Удар (ЛП)
Куда бы Рей ни шла, мой взгляд неотрывно следует за ней, и мы проводим вдвоем достаточно времени, чтобы люди начали это замечать. В том числе и Джимми.
— Садись, — говорит он, кивая на стул перед своим столом. Опускаясь на сиденье, я вздыхаю, потому что точно знаю, почему меня вызвали в кабинет.
— Вижу вы с моей дочерью стали проводить много времени вместе. Это из-за нее ты теряешь сноровку?
Вопрос сбивает меня с толку и выводит из себя. Последние две недели я тренировался лучше некуда. Ну да, был небольшой спад, когда Рей только пришла работать в зал. Но с тех пор, как мы начали заниматься сексом, все стало просто замечательно.
— Не понимаю, о чем ты. У меня отличные результаты. — С напускным безразличием скрещиваю руки на груди и откидываюсь на спинку стула.
— Но‑Но, ты тогда правильно сделал, что порвал с Рейган. Черта с два из тебя вышел бы толк с девушкой на буксире. — Устроив руки на столе, тренер подается вперед. — Женщины — непозволительное для тебя отвлечение. Что тогда, что сейчас.
— Знаешь, Джимми, раньше я думал, что ты прав. Верил каждому твоему слову. Но с тех пор я повзрослел. И теперь сам решаю… и на этот раз выбираю Рейган. Она для меня — самое важное в жизни. — Поднявшись, упираюсь ладонями в стол и наклоняюсь к тренеру. — Возможно, перед тобой я в долгу за все, что ты сделал для моей карьеры в ММА, но никогда тебе не прощу, что заставил меня порвать с Рейган. Я тогда повелся, как дурак… и это полностью моя вина. Но ты ни разу не подумал о своей дочери, о том, как сильно она страдает. Я разбил ей сердце, и за это нет прощения ни мне, ни тебе.
Джимми выглядит потрясенным. В полной тишине мы смотрим друг на друга, как мне кажется, слишком долго.
— Убирайся из моего кабинета и иди тренируйся, — говорит Джимми медленно и серьезно.
***
Антонио Соуза, двадцатисемилетний боец из Бразилии, последние пять лет живет и тренируется в Лас‑Вегасе. Он действующий чемпион в полутяжелом весе и за последние два года выиграл семь боев, в том числе четыре титульных. Как и большинство бразильских бойцов, Антонио первоклассно работает в партере, но в отличие от других предпочитает сражаться в стойке, уничтожая противника градом комбинаций из жестких и прицельных ударов. Антонио вечно понтуется, но каждый раз в клетке доказывает свое мастерство. Он — самый страшный соперник, его прозвище «Питбуль» говорит само за себя.
Видео с его боями, которые мы изучаем, приносят пользу, но одновременно пугают. Питбуль свирепый, и он не проигрывает. Во время тренировок его фотография всегда на видном месте. Такое впечатление, что Джимми постоянно таскает ее с собой. При любой возможности тренер сует мне снимок Питбуля под нос или помещает в поле зрения и напоминает, что и как нужно делать для победы.
Теперь, когда до боя всего ничего, мы налегаем на кардиотренировки и отрабатываем технику добивания. Спарринги намеренно проводим в лайт‑контакте. Последнее, что мне нужно, — получить травму, из‑за которой не смогу участвовать в поединке. Час кикбоксинга, сорок пять минут джиу-джитсу и тридцать минут фристайла в клетке, а Джимми все это время только и делает, что орет. С меня льет пот, но и три мои спарринг‑партнера знатно запыхались и от этого я чувствую себя сильным. До контрольного взвешивания нужно сбросить еще три килограмма, но это без проблем можно сделать за один поход в сауну. Останавливаюсь у зеркальной стены и смотрю на свое отражение. Никогда еще не чувствовал себя настолько собранным и мотивированным. До боя остались считанные дни, и я абсолютно готов.
ГЛАВА 22
НОА
Телефон вибрирует, оповещая о входящем сообщении от Рейган.
«Опаздываю, буду через пару минут. Люблю тебя.»
Перечитываю сообщение и улыбаюсь. Даже не верится, что все у нас наладилось с тех пор, как мы снова сошлись две недели назад. Словно никогда и не расставались. Вернулись к тому, на чем остановились, только теперь мы взрослые и оба знаем, чего хотим. Ничто не сможет помешать нам быть вместе. Все складывается просто идеально.
Вчера на утреннем взвешивании я весил девяносто два килограмма — то, что нужно для полутяжелой категории.
— Мойра, — говорю, натыкаясь на подругу Рей в коридоре у раздевалок. — Все нормально?
Она хихикает и делает глоток своего напитка. Судя по неудержимому смеху и нетвердой походке, девчонка уже махнула пару‑другую стаканчиков.
— Ты здесь с кем? — спрашиваю, осматриваясь в поисках того, кто смог бы проводить ее обратно на место. Заметив у Мойры на шее бейдж с аккредитацией, предполагаю, что дала его Рейган.
— Я тут с… друзьями. А где… Рейган? — спрашивает Мойра.
— Опаздывает. Должна быть с минуты на минуту.
Она кладет ладонь на мое плечо и начинает гладить, как собаку.
— Мне всегда нравились вы… двое как… пара. — Девушка снова хихикает.
— Спасибо. Мне тоже. — Ее нетрезвый вид заставляет меня улыбнуться. Ну, пьяная Мойра хотя бы счастлива. Вздрагиваю, подумав об альтернативе. Не понаслышке знаю, каково это — расти со злобным и жестоким алкоголиком. Который выходил из себя не только во время запоев. Не дай бог, выпивка заканчивалась… Ужасное было время. Тряхнув головой, отгоняю неприятные воспоминания. Не стоит сейчас думать о своем старике. Нужно собраться с мыслями и сосредоточиться на том, для чего я здесь. Этот вечер я заслужил годами упорной работы, никто и ничто не помешает мне победить.
— Э‑эй, Рейган! — кричит Мойра, увидев мою девушку.
Рей машет подруге, но, идя по длинному коридору, улыбается только мне. Когда она подходит, притягиваю ее и целую в макушку, зарываясь носом в мягкие волосы.
— Рей, как же приятно тебя обнимать. Я так по тебе скучал.
Рейган тянется навстречу моим губам. Нежно и легко касаюсь ее рта, пальцами ласкаю линию скулы.
— Мне пора разогреваться. Увидимся после боя.
Рей улыбается.
— Наваляй ему, Но‑Но, — говорит она, подмигивая.
Я отступаю на несколько шагов и ухмыляюсь:
— Так и сделаю.
Поворачиваюсь к ней спиной и по соседнему коридору направляюсь к раздевалке, где ждут Джимми и Ник. Почти дойдя до двери, понимаю, что забыл спросить, где Рейган будет после боя. Подождет меня здесь или мы встретимся дома? Возвращаюсь назад и уже собираюсь выступить из‑за угла… но тут слышу голос Мойры.
— Жаль… ваши… отношения ненадолго.
Застываю на месте и прищуриваюсь. Интересно… с чего вдруг такой пессимизм?
— Почему ненадолго? — спрашивает Рейган.
— Ты‑ы… порвешь… с ни‑им, — напевает Мойра.
— Нет, теперь мы снова вместе.
Я не двигаюсь, но наблюдаю за девушками из-за угла.
— Какая прелесть. — Мойра похлопывает Рейган по руке. — Да, да, я в курсе… но… у нас же… план. Тс‑с‑с… — Она подносит палец к губам. — Никто не должен знать… что… — Мойра икает, — ты используешь Нолана для секса. — Она залпом допивает остатки своего напитка. — И просто ждешь… подходящего… момента, чтобы бросить Ноа. Раз… разбить ему сердце.
Брови сходятся на переносице. Пока я пытаюсь осмыслить откровение Мойры, грудь пронзает острая боль. Это правда или просто пьяный бред?
— Помнишь, мы планировали это… на вечеринке у Гриффа? — Мойра поворачивается, собираясь уйти, но потом останавливается и нетвердым шагом возвращается к Рейган. — Увидимся, — говорит Мойра, снова похлопывая Рей по руке. — И уходит в сторону, противоположную той, откуда пришла. — Удачи, Но‑о‑о‑Но‑о‑о, — поет она, заворачивая за угол.
Рейган быстро пересекает коридор и заходит в уборную.
Прислонившись спиной к холодной цементной стене, обдумываю услышанное. Неужели это правда?
Вспоминаю вечеринку у Гриффа две недели назад и понимаю… именно в тот вечер я поцеловал Рей, а затем сказал, что это была ошибка. Рейган тогда на меня разозлилась. И что, настолько сильно, чтобы придумать коварный план: снова сойтись со мной, а потом бросить?
Я порвал с ней некрасиво и жестоко. Может, последние две недели быть частью хитроумного замысла? Вполне вероятно. Единственный способ узнать наверняка — спросить Рейган. Она совершенно не умеет врать. Стоит посмотреть ей в глаза, все сразу становится ясно.