Высокий Ворон (СИ)
— Оля, скафандр ждет.
— Ах да, сейчас. Слушай, Арина, люк ведь не откроется сам, пока мы здесь?
— Исключено. В шлюзовую камеру ведут два люка, и невозможно открыть один, пока не закрыт другой, система механических замков не даст это сделать, потому я на всякий случай и держу рубочный люк открытым. Тут все как в симуляторе: одеваемся, задраиваем люк, откачиваем воздух и только потом открываем путь наружу. Ты готова, Воронок?
— С самого рождения!
Быстро и уверенно ребенок надел скафандр под бдительным взором няни. Еще мгновение и Ольга стоит в полной готовности, выжидательно смотря на Арину. Няня стала рядом, переодетая в яркий оранжевый комбинезон, и натянув на глаза широкие прямоугольные очки. Лицо ее стало величественным и прекрасным, и она торжественно объявила маленькой фигурке в скафандре:
— Дальше делай все сама, как учили!
— Давай, Воронок, покажи класс!
Ольга не спеша заперла рубочный люк, затем сверилась с распределительным табло на стене:
— Контур герметичен, включаю насосы, на счет три!
Взрослые молча наблюдали не вмешиваясь.
— Раз, два, три! — Ольга командует сама себе и хватается за поручни, секунду спустя взревели мощные насосы, почти мгновенно откачав воздух из шлюза. Дальше тишина…
— Связь только по радио.
— Я помню, помню. Можно открывать? — Взволнованный звонкий детский голос хорошо слышен не только няне и наставнику, но и дюжине наблюдателей в штаб-квартире.
— Можно!
Короткая команда и верхний люк плавно отошел в сторону, открывая черный квадрат пустоты, усеянный редкими звездами.
Пред немигающим взором этой пустоты маленькая фигурка невольно попятилась назад, но затем сделала смелый шаг вперед. Ольга и Арина встали на очерченный красной линией подъемник и медленно поднялись из шлюза на крышу Дома.
Две крошечные фигурки стояли на серой поверхности обитаемого отсека орбитального завода «Высокий Дом-8». Медленно двигалась напоминающая решетчатое коромысло ось, отсвечивали красным позиционные огни махины заводского корпуса, четыреста километрами ниже простиралось ночное полушарие Земли.
Ученица крепко сжала ладонь учителя, медленно ведя головой из стороны в сторону.
— Ну как, человеческое дитя?
— Оно…потрясающе…, — пыталась найти слова Оля.
— Да, Воронок, пустота всегда поражает, и первый свой выход ты будешь помнить всю жизнь, словно первый поцелуй. Давай Арина, начинай прогулку, — подключается Петров. — Мысленно я с вами.
Арина пристегнула ранец Ольги тонким металлическим стропом к своему запястью.
— Твой вестибулярный аппарат много совершеннее, чем у обычного человека, и все же первый раз может быть немного не по себе, особенно когда мы поднимемся к осевой мачте, где постоянная невесомость, это нормально. Если почувствуешь что-то неладное, сразу скажи мне. Для начала пройдемся к краю Дома, просто шагай вперед помедленнее, гравитация здесь такая же, как внутри. Иди, Воронок.
Арина включила освещение, и осевые прожектора залили пространство вокруг них холодным белым светом, протянув угольно-черные тени от двух маленьких фигур. Ольга, секунду постояв на месте, медленно зашагала к дальнему краю крыши, Арина пошла следом. Девочка продолжала вертеть головой во все стороны, всматриваясь в пустоту.
— Няня, эта линия огней высоко над нами — колонии высокой орбиты?
— Да, так называемый геостационарный пояс, тридцать шесть тысяч километров от Земли. Вон тот объект, огни которого напоминают вписанный в квадрат крест — верхний этаж Орбитального Лифта, Терминал. Я работала там, до того как стала твоей няней.
Ольга на секунду остановилась, переведя удивленный взгляд от далеких огней на высокую фигуру Арины:
— Да, а я и не знала. И как там было?
— Неплохо, но с Домом не сравнить, постоянно суматоха, как на вокзале. И такой замечательной девочки, как ты там не наблюдалось.
— Ох-х…
Ольга замерла у края Дома, Арина снова взяла ее за руку.
Они стояли, словно у края пропасти, которая начинается там, где корпус обрывался вертикально вниз. Бездонное черное пространство с мириадами звездных огней как настоящих, так и рукотворных. Космос.
— Я, я…, - ребенок в скафандре поднял голову и пытался что-то сказать, но замолчал.
— Успокойся, Воронок, успокойся, — густым басом раздался в шлеме голос Михаила. — Это не пропасть, и ты в нее не упадешь. Ничего не бойся, пустота не причинит тебе вреда, у нее нет такого в мыслях. Это твой мир, Ольга Воронова, и он целиком принадлежит тебе, до самой последней звезды! Ты понимаешь меня?
— Да, кажется, понимаю…спасибо, дядя Миша.
Арина также благодарна Михаилу за своевременную моральную поддержку и предпочла не вмешиваться. Она по-своему уверена в Ольге, уверена в ее навыках, тренировке и сильном характере. Также няня уверена в том, что ей не придется воспользоваться дистанционным управлением аптечки в скафандре ученицы, чтобы моментально вколоть девочке дозу успокоительного в случае приступа космической паники, ведь у Ольги приступа паники не может случиться в силу серьезной предварительной подготовки. Сейчас проверялась вся предыдущая работа Арины, и не только ее, но и десятка других специалистов, принимавших непосредственное участие в проекте «Ольга Воронова». И все же, слова старого пилота как нельзя уместны, ибо первый выход в пустоту, несомненно, самый важный в карьере каждого космонавта.
Маленькая Ольга продолжала вглядываться в бескрайний космос, угадывая очертания созвездий и находя особо крупные колонии. Стоя на краю обрыва, она думала, что неверно, когда говорят, что в космосе нет верха и низа. Еще как есть: все, что над головой — верх, все что под ботинками — низ, правда, если сделать сальто, то мир просто опрокидывается, но она с этим справится. И никакого головокружения или потери ориентиров, которых так боятся жители Земли, впервые покидая пределы своей планеты.
— Красиво! С симулятором и близко не сравнить. И совершенно нестрашно. Теперь мы пойдем к оси?
— Хорошо, только не торопись, у нас полно времени. Присмотрись, пожалуйста, к заводскому корпусу, — Арина подняла руку вверх, указывая на темную громаду над ними.
Ольга повернула голову и вгляделась в нависающий над Домом гигантский цилиндр. Она видела его множество раз в виртуальной реальности и через окна, но все же слабо представляла себе, насколько это большая конструкция, насколько мал Дом рядом с ним.
Сложенный из серой лунной породы цилиндр диаметром в сто пятьдесят метров, уходивший вдаль почти на полкилометра. Корпус не был сплошным, в нем зияли многочисленные отверстия, так что издали завод напоминал скелет фантастического круглого зверя, с многочисленными дугообразными ребрами и внутренними переходами костей.
Она вспомнила, как дядя Миша часто повторял: Оленька, твоя станция издали выглядит как пивная банка, в которую вставлен заводной ключ. Сама банка — цилиндрический корпус завода, из торца которого поднимается на пятьдесят метров главная мачта. В свою очередь, на мачту, как на стержень, надета гигантская ось, которая беспрерывно вращается, поддерживая искусственную гравитацию. На одном конце оси находится причал, куда ты будешь в будущем сажать транспортные корабли, на другом конце — обитаемый отсек, твой собственный Дом. Запомни, именно непрерывное вращение оси поддерживает в обитаемом отсеке и на причале постоянную гравитацию, поэтому ты, девчонка, и не знаешь негативного влияния длительной невесомости. Вот такой у тебя Дом.
Точно пивная банка, думала Ольга, разглядывая цилиндрический заводской корпус. И ось, как ключ от заводной игрушки, все время крутится, гравитацию создает. Ловко устроено!
— О чем задумалась?
— Няня, белые вспышки внутри корпуса завода — сварка? Строительство продолжается?
— Так точно. Автоматическое строительство ведется непрерывно и день и ночь, уже почти восемь лет. Корабли с материалами и механизмами прибывают каждые пять суток. Но все бесполезно без главной детали, и эта самая деталь сейчас стоит рядом со мной, — с хитрой улыбкой ответила няня.