Между кадрами (ЛП)

— О, ну сколько можно! — в то же время нетерпеливо воскликнул Зеро. — Опять человек из дома напротив! Сколько ещё трупов с его лицом нам предстоит найти?
— В прошлый раз это был не труп, — заметил Атилас, — а скорее кучка пепла и несколько разрозненных частей тела. Ты уверен, что это тот же? Он кажется более растрёпанным, чем в последний раз, когда мы его видели.
— Это из-за бороды и волос, — с тяжелеющим сердцем сказала я. Но несмотря ни на что всё равно не верилось, что это он. Ведь, как и Зеро, я уже дважды думала, что он мёртв. — Похож, ага.
— Интересно, — внимательно изучая меня сказал Атилас, — сбежал однажды, но во второй раз скрыться от убийцы уже не смог.
— Ага, — я сунула руки в карманы, — типа того.
— Кстати о волосах, — леденеющим голосом ответил он, — я вспомнил, что буквально несколько дней назад видел возле дома похожего человека. Кажется, кто-то оставил для него наши объедки.
Я закашлялась.
Зеро же добавил ледяным голосом:
— Это мы обсудим позже. И то, что тебя, похоже, не удивляет, что он был жив.
— Ладно, — едва слышно даже для себя буркнула я. Он же не выгонит меня из дома, да? Всегда знала, что опасно держать старого сумасшедшего от них в секрете, но как бы я о нём рассказала? А теперь потерять дом никак нельзя. Я так долго в нём прожила, так сильно к нему привязалась — он был для меня и убежищем, и утешением, и вообще всем.
Не обращая внимание на нас, Джин Ён присел перед трупом, коснулся пальцем заляпанной кровью щеки убитого, а затем своего языка.
Затем он тихонько рассмеялся:
— Ku saramun aniya. Ah, nomu jaemi isseo!
— Прошу прощения? — удивился Атилас.
Зеро резко спросил:
— Не он? Опять?
Я бы рассмеялась от радости, если бы перед нами не висело чьё-то мёртвое тело и если бы забыла, что мне всё ещё предстоит непростой разговор, и вообще.
— Что, кто-то опять наложил чары?
Зеро шагнул к мертвецу и оглядел его с ног до головы. Он явно видел то, чего не видела я.
— Действительно не он, — заключил Зеро, — опять чары. Этот, кажется, фейри.
— Это не могут быть чары фей, — хмуро отозвался Атилас, — в этот раз я бы их точно узнал.
— Это не магия фей, — ответил Зеро, — а человеческая. Тело принадлежит фейри, а вот магия человеку.
— Погодь, у людей магия есть?
Но мне не ответили. Оживившийся Джин Ён опять рассмеялся и сказал что-то, что я не успела понять.
— Совершенно верно, — согласился Атилас, — быть может нашему убийце больше повезёт в следующий раз. Кажется, он и сам не может уследить за тем, кто его прямая цель, а кто второстепенная.
— И он вновь нарушил собственную схему, — заметил Зеро, — быть может это нам поможет.
— Или он знал, что этот тоже фейри, — сказала я. Теперь уже все трое повернулись ко мне, поэтому я быстро добавила, — ну, сами же говорили, что на одного убитого человека обычно приходится четверо Запредельных. Ну и вот, может быть он знал, что этот фейри прикидывается человеком. И ему было плевать, в какие игры они все играют. А раз так, может быть это начало очередной серии. То есть ещё двое Запредельных и один человек.
— Может быть, — сказал Зеро, и между его бровей появилась задумчиво-взволнованная складка, — но я в этом сомневаюсь. Никогда не видел, чтобы он так делал. Нам случалось находить убитых фейри раньше людей, но чаще всего мы просто появлялись не в том месте и не в то время. Почему он сменил тактику? Почему именно этот фейри, которого он, возможно, счёл за человека? И самое главное: почему Силовики были уверены, что это эрлинг?
Внезапно Атилас рассмеялся — но не своим привычным тихим смешком, а резко, удивлённо.
— Воистину головоломка! Господин, а не задумывались ли вы о том, что этот человек, которого раз за разом безуспешно убивают, может оказаться Вестником?
— А это ещё кто? — спросила я.
— Неприятности, — коротко ответил Зеро.
— Для Семьи и короны определённо, — добавил Атилас, — однако нас это волновать не должно.
Джин Ён лишь ухмыльнулся, но он сам по себе неприятности в костюме, так что это, скорее, его выражение согласия.
 
— Так значит старый чокнутый — вестник? — интересно, что это значит?
— Судя по всему так, — к моему удивлению ответил Зеро, — твоего соседа из дома напротив окружали неприятности, он притягивает опасность и несколько раз подряд избежал смерти. Не так удивительно, если имеешь дело с За, но сам факт того, что он выжил и всё ещё является магнитом для проблем, уже намекает на особенное положение.
— Так и что, это типа особенная должность в За пределами?
— Что-то вроде того. Но это положение приобретается при рождении. Это не должность, на которую назначают.
— А что вестник делает?
— Сеет рознь, разжигает восстания, как магнит притягивает беды и эрлингов, — ответил Атилас, — Удивительно, господин! Если это действительно вестник, то у вас ещё меньше времени, чем вы надеялись.
— Ты хоть понимаешь, о чём они? — спросила я Джин Ёна.
Он пожал плечами и ответил по-корейски:
— Я слишком молод. С моего обращения король в За не менялся.
— И какой с тебя толк тогда? — скривилась я и повернулась к Зеро и Атиласу. Пусть они и говорят загадками да по кругу, они хоть что-то понимают.
Джин Ён пренебрежительно хмыкнул и снова присел возле трупа.
— Хочешь сказать, по всему Хобарту будут появляться эрлинги? — спросила я Зеро. — Это что-то типа апокалипсиса За?
— Апок… вообще, — Зеро глянул на Атиласа, который определённо наслаждался происходящим. — Довольно неплохая аналогия, если на то пошло. Когда цикл правления короля в За подходит к концу, само пространство начинает делать всё, чтобы сменить правителя: сначала рождаются эрлинги, а затем объявляется вестник и собирает их вокруг себя.
— Значит эрлинги — потенциальные правители За пределами, а вестник типа их защитника?
— Задача вестника скорее в том, чтобы ускорить изменения, — пояснил Атилас. — Господин, меня крайне занимает тот факт, что наши так сказать информаторы сообщили именно об этом убийстве. Полагаете, они могли догадываться о его значимости?
— Они могли подозревать, что он вестник, — кивнул Зеро, — в таком случае, скорее всего, именно они и попытались его убить.
— Спрятать тело на кладбище, — всё ещё понятно сказал Джин Ён и повёл плечом, — это было бы разумно.
Ну офигеть конечно. Неудивительно, что старый бездомный мужик такой сумасшедший. Давно думала, что все происходящие вокруг него дикие вещи и свели его с ума, но если он действительно вестник, то смерть и ужасы преследовали его ещё с детства.
И я спросила:
— А что, если он не хочет быть этим вестником?
— Его желания практически ничего не изменят. Даже если бы он и отказался от своего статуса, убедить всех в этом было бы неимоверно трудно.
— Но он всё же может?
— О да. Но судя по всему, он не собирается этого делать.
— А вот я бы отказалась.
— Быть может он разделяет твои взгляды, Пэт, — иронично заметил Атилас, — и он считает, что эрлинги, подобно людям, заслуживают защиты. Вполне может оказаться, что он возложил эту обязанность на себя.
— Тогда ему лучше держаться подальше от нашего питомца, — неожиданно подал голос Джин Ён, — наш питомец под защитой.
— И не эрлинг, — с едва уловимым нажимом мягко добавил Атилас.
— Точно, — воскликнула я, — мне этого не надо!
— Нельзя просто взять и перестать быть эрлингом, — по тону Зеро было ясно, что он знал это не понаслышке, — можно убегать от ожиданий других, но судьба так или иначе всё равно настигнет.
— Воистину, — мурлыкнул Атилас. Он вроде бы рассмеялся, но в его глазах мелькнуло и сожаление.
— Я заберу кровь, — подал голос Джин Ён, — что ещё, хайион? Nan Petteuleul daerigoyo?
— Не хочу я с тобой, — возмутилась я, — я с Зеро.
Джин Ён фыркнул (удивительным образом получилось одновременно пренебрежительно и обиженно) и исчез в переплетённых лозах на стене.