Между кадрами (ЛП)
— На этот счёт тоже есть пара идеек. Не переживай, мы справимся. Это лорду Сэро волноваться надо.
Я резко спросила:
— О чём Зеро должен переживать? Он тут при чём?
— Потому что Вышестоящие убивали членов Семьи по всей Австралии. И делали это они не просто так. Если такие вещи происходят, значит кто-то пытается оспорить трон.
— Ты про всю эту возню с эрлингами?
— Ага. Слышал, объявился и вестник, так что теперь станет совсем интересно. И если он не предпочтёт Зеро, тот точно не станет заправлять в За пределами.
— И что, вестник выбирает следующего лидера? — из слов Атиласа я поняла совсем иначе.
— Нет. Просто так частенько случается, по крайней мере пока остальные не догадаются о том, кто выбран, и не убьют его. Так что, если вестник действительно поблизости, и Семья либо Вышестоящие знают, кто он и рядом с кем появляется, в ближайшее время могут возникнуть и другие трупы.
— Ты же сам только что сказал, что пытаться убить Зеро для них слишком опасно.
— Я сказал, что они не станут пытаться избавиться от Тройки. Если же они захотят разобраться с Зеро как с эрлингом, это уже совсем другое. Правда они должны понимать, на какой риск идут и что оно того стоит.
Я и моргнуть не успела, как телефон уже был в руках. В голове вертелась одна единственная мысль: предупредить Зеро.
— Он уже знает, — сказал Дэниел, — признаки ему известны. Пожалуй, даже лучше многих: он застал время, когда это случилось в последний раз.
— А что было?
— Все умерли, включая вестника, а король продолжил править. Было много разговоров о том, что он лично принимал участие в убийствах.
— Удивительно-то как, — проговорила я. Из рассказов я знала, что в За царит дикость и жестокость, а мои короткие встречи с За это только подтверждали. Большинство Запредельных смотрели на людей свысока, и это было настолько обидно и противно… какой смысл иметь физическое и ментальное превосходство, о котором они беспрестанно талдычили, если в тебе нет ни капли сопереживания и теплоты? Смысл быть умнее, если ты ещё и более безжалостен? Зачем нужна логика и хладнокровная нечувствительность, если они делают из тебя психопата?
Дэниел нахмурился и спросил:
— Ты в порядке, Пэт?
— Ага, только устала как собака. Нужно поговорить с Морганой.
— Ладно, — согласился он, — только не сболтни лишнего.
— Расскажу то, что посчитаю нужным, — сказала я и пошла наверх. Звук шагов всё так же разлетался по всей лестнице, будто дом абсолютно пуст — никогда не нравилось это ощущение. Даже шаги Дэниела, казалось, сливались с моими.
Не удивительно, что Моргана выглядела, как принцесса готов. Скорее всего атмосфера дома в этом виновата так же, как и её кошмар.
Она уже ждала.
— Вот вы где! — чуть подпрыгивая на кровати воскликнула она. — Ты пришла сто лет назад! О чём вы там шептались внизу?
— Привет, — неловко ответила я, потому что ответить на вопрос не могла.
— Неужто в полицейском участке что-то случилось? И почему напарник не поднялся? Я его видела — долго в дверях стоял.
Дэниел впился в меня пожелтевшими глазами, одновременно нервничая и предупреждая.
Я глубоко вдохнула, выдохнула и сказала:
— Должна тебе кое-что рассказать.