Выдумала, рассказала, случайно влюбилась (СИ)

— Тебе тоже надо идти собираться? — загнул бровь женишок.
— Упаси боже! — замахала руками и даже сделала шаг назад, чтоб наверняка.
— Пойдемте к яхте тогда, закажем еду, шампанское, перекусим. Не знаю как вы, но я бы уже чего-нибудь съел, — похлопал Кирилл по животу.
— Нет. В начале поедим, а потом к яхте, — живот жалобно заурчал, услышав упоминание еды, и я поняла, что очень голодна.
— Заманчивая идея, — согласился Матвей.
Как оказалось, Кирилл добрался до этого места не на машине, а пешком, поэтому мы все сели в машину Матвея. Мужчины устроились на передних сиденьях, а я задумчиво сидела сзади, погрузившись в свои мысли, слушая их разговор в пол уха. Хотя могла бы вообще не слушать. Разговор был о машинах и увлечениях.
Мне раньше казалось, что Матвей видит в Кирилле соперника, будто бы он реально ревнует меня к нему, а сейчас, узнав, что он мой лучший друг детства, мужчина успокоился. Я эти мыли быстро отогнала, так как знала, что такого просто не может быть. Я здесь, чтобы вернуть ему его возлюбленную, ничего больше. Матвею видимо он чем-то не понравился, а точнее, они видать знали друг друга, и Матвей недолюбливал Кирилла, а сейчас, узнав его чуть получше, общается с ним нормально, без насмешек, игнорирования и придирок.
— Скажите честно, вы ведь знали друг друга и до этого? — больно мучал меня этот вопрос.
— Да, — через минуту ответил Матвей. — Довелось встречаться.
— А конкретно, когда моему отцу захотелось купить его издательство, — подхватил Кирилл и вздохнув, начал рассказывать подробнее. — Я его пытался отговорить, что оно ему даром не нужно, но отца словно муха какая-то укусила! Как ребёнок, стал гнать, что хочет владеть издательством. Я пошёл с ним, когда он решил поехать к тебе, а на месте, рассказывал все минусы издательства, но, откровенно говоря, чимарил.
— Ещё, как! Ещё и в моем присутствии! — подхватил Матвей.
— Зато я смог его переубедить!
— Так я бы и не стал ему продавать издательство моей семьи.
— Ты не знаешь моего отца, он умеет добиваться своего, — фыркнул Кирилл.
— Он тоже.
— Я тоже.
Сказала я с Матвеем и мы заулыбались, как дураки. Кирилл посмотрел на нас, хмыкнул и повернулся к окну.
Через десять минут мы подъехали к шатру-ресторану. Когда мы направлялись к свободному столику, официант вёз на тележки огромный поднос с красными лобстерами. Я вскрикнула, и шарахнулась в сторону, как Матвей накрыл мои глаза рукой и обнял за талию. За это я была ему очень благодарна, потому что ещё чучуть и тележка проехала бы возле меня, и я бы носилась по всему помещению с криками и воплями. Мне было бы пофиг от сваренного или пожаренного лобстера спасаться, но бежать надо было бы определенно.
— А это зачем? — поинтересовался Кирилл.
— Во избежание сумасшедших воплей, — ответил Матвей и посадил меня на стул, убирая с глаз руку.
Сам он плюхнулся рядом, подвигая свой стул впритык к моему. Получив мой вопросительный взгляд и сдвинутые брови, он пояснил:
— Что б вовремя закрыть тебе глаза.
— А-а, — одобрено я ему кивнула. — Погоди, а это чтоб не краснеть потом за меня?!
— Заказывай уже что-нибудь! — рявкнули мне.
— Картинки, есть? — не стала я даже открывать меню.
— Нет.
— Тогда не могу, языка не знаю, — развела я руками.
— Логично. Хорошо, траву жевать будешь или мясо? — любезно согласился заказать за меня еду мой жених.
— Почему морепродукты не предлагаешь? — задумчиво спросил Кирилл, не поднимая на нас глаз с меню.
В голове представились щупальца осьминогов и огромные клешни кого-нибудь.
— Хреновый ты лучший друг детства, я тебе скажу. Ты просто не видел и не слышал, как она верещала от вида маленького крабика, — недовольно ответил Матвей, беря меня за руку. Он ласково провёл по ней большим пальцем и посмотрел в мои выпученные от фантазий глаза.
От неожиданного прикосновения я часто заморгала, и перестала представлять оживающего красного омара на тарелки, украшенной зелеными листьями салата и кусочками лимона. Подняв взгляд на серо-зеленые глаза, в которых была нежность и где-то глубоко озорные огоньки, я забыла о всей морской фауне. Я столкнулась с невероятным желанием взять его руки, обвить ими свою талию и самой прижаться к Матвею. Обнять, уткнуться носом в грудь и никогда-никогда не отпускать. Ну почему он влюблен в Иру, которой нужны лишь деньги? Почему? Неужели Матвей не понимает этого? Он ведь не глупец…
 
Эти печальные мысли отогнали мои мечты, и я первая отвела взгляд в сторону, но боковым зрением заметила, как разочарованно блеснули его глаза.
— Можно мне салат, курицу и какое-нибудь пирожное, — глядя на белую скатерть, озвучила я свои пожелания.
Ели мы все с аппетитом и в угрюмом молчании. Кирилл то и дело поглядывал на меня и иногда пытался начать разговор, Матвей не отводил взгляда со своей тарелки, а я всё время косилась на жениха на четыре дня.
Потом мы попросили на вынос несколько закусок и спиртное, но я еще попросила какой-нибудь сок.
— Зачем? — спросил Матвей.
— Скажу так, от нулевки я уже начинаю повышать голос, а от алкоголя, который заказали вы, я боюсь представить, что могу выдать, — развела я руками.
— Можно еще три литра гранатового сока! — тут же сказал Матвей, за что получил смешок от Кирилла.
Честно говоря, то я прифигела, когда мы попали в пробку, которая никак не желала двигаться! Терпение кончилось сначала у Зайцева, потом у Морского, они начали психовать и прикрикивать на… непонятно кого, потому что мы были где-то в конце пробки, но я бы не хотела быть на месте тех, кого они там посылали, потому что куда и как они их посылали, то из того места не возвращались.
У меня была хорошая тактика, через каждые пять минут без продвижений, я спускала пар, костеря всё на свете. Помогало. На мою детскую цензуру никто не обращал внимания, а я нахваталась новых фраз и слов, краснея с головы до пят от каждых оборотов высказываний и проклятий. Интересно, а эти иностранцы вообще это понимают, что кричали Матвей с Кириллом?
Эта была моя не самая долгая пробка в жизни, но я вышла из машины с детским восторгом.
— Мать вашу, я думала уже никогда не увижу нормальный мир!
— А я думал не вытерплю, закрою машину и сами дойдем, — подхватил Матвей.
— Я тоже хотел это предложить, но подборка вовремя рассосалась, — кивнул Кирилл, вытаскивая пакеты из машины.
— У дураков мысли сходятся, — улыбнулась я и увидела неподалеку какую-то дамочку с замысловатой прической, на длинных шпильках и в желтом облегающем платье с длинным разрезом на левой ноге. — Кошмар, надеюсь Ирочка не додумалась одеться также? — сказала я мужчинам, кивая в сторону дамочки.
— Это она, — сглотнул Матвей, когда дамочка увидела нас и поцокала к нам.
— Ё….
Самое безобидное, что могла я произнести вслух.
— Мне что-то плохо стало, можно я пойду? За меня не беспокойтесь, я пойду вдоль берега. А то я что-то так давно не гуляла… — развернулась я на пятках, пытаясь свалить.
— Э нет, страдать, так всем вместе, — развернул меня за плечи Кирилл и поставил на место, где я стояла.
— Кирюха, это жестоко. Меня сейчас вырвет от её наряда для вечера на яхте в компании нас троих!
— Почему, там ещё будет юнга и капитан.
— Угу, и для такой светской толпы нужно было так наряжаться? — загнула я бровь.
— Тебе не понять, — ответил Матвей.
Только я хотела возразить, будто бы ему всё понятно, как он добавил:
— Мне, собственно, тоже…
- Простите, что опоздала! Но я у себя в гардеробе не могла найти подходящую сумочку! Пришлось ехать в центр и покупать новую! — наконец токи доцокала до нас Ирочка.
— Пи….чально, — закрыла я свой рот рукой, но Ирочка не обратила на это внимания, смотрела она исключительно на Матвея.
— Ну что, пойдемте? — улыбнулась она.
— Угу, иди. Я в сторонке постою, держа дистанцию два метра от тебя, а то ненароком… — бурчала я себе под нос, пока на меня насмешливо не посмотрел Кирилл.