Дети разных миров (СИ)
— Что?
— Это ты меня раздел?
— Ну, больше было некому.
Я повернула голову на звук голоса. Щёки запылали.
— Зачем?
— Маша, когда я пришёл, ты спала полностью одетой, как была вчера, не разобрав постель, только попытавшись прикрыться покрывалом. Уже в бреду и со страшной температурой. С тебя необходимо было снять твою тесную и неудобную одежду.
— И ты смотрел на меня голую?!
— Нет, я раздевал тебя с закрытыми глазами, на ощупь! — ехидно ответил он.
Я в ужасе натянула одеяло на голову. Сейчас сгорю со стыда.
— Маша, не будь ребёнком. Тебе нечего стыдиться. Никто не станет смотреть на больного человека как на сексуальный объект. Я же не виноват, что вы не носите нижней сорочки. Да мне и не до созерцания твоих прелестей было в тот момент. Так что не глупи и вылезай из-под одеяла. А то задохнёшься. У тебя и так дыхание очень тяжёлое.
Я почувствовала, что Дэн тянет одеяло с моего лица.
— Вот так лучше. Ты хочешь поесть?
— Не знаю.
— Я тебе сделаю что-нибудь, а ты съешь то, что захочется, хорошо? Отдыхай.
Даанэль вышел, а я попыталась спросить у своего организма, как он насчёт поесть. И поняла. Что поесть я не очень, а вот другие потребности очень даже! Огляделась в поисках хоть какой-нибудь одежды. О, вон моё платье. Придётся встать, так не дотянусь. Откинула одеяло, спустила ноги. О, трусики на мне. И за то спасибо. Правда, простора для воображения они почти не оставляют, но хоть что-то. Меня обдало волной жара, когда я представила себе картинку «Даанэль, раздевающий меня». Пошатываясь, встала на ноги, схватила платье и дрожащими слабыми руками принялась надевать его. Поминутно останавливаясь, чтобы отдышаться, кое-как застегнулась и, придерживаясь за попадающиеся на пути предметы, двинулась в коридор. Окружающее затянуто красноватой пеленой и диковинная обстановка уже не так меня интересует. Тапочки я не нашла, но ноги утопают в ворсистом мягком ковре. Шагнула в коридор. А-а! Холодный каменный пол обжёг ступни. Я глянула вниз — крупные мраморные (или это не мрамор, может, малахит или нефрит?) плиты тёмно- и светло-зелёного цвета покрывают пол. Ах, да, и освещение: везде фигурные подсвечники с горящими свечами. Стены тоже каменные. Причём, коридорчик стал шире и длиннее, или это у меня глюки. С кухни доносятся звуки: что-то там магичит король.
Я с трудом догадалась, что вход в туалет находится за тяжёлой бархатной портьерой, которая неожиданно легко откинулась, явив за собой узорчатую дверь. Посетив королевскую уборную, я поняла, что сил на обратное возвращение в постель у меня уже нет. До кухни ближе, а там хоть стул есть, посижу, передохну. У портьеры меня поджидал недовольный Даанэль:
— Ты зачем встала?
— За надом. Мне что, под себя ходить?
— Могла бы позвать меня. Я с таким трудом сбил тебе температуру, хоть в себя пришла. И тут же вскочила. Ты же еле стоишь, и пол холодный!
Ну чисто моя мама, её слова один в один. Об этом я и сказала королю.
— Мама, не мама, а будешь своевольничать — накажу. — С этими словами Дэн легко подхватил меня на руки и потащил в спальню. Я замерла в немом восторге: никто никогда не носил меня на руках. Пусть больную, всклокоченную и горячую как печка, но сам факт! Волшебное ощущение! Как жаль, что оно так быстро кончилось. Через секунду меня аккуратно сгрузили на середину кровати, тут же накрыв до подбородка одеялом и погрозив пальцем.
— Чтобы больше никаких вставаний! А не то вызывай своих врачей и лечись у них, поняла?
Я кивнула. Даанэль тут же развернулся, чтобы уйти.
— Дэн, — поспешно окликнула я его. — Подожди минутку.
— Чего тебе? — недовольно обернулся он.
— Дай, пожалуйста, мою пижаму. Я хочу переодеться. — Дождавшись, когда одежда ляжет рядом со мной, я нерешительно подняла на него глаза. — И… спасибо тебе. Что не бросил. После того, что было… прости меня.
— Ты вспомнила?
— Да. Мне очень стыдно.
— Мы поговорим обо всём позже, когда тебе станет лучше, а пока не думай об этом.
Дэн вышел, а я взялась за пижаму. На переодевание ушло до безобразия много времени и все мои оставшиеся силы. Я в изнеможении откинулась на подушку и погрузилась в дрёму.
Кажется, приходил Дэн, пытался меня чем-то накормить, я вяло отбивалась. Потом проснулась от собственного сухого кашля. Пить хочу. Сознание прояснилось, и я обнаружила, что Дэн в комнате, расположился за резным столом на витых ножках, что-то сосредоточенно читает и записывает. Я встретила взгляд парня, который озабоченно и задумчиво посмотрел на меня:
— Пить хочешь?
Я кивнула. Дэн приблизился, приподнял меня и дал напиться.
— Тебе надо поесть.
— Не хочется.
— Маша, последний раз ты полноценно ела почти двое суток назад, в том кафе.
Я с трудом соображала, о чём он говорит.
— Двое суток?! Какой сегодня день?
— Уже среда, скоро рассвет.
— Как среда? А вторник?
— А вчера ты весь день провела в забытьи. Только ночью пришла в себя.
— О-о. Мне надо готовиться. Сессия…
— Забудь об этом на ближайшие дни. К тому же… я снял заклинание. Знаю, что ты против, но иначе было нельзя, организм бы не выдержал нагрузки.
Я расстроилась. Всё-таки снял. Что я успела взять от заклинания? Две лекции и один семинар. Негусто.
— Ты сердишься?
— Не говори ерунды. Как я могу сердиться на тебя? В таком состоянии. — Дэн присел на краешек постели, потрогал мой лоб, потом взял за запястье. — Слабая как котёнок. Исхудала, одни глаза остались. Большие грустные глаза. — Он погладил меня по щеке. — Будь хорошей девочкой. Поешь, хоть немного.
— Я правда не хочу. Сил нет.
— Маша… ну ради меня.
В глазах парня плясала тревога. Я, было, хотела ответить согласием, но приступ кашля сотряс меня, отняв все силы. Закрыла глаза, вновь уплывая в дрёму. И тут почувствовала прикосновение к губам чего-то тёплого. Я приоткрыла глаза и в изумлении обнаружила, что это Дэн… целует меня. В голове прозвучала чёткая команда: «Не закрывай глаза. Смотри на меня». Одновременно с этим поцелуй стал более жёстким, король заставил меня открыть губы, а потом резко выдохнул мне в рот. Не успела я удивиться, как он тут же отстранился.
— Надеюсь, я не напугал тебя.
Широко распахнутыми глазами я смотрела на него: что это было? Сонливость как рукой сняло. Я почувствовала, что в голове проясняется.
— Пришлось влить в тебя немного жизненной Силы. Болезнь слишком далеко зашла. Ещё немного, и ты бы перешла грань. Не думай, что здесь было что-то личное, со своей сестрой я бы поступил так же. Правда… с ней мне бы не пришлось это делать, ведь она маг, как и я. И Силу могла бы взять другим способом. Сейчас ты поешь, ведь поешь, правда? А потом я буду лечить тебя дальше. — Дождавшись моего кивка, он деловито осведомился: — Может, ты чего-то хочешь?
Я кивнула:
— Морса. Брусничного.
— Что это?
— Напиток из ягод.
— У тебя есть такие?
Я грустно помотала головой.
— Ну да, зима же.
— Да нет, их продают, замороженные. Их и свежими можно хранить всю зиму, и ничего им не будет, не бродят и не портятся.
— Ты меня заинтересовала. Что же за ягоды?
— Обычная брусника. Наша, таёжная. Вкусная и полезная.
— Я найду тебе бруснику, а сейчас — салат будешь, из свежих овощей?
Я подумала, кивнула.
— А чего-нибудь мясного?
Представила себе вкус и запах мяса, и волна тошноты подкатила к горлу:
— Неет! Не надо!
— Сыр?
— Нет.
— Омлет?
— Нет-нет-нет!
— Птица, рыба?
— Рыбки бы, жареной.
— Договорились: рыба и салат. Подожди, сейчас всё будет. — Подбодрив меня улыбкой, Дэн вышел.
А я принялась лихорадочно раздумывать над произошедшим. Мне явно полегчало. Значит, не обманывает, и впрямь вдохнул в меня Силу. Так это был поцелуй или нет? И что, не было другого способа? Он мог это сделать, пока я спала. А если вспомнить всё, что произошло за вчерашний день… Тьфу ты, позавчерашний. Слишком много событий, и всё несётся независимо от моей воли. А ещё Мишка. Чёрт. Что же мне с ним делать? С ними двоими, если быть точной. И с собой тоже. Что-то я запуталась.