Гром и Молния

– Это где? – вяло поинтересовался я. – Только нужно именно синее, хватит с меня этих нереальных приключений. Хочется банально помыться…
– Чувствую себя разбитым корытом, – протерла глаза только что проснувшаяся Нарвэ. – Гром, ты где?
И осмотрев полянку в поисках меня, уткнулась взглядом в морду дракона. Я восхитился выдержкой девушки: она не стала ни метаться, ни вопить, в отличие от меня. Хотя тут же все прояснилось:
– Привет, Эжона, – девушка приветливо помахала рукой. – Отлично выглядишь. Как семейная жизнь? Не съела еще нашего гуляку-принца?
Дракониха затряслась от смеха, щедро обдавая нас жаром.
– Нарвэ, язвительна, как всегда, – эльф галантно помог девушке подняться на ноги. – Рад тебя встретить…
– Зато я не рада, – буркнула она, смущенно отворачивая от принца расцарапанное и испачканное личико. – Хотя, по сравнению с Кровавым озером ваша компания очень даже ничего.
– Поторопимссся, – прервала Эжона дальнейшие расшаркивания. – Ссссабирайтесссь ко мне на сссспину.
– С чего это? – подозрительно уточнила Нарвэ.
– Давай-давай, – подтолкнул я девушку. – Нас повезут купаться.
– Чтобы не мучились, сбросят в середину Кровавого озера? – отчаянно сопротивлялась девушка.
– Далось тебе это озеро, – разозлился я. – Лезь наверх!
Эльфийка внимательно посмотрела на меня, но не стала больше спорить, и я ей был очень благодарен. Не то, чтобы меня с братьями связывали нежные чувства, даже наоборот. Слишком много мне от них по шее доставалось: и за то, что именно я родился преемником, и за то, что имел больше прав. Но они были мне братьями, и за их смерть я буду мстить до самого конца… Моего или их палачей.
Торопливо вскарабкавшись на черный хребет к внучке моего хорошего приятеля, и едва успев вцепиться в первый попавшийся нарост, я почувствовал сильный рывок непоседливой драконихи. Летела Эжона не так ровно, как дядя, посему любоваться красотами, открывающимися под нами, было затруднительно. Но к счастью полет продлился недолго: мы приземлились около симпатичного озерца, образованного горной речушкой со сверкающей на солнце кристально-чистой водой.
И хоть это было совсем не похоже на вчерашнее озеро, мы с Нарвэ приближались к воде с явной опаской, пиная каждый подозрительный камушек в воду. Но потом природа взяла верх и мы наперегонки бросились в прозрачные волны прямо в одежде, остервенело оттирая грязь и тошнотворный запах тины, казалось, впитавшийся в ткань и кожу навечно.
Через некоторое время мне надоело, и я решил, что и так уже сойдет. Наскоро просушив ткань щелчком пальцев, я вышел к молодоженам. Эжона как раз серией коротких плевков поджигала хворост, наспех собранный мужем и одновременно навязчиво подталкивала лапой небольшую тушку уже где-то добытого кабанчика к Эрлиниэлю. Эльф брезгливо поморщился, но безропотно принялся за разделку мяса, пытаясь отсечь тонким клинком конечности животного и не запачкать при этом свои белоснежные одежды.
В животе у меня громко заурчало, что не удивительно: я ведь в последний раз ел позавчера! Поэтому я вытащил мокрый клинок Сияние, который забыл снять перед большой стиркой и, намеренно не замечая взгляда Эрлиниэля, полного опаски, помог знакомому с приготовлением завтрака.
Так что к тому времени, как Нарвэ наконец решила, что достаточно чиста при создавшихся условиях, мы уже жадно водили носами над почти готовым жаркое.
Эжоне, разумеется, досталось туловище, которое мы почти и не трогали при приготовлении, но парочки ароматных окороков нам троим и так хватило, чтобы насытиться до отвала.
За завтраком словоохотливая Нарвэ рассказала про наше романтическое путешествие, закончившееся свиданием у Кровавого озера. И чуть было не завершившимся для нас смертью.
Эрлиниэль с трудом вспомнил, о какой из множества легенд идет речь:
– Да, в детстве я слышал, как песенник исполнял эту легенду на празднике осени… Кажется так…
Как неживое всем живым
Завидует порой смертельно
Кровавой массы господин
В миру идет опасной тенью
 
Он красотой кровавых волн
Приманит жертву темной ночью
Та не почувствует укол
И сладкий яд ей грезы прочит
Играет с миром этим в прятки
Кровавый сон в тенях лесов
Он порождает лишь загадки
Легенды детям от отцов
Так берегись, мой добрый путник
Красот в закате алых волн
Уйдет на дно бездвижный трупик
В смерть перейдет прекрасный сон
– И как тебе удается помнить такие старые песни? – наигранно изумилась Нарвэ. – Конечно, я понимаю, так проще произвести на дам впечатление…
– Странно, но подлетая, я не видел никаких красных озер, – проигнорировав замечание девушки, задумчиво промолвил эльф. – Как и красных рек или других водоемов с таким неподходящим цветом.
– Может, оно уже покушало, – пожал я плечами, – каким-нибудь невезучим животным или путником и утекло восвояси переваривать. А вот как вы умудрились нас так быстро найти? Не хотелось бы мне, чтобы другие преследователи были столь же удачливы…
– По сссапаху, – охотно поделилась Эжона.
– Не мудрено, – невольно расхохотался я. – Запашок от нас еще тот…
– По твоему запаху, Гром, – хитро сощурился Эрлиниэль. – Магистр рассказал про него моей жене.
– Да не переживай ты так, – хихикнула Нарвэ, предварительно насладившись моим замешательством, – он говорит про персональный рисунок твоей магии. Просто драконы способны его учуять, и определяют это чутье как запах.
– Напугают, понимаешь, – проворчал я, на всякий случай немного поводя носом по своей коже.
– Пора, – неожиданно решила Эжона, наступая на костер и вдавливая тлеющие ветки в землю.
Я вдруг подумал, что если меня мутило до завтрака на спине у этой егозы, что же будет сейчас! А расставаться с вкусным мясом ой как не хотелось. И не мне одному, судя по хмурым физиономиям моих спутников.
– А куда мы направляемся? – без энтузиазма уточнила Нарвэ.
– К Дэйдрэ, – удивленно ответил эльф. – А разве вы не туда шли? Магистр сказал, что больше вам идти некуда…
– Это точно, – вздохнул я. – А что именно хотел отец от дракона?
– Как чего? – еще больше удивился Эрлиниэль. – Чтобы мы вытащили тебя живым из этой передряги и доставили в тихое место. Пока все не уляжется.
– Отсидеться, значит? – вспылил я. – Братьев убили, отец в осаде, за мной погоня с двух, а то и с трех сторон, а мне прятаться?
– Почему убили? – эльф смотрел на меня жалостливо, как на душевнобольного. – Их пленили и каким-то ритуалом лишили возможности перенять трон у Повелителя. Я про убийства ничего не говорил.
Я испытал два сильнейших чувства одновременно: радость оттого, что братья живы и вместе с этим мне страшно захотелось придушить этого прилизанного красавчика, дабы не повадно было так пугать ни в чем не повинных дроу. Ну, почти ни в чем не повинных…
– А почему тогда тебя хотят убить? – спросила Нарвэ. – Не проще ли подвергнуть такому же ритуалу?
– Не проще, – горько усмехнулся я. – Преемник еще до рождения прошел ритуал посвящения. Эта магия необратима, лишить этой привилегии, – при этом слове я скривился еще сильнее, – способна только смерть. Я прекрасно понимаю их план: сначала лишить возможности переложить это право на другого сына, потом лишить страну преемника… После этого все дроу поймут, что наш дом не имеет будущего и Повелителя даже не надо будет убивать, он и так станет никем. Только теперь мне стала ясна вся эта затея с похищением. Не понятно только одно: кто же смог все это провернуть. Кто так вхож в доверие и у эльфов, и у дроу?
– Магистр уверен, что эта девушка из рода дручий сможет вам помочь, – заметил бесстрастный эльф.
– Нам, милый, – прошипела Эфона. – Всссем нам.
– Конечно-конечно, – поспешно поправился парень, с опаской поглядывая на женушку.