Белые ходят вторыми (СИ)
Я устала… Устала от притворства, лжи, бесконечных тренировок. Откинувшись на мягкую спинку сиденья, из-под полуопущенных ресниц смотрела на полуночный город и сейчас, в эти мгновения, как никогда остро ощущала, что скучаю по родному Кроуверу. По его окрестным деревенькам, бескрайним полям, густым, таким ароматным по весне перелескам. По привычной обстановке, по…
Спокойствию.
— Всё в порядке, милая? — Тесса на миг коснулась моей руки, и я, улыбнувшись, кивнула.
— Просто устала. А так всё хорошо.
Поймала на себе взгляд оборотника и снова отвернулась.
Я не стала рассказывать ей о двусмысленной сцене, свидетелем которой довелось стать его светлости, и надеялась, что ему тоже хватит ума не заставлять Тессу лишний раз переживать. Она и так весь вечер была сама не своя: нервничала, боялась, и мне не хотелось доставлять ей ещё больше волнений.
Хватит и того, что уже успела доставить.
— А вам, шейр Эскорн, понравился вечер? — бесхитростно поинтересовалась Тесса.
И зачем, спрашивается. Как по мне, так всё ясно по его каменному выражению лица.
— Это был хороший праздник, — наконец проговорил он. Причём с таким видом, словно на самом деле хотел сказать: отвратительный.
— Я уже и забыла, что это такое — балы… — с ностальгией в голосе пробормотала тётя, прикрывая глаза.
А я снова невольно поймала взгляд оборотника.
Интересно, что это с ним? Продолжает беситься из-за меня и Бриана? Явно ведь не в духе, и это ещё мягко сказано.
— А у вас, генерал, всё в порядке? — спросила, не выдержав.
Эскорн постарался улыбнуться, но вместо улыбки получилась кислая гримаса.
— Всё хорошо, Лайра. Вам не о чем беспокоиться.
Обычно после таких слов и начинаешь беспокоиться.
Я закусила губу, возвращаясь взглядом к сонной улочке, по которой мы проезжали. Может, дело вовсе не во мне и Бриане, а в его величестве? О чём Адальгер с ним говорил? Почему после разговора с ним генерал чернее грозовой тучи?
Но допытываться я не могла, а Вейнанд был не из тех, кто готов был делиться своими волнениями и переживаниями.
В этом мы были похожи.
В доме церемонно попрощались. Тесса поблагодарила его светлость за то, что сопровождал нас на этот, выражаясь её словами, чудесный вечер. Я тоже что-то промямлила, как обычно, стараясь не смотреть на генерала. Так и расстались… Он отправился к себе в кабинет, а я наверх, волоча за собой изрядно подмятый шлейф.
Скорее бы снять джарово платье.
— С завтрашнего дня должны начать поступать письма от шейров, на которых ты произвела впечатление, — поднимаясь вместе со мной, сказала тётя и, тихонько хихикнув, закончила: — А так как ты, моя дорогая, произвела впечатление на весь дворец, генерала ожидает весьма «увлекательное» воскресенье наедине с корреспонденцией.
Главное, чтобы не со мной. Я хочу спокойно провести выходной, а не сгорать снова и снова под его взглядами.
Подумав так, тяжело завздыхала. Глупая, глупая Лайра.
В спальне меня ждала Морри, готовая забросать тысячью вопросов. Судя по нездоровому блеску в глазах служанки, ей не терпелось узнать всё. Сколько раз и с кем я танцевала, как выглядит дворец, какие угощения и напитки подавали… Вот только строгий взгляд Тессы приглушил её ажиотаж, и Морри, тяжело вздыхая, стала помогать мне избавиться от платья. Пока раздевалась, почему-то думала о генерале и его реакции на моё уединение с Торнвилом.
Честь мою блюдёт или…
— Эшвар во дворце не появлялся? — спросила Тесса, когда Морри переключилась на мою причёску. Я сидела перед зеркалом в сорочке и панталонах и снимала с себя украшения.
— Нет, в последний раз я видела его утром.
— Мог бы хотя бы поинтересоваться, как всё проходит… — Тесса громко вздохнула, безмолвно сетуя на безалаберного фамильяра, а поцеловав меня, сказала: — Отдыхай, родная. Завтра продолжим разговор.
Вскоре ушла и Морри, пожелав мне спокойной ночи. Забравшись в кровать, я закуталась в одеяло, прикрыла глаза, чувствуя, как сонная хмарь начинает заполнять мой разум.
Сон… вот что мне сейчас надо. Забыться, убраться из этого мира. Вернуть себе силы…
Сбежать…
— Просыпайся, Лайра…
Что-то гладкое и прохладное назойливо тыкалось мне в щеку.
— Просыпайся, деточка…
Нет, не хочу возвращаться…
— Лайра, да проснись же! Я, кажется, нашёл нашего дурня!
Дурня?
В одно мгновение я открыла глаза и, резко сев на постели, уставилась на Эшвара.
Думаю, не стоит уточнять, что ото сна не осталось и следа. При мысли о том, что Рифер жив и хранителю удалось его почувствовать, сердце пустилось в радостный галоп.
Да что там… Я чуть в ладоши от счастья не захлопала!
— Рифер? — переспросила зачем-то.
— Больше дурней в нашей семье не имеется, — хмыкнул Эшвар и тут же, не удержавшись, добавил: — Нет, ты, конечно, от своего близнеца недалеко ушла, но хотя бы радеешь за честь рода. Ты у меня скорее слегка сумасшедшая и даже без зачатков инстинкта самосохранения, но далеко не дура.
— Сомнительный комплимент, но всё равно спасибо. — Я скрестила ноги по-восточному и жадно уставилась на болтуна. — Рассказывай! Где он? С ним всё в порядке? Вы говорили?!
— Не успели, — скорбно возвестил цып, и я почувствовала, как сердце в груди начинает сбавлять свой радостный ритм. — Но! — тут же постарался приободрить меня Эшвар. — Могу с уверенностью сказать, что всё с твоим братом в порядке. По крайней мере, дурень здоров и полон сил. И я почти уверен, что он во Флаосе.
— Ох, — взволнованно выдохнула я.
Флаос… Заклятый враг Эргандара и извечный соперник в гонке за владение заокеанскими землями. Последняя крупная победа империи в войне за Креимские острова только усугубила и без того непростые отношения между двумя могущественными державами. И Риферу именно туда взбрело податься…
Действительно дурак каких поискать.
— Получается, ты снова утратил с ним связь? — расстроенно спросила я.
Хранитель кивнул, понуро опустив клюв, но почти сразу воспрянул духом и, стараясь лучиться позитивом, обнадёжил:
— Но это уже что-то, поверь мне. Одно дело искать его по всему миру и совсем другое — в одном королевстве. Да, территория Флаоса обширна, но это тебе не Эргандар. И, кажется, я знаю, как обнаружить местонахождение паршивца. — Эшвар склонил голову набок, явно о чём-то размышляя. — Доверься мне, деточка. Вот увидишь, вернём мы наше несчастье. Вернём, выбьем дурь, заставим учиться.
— Вот только как он возвратится в Кальдерок, не будучи хроновиком…
Странно, но моё бормотание не выбило цыпа из состояния позитива. Давно я не видела его таким весёлым, полным уверенности, что всё образуется.
— Доверься мне, Лайра, — самоуверенно сказал Эшвар, при этом важно задрав клюв, что, признаться, выглядело довольно комично. — В конце концов, я ваш хранитель и обязан о вас заботиться. Вот и буду заботиться. А сейчас ложись спать, деточка. Завтра расскажешь всё Тессе.
Я, конечно, вернулась под одеяло, но уснуть так и не смогла. Пару раз проваливалась в некое подобие забытья, но на меня тут же шакалами набрасывались беспокойные сны, и я просыпалась. Снова снился танец с генералом, который почему-то заканчивался кровавой схваткой золотогривого льва и крупного, мощного вервольфа. Всё происходило прямо в тронном зале, но в какой-то момент оборотники исчезали, и я оказывалась у трона императора. Я, настоящая Лайра, должна была продемонстрировать Великому и его гостям дар хроновика.
Стояла, окружённая эргандарской знатью, почти не дыша, и чувствовала на себе злой, пронизанный ненавистью взгляд… брата.
Последняя картина, возникшая в подсознании, особенно напугала. Мы с Рифером расстались, храня в сердцах обиду, но никогда он так на меня не злился и уж тем более не ненавидел.
Утром Тесса, узнав о том, что нам теперь известно примерное местонахождение Рифера, едва с ума не сошла от счастья.