Вишенка в паутине (СИ)
— Запретить я вам не могу, это общественное место, — раздраженно выдал господин Роуди, собственноручно вытаскивая иголки и раскручивая винты. — Но служебные помещения для вас закрыты. И не вздумайте приносить запрещённые предметы с собой!
— Хорошо, я вас поняла, — кивнула Ками, снимая с вешалки сумку и направляясь к двери. — Держите, — демонстративно опустила она на пуфик золотой кусочек пластика. — Возвращаю.
— Что у вас там ещё вместе с картой? Деньги? — разглядывая, вытянул шею господин Роуди. — Не нужно, вы же уже оплатили.
— О, это не вам, это мальчику, — усмехнулась Ками, — чаевые он сегодня, и правда, заслужил.
Точки над «i»
— Вы что с ума сошли?! Что за самодеятельность?!
Ор в трубке стоял такой, что Ками, поморщившись, держала телефон на расстоянии вытянутой руки.
— Кто вам разрешал вести параллельное расследование?!
Судя по тому, как быстро министерство безопасности узнало об её маленьком приключении, контроль был не просто фикцией, а в борделе имелись свои люди.
— Капитан, я не лезу в вашу вотчину, — попыталась оправдаться Ками, — просто решила кое-что проверить… Это ведь была лишь теория.
— Проверили? — рявкнуло в трубке. — И рассекретили к чертям собачьим всю операцию!
— С чего бы? Ваше ведомство осталось в тени. А то, что простая гражданка после явного покушения начинает нервничать, истерить и искать виноватых, по-моему, вполне логично. Зато теперь прослеживается интересная связь с борделем…
— Которую мы отследили и без вас!
— И не сочли нужным поставить в известность?
Было слегка обидно, что вся высокая миссия свободной гражданки и её незаменимое участие сводится к тому чтобы «сидеть и молчать».
— Лишние сведения могут помешать вам вести себя естественно.
Кажется, госпожа Ордис выдохлась, и можно было попробовать поговорить спокойно.
— Хорошо.
— Что хорошо? — с подозрением раздалось в трубке. — Вы больше не будете никуда лезть?
— Я буду вести себя естественно.
Капитан безопасников выругалась ничем не хуже продвинутого в фене черноглазого.
— Что вы хотите узнать?
***
Не то чтобы в гостях было плохо, но хозяйку Хьюмо ждал. И мысли в голове дурацкие крутились, то про тормоза в машине, то про спину Роука… Выдохнуть он смог только рядом с ней на пассажирском сидении и аккуратно задать вопросы. В бешенстве госпожа Мортир не была, скорее в задумчивости, но «татуированного твареныша» и директора борделя ругала страшно.
— Спелись! Сладкая парочка… Понял, что я эту крысу черноглазую трясти пришла, и прибежал вытаскивать, — ядовито усмехнулась женщина, заезжая во двор. — Дожать не успела…
— Вы его сильно..? Он живой? — не удержался Хьюмо.
— Малыш, — хозяйка зашипела и с силой сжала руль. — Кого ты защищаешь? Твой Роук совсем не няшечка, он ушлый и зубастый. Подмазался, слил данные, сейчас шкуру подлечит и будет нового дурачка окучивать… или дурочку. А директор, небось, наводчик, не удивлюсь, если работнички с ним делятся.
— Вы думаете, господин Роуди как-то с похищением и теми преступниками связан?
— Да он живёт среди преступников! — невесело рассмеялась женщина, заглушив мотор. — Вряд ли он прям какой-то теневой мафиозный босс, но связи наверняка имеет… Ты вспомни, ведь завертелось все сразу после виртуальной игровой борделя, кошки твоей страшной, черти её задери! С того момента и господин Роуди до личного общения снизошел, и такое чувство, что нас на карандаш взяли. Дальше — больше: тебя ведь похитить пытались аккурат после откровений среди местной публики. А не получилось украсть, решили убить… ну, и меня за одно, чтоб под ногами не путалась.
— Ками-со, я не знаю, что происходит… Я, правда, не хотел… — наверное правильный, благодарный раб должен был бы сейчас собраться с духом и попросить о возврате себя в школу, чтоб избавить хозяйку от опасности, или вовсе по-тихому самоубиться… Но отличником Хьюмо никогда не был, поэтому просто виновато смотрел на женщину, решающую сейчас по сути его проблемы. — Если б я мог что-то изменить…
— Вспоминай, — посоветовала владелица, усталым жестом собирая в хвост, спутавшиеся волосы. — Чёрт возьми, малыш, я не думала, что это скажу, но нам надо знать, кем ты был до всего этого… И давай начнём с того, что ты не Хьюмо.
— А кто?
— Да откуда я знаю?! Но Хьюмо — это не имя, это… вишенка, — окинув парня на заднем сиденье долгим взглядом, нехотя выдала Ками. — Тебя что так и в тюремном госпитале звали? Врач к тебе как обращался, когда ты только в себя пришёл?
— Хьюмо, — растерянно пожал плечами раб. Сумерки за окном автомобиля стали почти непроглядными, но, казалось, хозяйка решила выяснить всё на месте, в салоне своего любимого «жука».
— Что сразу по кличке? Без имени и фамилии? — не поверила переводчица. — А в записи с заседания суда как тебя называли? Обвинительный приговор на чьё имя зачитывали?
— Я не видел запись… Ками-со, я ведь уже считался рабом, кто бы со мной там возиться стал? — невесело усмехнулся парень. — Меня за лишние вопросы шокером угощали, говорили, чтоб привыкал…
— Врачи? Переломанного больного после аварии? — такого странного тона и не моргающих совьих глаз Хьюмо от хозяйки никак не ожидал. Не то чтобы она его жалела… скорее смотрела как на инопланетянина и… кажется, начинала злиться.
— Я в коме долго был. Кости за это время уже аппаратурой срастили… Шрамы после операции, сказали, что тоже уже свели. Для продажи ведь гладенькие нужны… Так что на ноги быстро поставили, ну, и к рабскому статусу сразу приучать стали, — криво улыбнулся парень. — Только лекарства колоть продолжили, без них жутко голова болела… Ками-со, вы сердитесь? Я… я позволил себе лишнего? Что-то не так? — забеспокоился невольник, только сейчас сообразив, что владелица не просто молчит… Она на взводе и шарит по карманам в поисках телефона.
— Малыш, ну, если честно, всё не так, — матерясь сквозь зубы и набирая чей-то номер, отозвалась женщина. — И ночь нам предстоит теперь долгая, силы понадобятся… Ты с чем пиццу хочешь?
Точки над «i» -2
То, что происходило дальше, в квартире, Хьюмо понимал смутно. Кажется, хозяйка, и правда, заказала пиццу, но принес её почему-то не курьер, а капитан министерства безопасности.
— Я надеюсь, у вас были веские основания использовать экстренную линию и настаивать на встрече в такой час? — звучало всё вполне вежливо, но с таким количеством металла в голосе, что разочаровывать гостью, деактивирующую голограмму внешности, совсем не хотелось.
— Ну, я подумала, что вы всё-таки захотите сами мне объяснить некоторые вещи, прежде чем я начну о них спрашивать… скажем, ваше начальство или искать объяснения у журналистов, — мирно улыбнулась Ками-со и взялась за распаковку заказа.
— Госпожа Мортир, а вам не кажется, что вы заигрались? Угрожать офицеру службы безопасности… Мягко говоря, плохая идея, — гостья нервно поправила выбившуюся из причёски прядь и скользнула взглядом по обстановке гостиной, на пару секунд задержавшись на сидящем возле дивана рабе. — Тем более что я не понимаю, чем вы опять недовольны?
— Не догадываетесь, правда? Извольте, — хозяйка порезала ещё тёплый шедевр кулинарного искусства и кивком пригласила Зулу Ордис к низкому столику, на котором уже были расставлены напитки. — Я хочу знать, кто это?
Хьюмо застыл с выданным куском пиццы, когда взгляды сразу двух опасно-шипящих друг на друга женщин скрестились на нём.
— Вы уже спрашивали!
— И вы мне соврали… Сказали, что документы у него в порядке, дело сомнений не вызывает, имя мальчику сменили на аукционе перед первой продажей… Только вот почему-то в тюремном госпитале его уже звали Хьюмо и обращались так, что я вообще сомневаюсь, что это был тюремный госпиталь.
Повисла тяжёлая пауза. Парень кожей чувствовал и потрескивающее в комнате напряжение, и набирающее обороты собственное сердце. Приказ хозяйки: «Есть и не тушеваться», — выполнить было практически невозможно.