Выдумала, рассказала, случайно влюбилась (СИ)

— Матве-ей, ты опоздал на пол часа! — пищала Ира, когда я к ней подошёл.
— Так получилось, — поморщился я, когда она вцепилась в мою руку и повела ко входу.
Мы зашли в помещение, как влюбленная пара, это было поводом поморщиться снова. Она повела меня к бару, и я увидел там Вику с Кириллом, они сидели за барной стойкой. Вика сидела ко мне спиной, а Кирилл в пол оборота к ней, он что-то ей увлеченно рассказывал, а потом приобнял её за плечи.
Я остановился и сильно сжал кулаки, Ира это заметила.
— Вот видишь Матвейка, если бы не я, не увидел бы ты измены своей невесты, — довольно улыбнулась она, и прижалась ко мне ещё ближе.
— А чем ты лучше? — процедил я, отстраняясь от неё.
У той дар речи пропал.
— Дорогой…
— Нет. Даже не начинай! Я был глупцом и слепым, раз любил тебя! — я сделал ещё шаг назад. — Правильно Вика сказала, ты ведь сама никогда не любила людей, тебе нужны были только их деньги и внимание! Ты пользуешься своим женским обаянием, чтобы мужчины обратили на тебя внимание. Тебе нравиться, когда девушки говорят о тебе, завидуя твоей красоте. А в чём твоя красота? Лишь в дорогой одежде, тонне косметики, укладке и походы к пластическому хирургу. У тебя лишь красивая обёртка, а внутри ты блеклая, капризная девка лёгкого поведения! Вот ответь, ты любила меня, когда мы с тобой были вместе?
— Я… я… конечно любила! Что за глупые вопросы? И вообще, что ты такое говоришь? — рассмеялась она, подходя ближе и протягивая ко мне руки.
Я остановил её, схватив её за запястья и проговорил ей в лицо:
— Бессмысленная ложь. Исчезни из моей жизни, беги к своему папику, не то останешься на улице.
Выпустил я её, показывая, что разговор окончен.
— Но…но… — по её лицу покатились слезы, а руки задрожали.
— Уйди, Ира, и не приближайся к моей Вике. Предупреждаю тебя по-хорошему.
Девушка развернулась на каблуках и выбежала на улицу, громко хлопнув дверью. Все в зале замолкли и обернулись на меня, слышалась лишь лёгкая музыка. Через несколько секунд хлопнула вторая дверь.
— Вика, постой! — крикнул Кирилл и почти побежал за ней, как почувствовал мой взгляд.
Кивнув на дверь, куда она выбежала, он сел обратно на стул.
— Только попробуй ещё раз её обидеть, сам лично приеду, и оторву тебе голову! — беря в руки бокал с виски, сказал он.
Вика
Как он узнал, что я здесь? Зачем я вообще послушалась Кирилла и согласилась пойти на этот концерт? Теперь снова надо бежать от Матвея! Вот даже оборачиваться не буду, и так знаю, он бежит за мной. Ладно, будем снова бежать через тропики. Хорошо, что этот клуб или кафе находилось возле пляжа. Играли в догонялки мы с ним минут пятнадцать, я, выдохшись из сил, увидела качели. Кое как доковыляв до них, я села на деревянную доску, и «облокотилась» головой о веревки, тяжело дыша.
— За что ты так быстро бегаешь? Неужели не понятно, если девушка от тебя убегает, то ты ей противен, ненавидим и она не желает видеть твою смазливую рожу? — сказала я ему, когда он встал передо мной.
— Неужели не понятно, если я бегаю за девушкой, то это означает, что она мне невероятно нравиться?
— Нет, не понятно! Надо быть полным идиотом, если поверить в это! Чего ты добиваешься? Стать твоей любовницей? Тогда вы ошиблись девушкой, не подходите больше никогда! — с отвращением произнесла я.
— Я тогда выбрал не тот момент, чтобы сказать тебе, что как же я ошибся в Ире! Я слышал твой разговор с Ирой, а затем я подслушал, как ты…
Господи, он всё слышал! Он даже слышал, как я сказала, что люблю его!
— Молодец, умеешь оказываться в нужном место, в нужное время. Но это не имеет значения! Забирай своё кольцо, — я вручила ему в руки золоте колечко, — и иди к Ирочке! Ей можешь говорить всё что угодно, — и устало прикрыла глаза, показывая, что разговор окончен.
— Если бы мне нужна была Ира, то я бы сейчас был с ней, а не сейчас с тобой. Прости меня, — я распахнула глаза и увидела, как он встал на колени, беря меня за руки, но перед этим зашвырнув кольцо в сторону. — Ира больше не появиться в нашей жизни.
 
Фыркнув, я отвела голову и вновь закрыла глаза, но продолжила слушать.
— Вишенка моя, ты просто не представляешь, как сильно я желаю снова поцеловать тебя, обнять, и никогда не отпускать! Посмотри на меня, прошу!
Я так и сделала, но мне было слишком страшно смотреть ему в глаза, потому что я просто таяла от его слов! Было стыдно, но я смотрела на его губы.
— Матвей, я…
— Подожди, Вика, я больше не смогу нормально жить, если ты не будешь со мной, если не буду видеть тебя каждое утро в своих объятьях, если ты снова не будешь меня слушаться! Вишенка моя, я люблю тебя и никому тебя не отдам.
Спрыгнув с качели, я прижалась к Матвею, плача от счастья. Он поцеловал макушку, лоб, веки, провел губами по носу и целовал, целовал моё лицо.
— Прости меня, просто мне было так больно, когда ты…
— Тише, тише, — прервал он меня, гладя по волам и спине.
— Матвей! — я резко отпрянул от него, смотря в его глаза. — Я люблю тебя и очень сильно хочу быть с тобой!
Примкнув к его губам, я поцеловала его нежно, обнимая за шею. Он сразу же ответил на поцелуй, крепко и ласково обнимая меня. Этот поцелуй был жадным и головокружительным.
— Ну что, я правильно тебя поцеловала? — отстранилась я немного, раскрывая глаза, глядя в его, полные любви и ласки.
— Ммм, нет, практики тебе еще не хватает, — протянул он.
— Это дело поправимо, — улыбнулась я, и снова поцеловала его.
* * *
В домике меня ожидал сюрприз в виде масенького щенка добермана. Я так визжала от восторга, что у самой уши заложило. Назвала я его Марковкой, даже не спрашивая у Матвея девочка это или мальчик. Матвея я расцеловала, правда он долго дулся из-за клички собаки, но он быстро подобрел.
Он перевез меня в свой огромный дом, но перед этим, мы с ним избавились от всех вещей Ирочки, а конкретно, сдали в Секонд Хенд.
Матвей через неделю после моего переезда к нему, сказал пригласить моих родителей знакомиться. Как оказалось, его родители погибли в автокатастрофе, а издательство перешло в руки Матвея. Никогда не забуду реакцию мои родителей, когда они увидели в начале дом, а затем и самого Матвея.
— Вот это домина! У Викуси видать хахаль депутат какой-то, и как смогла охмурить?
— Э не-ет, он не депутат, пуза и хари нет, значить бандит и вор!
Пришлось очень долго доказывать, что Матвей директор издательства, дело дошло до показа документов на издательство, дом и паспорта. Матвей бесился, но смог вынести этот вечер, постоянно бурча себе под нос «Теперь понятно, почему Вика такая вредная». Я, конечно, ему высказала за вредную, но потом не смогла сдержать смех. После ужина, Матвей одернул свой и так идеальный синий костюм, встал со стула, опустился на одно колено и сказал:
— Вишенка моя, то есть, — осекся он, под нехорошим взором моего папы, — Вишневская Виктория Геннадьевна, я люблю тебя, и хочу, чтобы ты стала моей женой, — достал он из кармана брюк черную бархатную коробочку, и раскрыл её. В ней было серебряное кольцо с цветком, в середине которого был небольшой бриллиант. Прижав ладони к лицу, я попыталась не расплакаться. — Но для начала, мне надо попросить твоей руки у родителей…
— Да надевай уже ей кольцо! — проворчал папа.
— Цыц! Мы не против вашего брака, но и вправду, Матвей, надевай скорее ей кольцо! — улыбнулась мама.
— А моего мнения никто не хочет спросить? — возмутилась я, улыбаясь.
— Нет! — в один голос ответил все.
— Ах, Матвей, ну конечно же я согласна, после такой-то трогательной речи и после согласия родителей!
Аккуратно надев мне кольцо на безымянный палец, он поцеловал руку, а затем встал и поцеловал меня уже в губы.
Через три дня все стали суетиться на счет свадьбы.
— Достали! — захлопнула я дверью в спальню.
— Сама виновата, что полюбила меня, — сказал Матвей, не поднимая на меня глаз с ноутбука.