Семья напрокат (СИ)

– Кхм… А вы знаете сколько стоит отправить коллектив на мероприятие? Вы знаете, что нужны костюмы, грим, декорации? Транспорт, если все происходит не в нашем городе. В конце концов, иной раз требуется лишняя репетиция и для нее еще нужно найти зал. А это тоже, увы, не бесплатно. Дворец культуры предоставляет нам только определенные залы и в определенное время. В остальное там просто-напросто занимаются другие секции и коллективы. А родители девочек не всегда способны оказать нам спонсорскую помощь.
– Делать из детского коллектива нимфеток и стриптизерш тоже, по-моему, не вариант. Но это лишь мое мнение. Сейчас меня интересуют исключительно факты.
– Которые вы хотите подать в обвинительном для меня ключе? – она еще сильнее выпрямилась и подняла бровь, как на концерте.
– Факты есть факты. Мое мнение, как журналиста, я обычно высказываю отдельно. И на него ваши слова о необходимости костюмов и декораций не повлияют. Если вы готовы ответить на мои вопросы, пожалуйста, отвечайте на них. Если отказываетесь – я так и напишу: «Руководитель коллектива комментировать отказалась».
Соня Саидовна надула тонкие, но красиво очерченные губы.
– Спрашивайте, – процедила сквозь зубы. – А то вообще мою точку зрения не представите.
– Вот это уже разговор. Знали ли вы, что за выступление предстоит? Я имею в виду детали. Пьяная гулянка каких-то любителей девочек помладше, попытка посадить на колени и щипание за попу.
– Нет! – гордо вскинула голову Соня Саидовна, словно опять танцует главную партию. Тонкие пальцы ее нервно отстукивали по столу. – Я не имела ни малейшего понятия о подобном. Мне сказали: будет сцена, и девочки неприкосновенны.
– Почему вы ничего не сделали, когда последнее оказалось ложью? Со слов девочек, они ждали от вас помощи и защиты и полностью вам доверяли.
Соня Саидовна поморщилась.
– Я пыталась выйти в зал ресторана и сделать замечание тем, кто хватал девочек. Но меня не пустили охранники.
– Почему вы не вызвали полицию? Несовершеннолетние без представителя… Нарушение закона.
– У меня забрали сотовый еще на входе в ресторан. Сказали, чтобы не снимала на фото и видео.
– И много вам заплатили за все это?
– Достаточно, чтобы нашить коллективу костюмы на ближайшие выступления и заказать декорации.
– И все-таки?
– Я ничего не беру для себя! Если нужно, готова предоставить все чеки! Мне заплатили шестьдесят тысяч рублей. Плюс стоимость аренды автобуса. Мы приехали на нем в ресторан и на нем же уехали те девочки, которых сразу не забрали родители.
– Я буду рада увидеть чеки. Что ж, больше вопросов нет.
– А вот у меня есть! Почему журналисты представляют все однобоко? Почему вы не пишете о проблемах таких коллективов, как наш? Мы заслуженный коллектив, мы выступаем на муниципальных мероприятиях! Но с костюмами и прочим всегда проблемы. Зато как чуть что хватаетесь за жаренные факты.
– Ко мне обратилась подруга, мама одной из девочек. Если у вас такие проблемы, обратитесь и вы в газету. Кто мешает?
– Станете вы писать, как же! Вам же только сенсацию подавай! – Соня Саидовна зыркнула на меня, расширив глаза – как на публику.
– Извините, если это все, то мне нужно писать статью, – прервала я ее пламенные излияния.
– Я бы хотела увидеть свои высказывания и почитать статью прежде, чем она выйдет! – с вызовом потребовала она.
– Ваши комментарии я вышлю вам на согласование. Что же до самой статьи – то это мой жарналисткий материал. И его вы увидите уже в газете.
– А вдруг вы польете меня грязью? Хотя я старалась исключительно ради девочек и не знала, что так все получится!
– Вы можете отказаться давать комментарии, и тогда я все равно напишу статью. Но уже без ваших пояснений.
– Ясно, – Соня Саидовна отключила видеосвязь.
А я собиралась компановать уже собранные материалы статьи, когда на телефон позвонили.
На экране высветился уже знакомый номер «Аниматоры».
Так… Тамилин.
Я приняла вызов. А куда деваться? Аниматор ведь не виноват, что наши отношения с Александром настолько запутались. Он всего лишь делает свою работу. Что ж мне парня без гонорара оставлять? Или заставлять маяться на улице?
 
Я потом Тамилина убью. Когда встретимся перед вечеринкой. А может после. Все же он мой спутник на вечер.
Как всегда, аниматор переоделся в спортивной комнате.
Ко мне вышел… Шерлок Холмс из старого советского кино. С трубкой в одной руке и букетом в другой.
– Мой дедуктивный метод помог мне установить, что Александр Тамилин крайне расстроен тем, что напугал вас в прошлую вашу встречу. Или каким-то образом поспешил со своим поцелуем. Еще мой дедуктивный метод показал, что Александр Тамилин очень сожалеет о неприятном произведенном эффекте. Иначе зачем бы он присылал вам вот это?
И тут Шерлок Холмс превратился в Мерлина.
Вначале он вытащил из рукава длинную бархатную коробочку и протянул ее мне.
Внутри оказалась изящная цепочка из белого золота с кулончиком в виде капли. Было даже страшно подумать, что эта капелька – бриллиант.
Однако не успела испугаться, как мне вручили огромный фруктовый букет, от которого так пахло клубникой и вишней, что у меня желудок едва не заурчал.
После этого из другого рукава Шерлок Холмс достал розу. Ярко-лиловую. Я таких еще никогда не видела. В принципе, я знала, что сейчас как-то делают цветы самых удивительных оттенков. Но это было просто поразительно.
Пока я замешкалась, Шерлок Холмс вручил мне открытку и отправился переодеваться.
Когда аниматор скрылся за дверью, я открыла послание.
«Ярина. Как моя будущая супруга ты просто обязана надеть на бал цепочку с кулоном и еще одно украшение. Оно спрятано внутри фруктового букета. Это исключительно для того, чтобы наше представление выглядело правдоподобным. Жена такого богатого мужчины, как я, не может не иметь бриллиантовых украшений. В это просто никто не поверит. Не хочешь же ты выставить меня скрягой и скупердяем? Очень надеюсь, что нет. Ведь на балу будут известные в городе люди. И мне не хочется, чтобы они поменяли обо мне мнение. До встречи. Заеду за тобой в четыре часа. Твой преданный жених, Александр».
Звучало с иронией. Но намек на репутацию богатого мужчины, чья жена не носит драгоценности был прозрачен. Вернуть не удастся, надо надеть. Что ж, я тоже не лыком шита. Оставлю Александру все, когда буду уезжать от него после нашей комедии с женитьбой.
Я разобрала фруктовый букет. Крупные глянцевые черешни – одна к одной, клубнички в виде сердечек, ароматные абрикосы и пара фруктов, которые я вообще впервые видела, перекочевали помытые в пластиковую емкость. Внутри обнаружилось именно то, что я и ожидала. Бархатная красная коробочка с кольцом. Изящный кружок из белого золота был украшен крошечными удивительно красивыми цветочками, на которых сверкала целая россыпь бриллиантов.
Мда. Тамилин точно не скупердяй. Придется надеть, раз уж мы заключили договор. Я найду где это все спрятать в его огромном доме, чтобы не забирать потом с собой.
А пока… Я актриса в этом спектакле и меня всего лишь снабдили правильными деталями костюма.
Я пила чай, ела сладкие, сочные ягоды и любовалась на украшения. У меня никогда ничего подобного не было. Я никогда не могла позволить себе подобную роскошь.
Но Кирилла в этом я не винила. Мы поженились еще студентами, за год до окончания вуза. Мы знали на что шли, и я прекрасно понимала, что драгоценностями и шубами муж вряд ли сможет меня заваливать. И я никогда не переживала по этому поводу. Гораздо больше меня волновало другое. То, что Кирилл перестал обращать на меня внимание. То, что он так редко со мной разговаривал, интересовался моей жизнью и рассказывал о своей. То, что он так мало обо мне вспоминал, если не хотел удовлетворения естественных потребностей.
И то, что у нас осталось в целом так мало точек соприкосновения…
А ведь когда-то… мы могли разговаривать часами. О том, о сем, о другом. Пусть даже о погоде…