Песнь для мертвых (ЛП)

Уголок его рта приподнялся, он взглянул на меня.
— Это только начало, Ада. Станет лучше.
И стало немного лучше, когда мы доехали до городка Флоренс и заглянули в кафе у реки Флоренс. Я умирала от голода и хотела размять ноги.
— Знаешь, Джей водил меня в схожее место в Сисайде, — сказала я Максу, когда мы заняли столик у окна. Там было людно, и нам повезло с хорошими местами.
— Навевает воспоминания? — спросил он, перевернув пластиковое меню.
— Да, — признала я. — Но это не то же самое. Ты здесь.
— Повезло тебе, — отметил он, глядя на меню. — Что посоветуешь?
— Клэм — чаудер, ясное дело.
— Ладненько. Я закажу это. Разделишь со мной ведерко креветок? — спросил он.
— Только если это креветки с кокосом.
— Хорошо.
— И я хочу пиво.
— Значит, с тобой поддельный паспорт.
— Нет, — сказала я. — Просто хочу увидеть, сможешь ли ты это. Хочу увидеть своего Рыжего Джедая в действии.
— Твоего Рыжего Джедая? — ехидно повторил он.
— Я же поддерживаю твою жизнь?
Он тихо рассмеялся.
— Я пожалею, что рассказал тебе это.
— Если честно, — я посерьезнела на миг, — я рада, что ты сказал. Мне надоело оставаться в неведении. Всем нравится скрывать от меня все. Джей. Джейкоб. Перри. Даже папа. Я последняя все узнаю. Будто… мне никогда не доверяют правду. Они думают, что я недостаточно взрослая или смелая, чтобы справиться с этим.
— Я всегда буду говорить тебе прямо, Ада, — серьезно сказал он. — Я слишком много обманывал в прошлой жизни. Не хочу это повторять. И ты заслуживаешь знать правду обо всем. Может, они не считают, что ты можешь справиться, а я верю. Я знаю, что ты справишься со всем на своем пути. Ты уже доказала это.
Черт. Его слова немного согрели мое сердце. Или сильно. Казалось, никто в меня не верил, не видел, на что я была способна, и такие слова что — то означали. Даже если они были от Макса.
Но я не успела растаять, официантка подошла за нашим заказом, и Макс озвучил его за нас.
— А леди будет «Корону», — Макс указал на меня меню и улыбнулся женщине.
Я не видела, чтобы он делал какие — то манипуляции в голове, но его улыбка была чарующей, и женщина сильно краснела. Если быть объективной, Макс был очень красивым, и его влияние могло основываться на том, что он был сексуальным.
Сексуальным? Я опешила от своих мыслей, быстро отогнала их, когда официантка посмотрела на меня.
— Ты совершеннолетняя, милая? — спросила она у меня.
— Совершеннолетняя, — сказал Макс, и официантка посмотрела на него.
Она кивнула, улыбка оставалась на ее лице.
— Ладно — ладно, — бодро сказала она. — Сейчас все будет.
Я проводила ее взглядом и посмотрела на Макса.
— Стоило попросить маргариту.
— Думаешь, тут подают хорошие маргариты? — спросил он. — Подожди до Калифорнии.
Я улыбнулась ему, радуясь шансу побывать на юге.
— Это все, о чем ты мечтала? — спросил он. Официантка пришла с красными пластиковыми стаканами, полными воды, и я дождалась, пока она уйдет.
— Да. Скажи, сколько ты заплатил за свою машину?
— Супер Б? — он сделал глоток воды. — Ничего не заплатил.
— Ты украл ее.
— Нет. Я попросил одолжить ее, и торговец сказал «да», — он постучал пальцами по столу. — Я верну машину.
— Это опасно, Макс, — сказала я ему, но такую опасность я принимала с радостью. — Как давно ты умеешь так делать?
— Сколько себя помню, — сказал он.
Я задумалась.
— Джей говорил, вашу память стирают каждый раз, когда нужно помочь кому — то. Чтобы не было привязанности.
— Это случилось с Джеем?
Я покачала головой.
— Нет. Он помнит меня.
— Ты видела его после разрыва? Джейкоб сказал, что он ушел и не вернулся.
Спасибо за напоминание.
— Я, кхм, видела его во сне.
— И?
— И… это как Джей впервые пришел ко мне. В моих снах. А потом я поняла, как посетить его. Я увидела его. В его новом доме. В Аризоне.
Макс моргнул.
— Ох. Черт. Это что — то.
— И он помнил меня.
— У меня есть только свой опыт. Я помню не все, но многое.
— Как долго ты тут был? Сколько лет? Пятьдесят? Сто? Века?
 
Он улыбнулся мне.
— Последнее.
Мой рот раскрылся.
— Века? С какого века?
— Возрождения.
— Ты жил во время Возрождения? — громко воскликнула я. Весь ресторан посмотрел на нас.
— Стараюсь это скрывать, — он махнул мне успокоиться, но все тут теперь пытались понять, о чем я говорила.
— Но твой акцент, — отметила я. — Он южный.
— У меня было много акцентов, милая. Много акцентов, много жизней.
— Черт, — я уставилась на него. — Как это вообще? Жить так долго? Помнить все это? Тебе не было скучно? Потому ты отдал все ради Розы?
Он терпеливо посмотрел на меня.
— Я отдал все ради Розы, потому что любил ее.
— И ты не влюблялся ни в кого раньше?
— Влюблялся, — медленно сказал он. — Много раз. Но тогда я не знал, что у меня был выбор.
— Джейкоб не сказал тебе?
— Джейкоба тогда еще не было.
— Ты старше него? — пискнула я. А я — то думала, что он был вне возраста.
— Верно.
— Тогда почему не ты главный?
— Кто сказал, что это не так?
— Постой… Джейкоб… ты управляешь им?
Он покачал головой.
— Нет. Это никогда не было моей работой.
— Так много новостей, Макс.
— Знаю.
— Удивительно, что ты не остался мертвым, если честно.
Он нахмурился.
— Спасибо.
— Я о том, что ты долго жил. Ты заслужил перерыв.
— Я был в аду, Ада. Это не был отпуск. И тебе же исполняется двадцать в этом году?
— Да…
— Ты смогла бы прожить еще двадцать лет?
— Конечно.
— Теперь представь, что тебе пятьдесят. Это наступит раньше, чем ты поймешь. Ты разве не думала бы, что отдала многое, чтобы прожить еще пятьдесят лет? А теперь тебе сто. И ты легко прожила бы еще сто. И так далее. Жизнь становится скучной, если ты это позволяешь. Люди всегда ведут себя так, словно бессмертие — проклятие, но это не так, — он сделал паузу, его взгляд стал мрачным. — Не всегда. Жизнь — чистая и ценная, и мы держимся за нее, потому что больше ничего такого нет. Так все говорят.
Я обдумывала его слова, официантка принесла мое пиво и нашу еду. Пищи для размышлений было много.
После пары ложек чаудера я спросила:
— Потому ты так плохо вел себя с Дексом? Ты отвечал за него. Тебе все это наскучило?
Он откусил половину кокосовой креветки.
— Вообще — то, Декс переспал с моей девушкой. Так что он был гадом первым. И он был занозой в заду. Я привык тренировать людей, а не направлять их, и я не привык иметь дело с кем — то таким упрямым, каким он был. Еще и опасным.
— Опасным? — я нахмурилась.
— Ты знаешь, о чем я.
— Нет. Он не опасный.
— Для себя. Это было доказано.
Я разглядывала его, чтобы понять, скрывал ли он что — то.
Но я не успела надавить, волоски на шее встали дыбом, мурашки побежали по телу, и энергия закипела внутри меня.
Я оглянулась. В двух столиках от нас три старушки громко ели суп. Все, кроме одной. Она смотрела на меня, черные глаза будто глядели в мою душу.
Я быстро повернулась к Максу.
И увидела огонь в его глазах.
Ох, блин.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
«Не переживай, просто живи до смерти».
— In the Fade, Queens of the Stone Age
Макс смотрел поверх моего плеча на старушек в двух столиках от нас, огонь в его глазах становился ярче, скрывал зелень глаз.
— Это демоны, — прошептала резко я, склоняясь вперед.
— Одна из них, — тихо сказал он. Он взглянул на меня. Его взгляд был жутким, когда его глаза пылали. Я словно снова смотрела в глубины ада. — Прости, — добавил он. — Мои глаза снова такие, да?
— Я привыкну, — хотя я надеялась, что нет. — Как она может быть демоном? Она — маленькая старушка. Хотя мне уже приходилось биться с монашкой.