Вишенка в паутине (СИ)
— Балуешь, мальчика? Не увлекайся, а то ведь сейчас кончит, — усмехнулась Тарерия, кивая на истекающий смазкой набухший член раба.
— Мазохист? — хмыкнула госпожа Мортир, обводя пальцами кубики подавшегося вперёд пресса.
— Стопроцентный, — расплылась в улыбке подруга. — Смотри…
Управляющая «АнгелГрупп» взяла из набора ещё две гирьки, добавила к каждой из цепочек и… Яички мальчика заметно подтянулись, а член, заполненный уретральным плагом и перехваченный у основания массивным металлическим кольцом, дёрнулся вверх, несмотря на вес «украшения».
— Впечатляет, — кашлянула Ками. — Вот только кончить он так вряд ли сможет, если только насухую…
— Значит, поиграть с ним время ещё есть, — согласилась госпожа Ноук. — Сейчас вот только усугубим неотвратимое.
Скучающих возле дивана Марка и Ойли, потянув за поводок, заставили подползти поближе к Краму и пристроили рабочие ротики к делу. Наученные несколькими шлепками мальчики поняли, что от них требуется, и медленно начали вылизывать область вокруг гениталий «счастливчика», не касаясь самого дорогого. Вот язык одного прошёлся вокруг пупка, не забыв пощекотать и заглянуть внутрь, вслепую отполировал гладко выбритый низ живота, обозначил влажным пунктиром дорожку вокруг яичек. В то время как другой, поднимаясь снизу, обрабатывал внутреннюю поверхность бёдер, то ли случайно, то ли специально задевая металлический каркас.
— Ух, как мальчики стараются, и ведь знают, что разрядки ему, скорее всего, не дадут, — усмехнулась Тарерия. — Похоже, тут что-то личное… Но, может, и к лучшему.
Когда к оральным ласкам добавились две пары женских рук, слегка сжимающие тугие яички и бередящие металлический стержень внутри члена, на редкость терпеливый Крам запрокинул голову и забился в креплениях, как смертник на электрическом стуле, сопровождая конвульсии непрерывным жалобным скулежом.
— Тари, он сейчас либо кончит, либо кончится, — оценила картину госпожа Мортир. — Если он тебе ещё нужен…
— Снимай.
Освободить мошонку от утяжек и фиксаторов было делом двадцати секунд, а когда уретральный канал покинул и плаг… Хватило одного разрешающего шлепка по заднице, чтобы сперма густым потоком брызнула на ковёр, отчасти забрызгав и двух коленопреклонённых трудяг.
— Эх, нам бы своё кино снимать, — удобно расположившись и наблюдая, как два затянутых в бандаж мальчика убирают последствия «взрыва» и облизывают третьего, вздохнула Тарерия. — Гораздо интереснее той убогой порнушки, что впаривают по платной подписке. — Впрочем, тебе теперь, наверное, без надобности. Фантазия богатая, личный раб в наличии…
Ками неопределённо хмыкнула и пошла к столику с напитками:
— Всё не так просто… оказалось.
— В смысле? — изогнула бровь женщина. — Мальчик проблемный?
— Да не особо.
— Интеллект как у инфузории? Может только ползать и хлопать ресничками?
— С мозгами порядок, — усмехнулась госпожа Мортир. — Ну, по крайней мере, с их количеством.
— А что тогда? Не старается? Надоел? — наморщила лоб подруга.
— Расслабиться с ним не могу. Тормоза отпустить, — подумав, озвучила Ками, отхлебнув из бокала. — Оказывается снять стружку с арендованной на час тушки, совсем не то же самое, что заиграть своего.
— Почему? — заинтересованно протянула Тарерия, подперев щёку рукой. — Нет, ну правда, расскажи. У меня-то личных рабов нет, а опыт лишним не бывает.
— Потому что… жалко, — одним глотком осушив бокал, криво улыбнулась госпожа Мортир. — Потому что мальчик, это уже не просто мальчик. У него появляется имя, голос, история… А у тебя мысли о том, что упругая попка, располосованная стеком, это не только красиво, но ему ещё на ней придётся сидеть. А потом ты понимаешь, что он не просто тебя боится или хочет, он на тебя надеется. Представляешь? — блеснув глазами, рассмеялась Ками. — Игрушка, которую купили, чтоб развлекаться в пыточной, почему-то начинает считать тебя доброй и свято верить в твою адекватность, а тебе уже даже как-то неловко обмануть эти ожидания. И вот тут начинается засада…
— Поменяй. Он ведь на гарантии? — осмысливая услышанное, предложила подруга, взлохматив в задумчивости салонную укладку.
— Думаешь, с другим выйдет иначе? — усмехнулась Ками. — Это, похоже, не мальчики такие неправильные… а я. Нельзя никого близко подпускать, иначе начинается, чёрт знает что.
— А может… ты в него влюбилась? — заговорщическим шёпотом предположила блондинка. — Как в душещипательных романах прошлого века: он красивый и угнетённый, а ты нежная и трепетная, и вот…
— Пф-ф, не говори глупости, — отмахнулась Ками. — Я не против с кем-нибудь серьёзно сойтись, но мне нужен равный.
— Слышали бы тебя активисты за права рабов… — ехидно заметила госпожа Ноук.
— Я не про статус сейчас, я про опыт, про мироощущение… Хьюмо двадцатилетний пацан, ему нужна восторженная девочка, которая будет играть с ним в виртуальные бродилки и, визжа, висеть у него на шее при виде мультяшных привидений.
— Ну да, проблема, — серьёзно кивнула управляющая. — Визжать ты с детства не умеешь, а привидения тебя саму боятся. — Так значит, тебе нужен… Настоящий мужик. Самостоятельный, серьёзный, ответственный…
— Не эгоист и не трус, — включилась в игру Ками.
— Чтоб защитил, поддержал, прикрыл… Этакий мачо, но без шовинистских замашек и извечного: «Я так сказал»?
— Да. И с красивой попкой.
— Обязательно! Мазохистских наклонностей в сексе добавляем?
— Конечно, и побольше.
— Ну, смотри… — госпожа Ноук с таинственным видом взяла со столика свой недопитый бокал, пошептала в него с видом заправской гадалки, надёргала из воздуха невидимых нитей судьбы, накрыла стеклянную ёмкость салфеткой, для верности сделала ещё несколько магических пассов рукой. — И…
— Что? Портрет будущего мужа в остатках вермута не всплыл? — с сожалением, шмыгнула носом Ками.
— Нет, — посочувствовала Тари. — Но, может, просто вермута маловато?
Господин Боум
Открыв глаза, Хьюмо долго разглядывал выгоревший желтоватый потолок со встроенным освещением. Пересчитывание микросветодиодов, которых там было как звёзд на небе, отвлекало и не давало разыграться фантазии. Три дня с новым хозяином. Обратный отсчёт начат.
Солнце уже во всю заглядывало в окна, а в квартире — тишина. Парень успел одеться, прибрать диван, на котором спал, и самое основное в комнате, где его положили, а друг хозяйки всё не просыпался. Ближе к обеду измучившись от безделья и ожидания, Хьюмо решил всё-таки вылезти и дойти до кухни, пить воду из-под крана ему ещё никто не запрещал. А вот есть… Ками-со пошутила? Или нет? Гипнотизируя стенку холодильника, Хьюмо пропустил момент, когда скрипнула дверь спальни. Деваться было уже некуда, и вскоре на кухне показался свободный. Конечно, парень понимал, что избегать временного хозяина всё это время вряд ли получится, но встретить его спросонья со стояком в трусах точно было лишним.
— Опа, — неловко потёр затылок мужчина. — А я про тебя и забыл совсем. Сейчас оденусь, чтобы не смущать.
Хьюмо еле заметно выдохнул, глядя вслед отправившемуся за штанами господину. «Не смущать» — это немного не про то. Просто в его обязанности входило незамедлительно помочь владельцу получить разрядку. Без слов, не дожидаясь прямого приказа. Этот навык отрабатывался ежедневно и доводился до автоматизма с мастером, его друзьями, другими рабами… Невнимательность каралась укладыванием в плоский, герметичный ящик на растяжку и временным перекрытием кислорода.
Вытерев взмокшие ладони об джинсы, Хьюмо открыл кран и, наклонившись над раковиной, плеснул себе в лицо холодной водой, ещё раз выдохнул. Как там Ками-со говорила? Мастера здесь нет…
— Так лучше? — мужчина вернулся через пару минут в потёртых штанах и футболке.
— Да, господин, — не стал кривить душой Хьюмо. — Вас можно называть господин Анри или лучше хозяин?
— Что ж такого страшного Ками про меня рассказала, что ты весь на нервах и навытяжку? — глотнув из кружки вчерашний кофе, скривился свободный.