовленное с вечера полотенце, направилась в душ.
Первым делом я обратила внимание на то, что в ванной пахло горячей водой и резким мужским шампунем, а уже потом поняла, что всё это напрямую связано со стоящим посреди комнаты Серым.