Брачный приговор (СИ)

— Хватит валять дурака, Артем! Вы прекрасно понимаете, что я спрашиваю о другом!
Он опускается вниз и вместо ответа начинает сгребать листки обратно в папку. Его непроницаемый футляр все же идет трещинами, и я замечаю, что помощник злится.
— Какого ответа вы от меня ждете? — наконец, произносит он, запрокинув голову. — Вам кажется, что вы тут ничего не решаете? Не смешите меня, Татьяна. Это я тут всего лишь обслуживающий персонал, я слова не могу сказать лишнего.
— Я должна вас пожалеть? Не пробовали работать на других людей? На нормальных.
— Пробовал, — он усмехается. — А вы попробуйте задать все свои вопросы Чертову.
Он захлопывает папку театральным жестом. Потом поднимается и закидывает ее в портфель.
— Теперь можем идти? — он указывает на дверь. — Или будем дальше портить друг другу нервы?
— Вы мне не нравитесь, Артем. Ни черта вы не приятный.
— Вам подберут другого помощника, — он кивает. — Я передам ваше мнение боссу.
Он скрипит зубами, но сохраняет деловой тон из последних сил.
Остаток дороги мы проводим в абсолютной тишине. В моей голове бьется столько мыслей, что даже легкая фоновая музыка не воспринимается. Я смотрю строго в окно, но ничего не вижу. Ни улиц, ни прохожих. Только чувствую, что мое положение еще запутаннее и сложнее, чем я думала раньше.
— Я оставлю бумаги на столике, — бросает Артем, когда мы въезжаем через черные витые ворота. — Вместе с ручкой.
Я не сразу понимаю, что он вновь заговорил о документах “опекунства” Чертова. Я не отвечаю ему и пытаюсь запомнить, куда меня привезли. Выглядит как поместье, укрытое от мегаполиса и случайных людей. Мы едем по прекрасной дороге, которая прорезает насквозь лесной массив, и только спустя десять минут выезжаем к первым домикам. Они небольшие и напоминают постройки для слуг. А вот особняк встречает чуть позже. Естественно огромный. Он искусственно состарен и наверняка вызывает прединфарктное состояние, если узнать его цену.
— Какое милое место, — стервозное настроение не думает покидать меня, я как завелась в банке, так и чувствую, что могу разговаривать только с сарказмом. — Просто глаз не оторвать.
Артем рывком распахивает дверь и быстро выбирается на воздух. Становится смешно, как будто это ему надо продышаться после общения со мной, а не наоборот.
Мою же дверь открывает водитель. Я ступаю на дорожку из брусчатки, которая окольцовывает фонтан с горгульями. Ну конечно. Было бы странно, если перед домом Чертова стояли ангелы. А демонические персонажи очень даже в тему, чтобы гости не забывали к кому пожаловали.
— Артем, — я окликаю помощника. — Вы сказали, что мне подберут другого помощника. А что я еще могу менять?
  
Глава 8
 
Артем сжимает и разжимает кулаки. Он поворачивается ко мне, попутно доставая из кармана сотовый. На его лице снова маска из спокойствия и доброжелательности.
— А что вы хотите? — спрашивает он, показывая, что готов записать мои пожелания в телефон.
— Что я хочу? По-настоящему? Ознакомиться с папкой с моим именем, которую вы уже передали охране.
Теперь я понимаю, почему было так много машин сопровождения. Целый кортеж, чтобы довести тайны моего фиктивного мужа в целости и сохранности, они ведь касаются самого Чертова. Лавров вел его дела, так что в тех папках полно грязных страниц.
— Конечно, это нельзя, — я взмахиваю ладонью, когда Артем уже хочет развернуться и пойти в дом. — Я могу решать только всякие глупости. Сделать заказ на обед или попросить достать любимые духи… Кстати, а где мои вещи? Мне привезли в отель сумку из моей квартиры.
— Их взяли. Они будут в вашей спальне.
— У меня будет своя спальня?
— Да, — Артем устало кивает. — Ее вы тоже можете выбрать. Есть с видом на лес или на внутренний двор. И, вроде бы, должна быть с выходом на террасу. Если я ничего не путаю, в этом доме шикарная терраса со стороны восхода.
Он на пару секунд отвлекается на охранника, обмениваясь с ним какими-то знаками, а потом возвращается ко мне.
 
— Господин Чертов скоро приедет. Может, пока посмотрите дом?
Мне хочется принять душ после дороги. Чувствую, что начинаю успокаиваться, но освежиться все равно не помешает. Я всегда лучше думаю после душа, а сейчас я впервые ощущаю, что, наконец, принимаю происходящее как факт. Страх отступает, как и детское желание зажмуриться и дождаться, когда проблема исчезнет сама собой.
Нет, чуда не произойдет. Придется выбираться собственными силами. И надо хорошенько оценить свое положение. Тут можно так нарваться на эмоциях, что потом костей не соберешь. Тем более Чертов скоро приедет. Поэтому я бросаю пререкаться с Артемом и иду в дом. А там прямиком в спальню, которую выбрала охрана.
Мои вещи лежат на кремовом диване, на который падает солнечный свет с балкона. Кажется, это та самая шикарная терраса, разрекламированная Артемом. Но мне сейчас не до красот. Я нахожу свою домашнюю одежду, ставлю ноутбук на зарядку и заглядываю в ванную комнату. Провожу в ней минут десять, половину из которых трачу на этикетки на французском языке. На полках нет ни одного средства с кириллицей! Приходится доверять интуиции, которая решает, что розовая бутылочка это шампунь, а изогнутая — кондиционер.
— Ой, — выдыхаю от неожиданности, когда возвращаюсь в спальню.
Женщина в фартуке служанки смущается из-за моей реакции и опускает глаза в пол.
— Я перестелила белье, — сообщает она тихим голосом. — Рядом с кроватью есть телефон для связи с персоналом. Если что-то понадобится, вам сразу помогут. Я или моя помощница.
— Как в отеле.
— Что?
— Ничего, — мне становится неловко, потому что она разговаривает со мной как с госпожой и даже как будто опасается меня. — Всё чудесно, и мне ничего не нужно.
— Хорошо, — она кивает. — Я могу идти?
— Да, конечно… Хотя минутку, в доме есть интернет?
— К сожалению, нет, — виновато произносит служанка. — Какая-то неполадка, отключили сегодня утром.
— Ясно.
Необходимость в ноутбуке отпадает. А сотовая сеть здесь не ловит, я проверила еще на входе в особняк. Артем лишь пожал плечами, сославшись на глухую местность. “Но зато воздух хороший.” Читалось в его хитрых глазах.
Я отпускаю женщину, а потом бесцельно кружу по комнате. Ноутбук горит зеленым огоньком, подсказывая, что батарейка уже полная, и сейчас это выглядит как форменная насмешка.
— Быстро подсуетились! — произношу в сердцах. — Сперва вот тебе и телефон, и компьютер, и вообще погости в центре родного города. Но стоило выступить для журналистов, так всё отобрали и закрыли в глуши!
Гадкое чувство, что меня использовали и обвели вокруг пальца, царапает нутро. Я прочитала по бумажке всё, что нужно было Чертову, и теперь со мной можно обращаться как угодно. Да? Зачем тогда тратиться на огромный особняк? Запер бы в чулане, чего шиковать?
Я срываю с крючка вязаную кофту, которая одиноко висит в шкафу, и иду вниз. Поворачиваю к большой арке, откуда идет приглушенный звук. Похоже на разговор, слышно сразу несколько мужских голосов. Я хочу найти Артема и поэтому без раздумий вхожу в кухню.
Только вот удается сделать всего шаг. Тело инстинктивно тормозит. И дело не в трех охранниках, которые стоят по разные стороны комнаты. Дело в Чертове, он тоже здесь.
Ему удается отдать приказ одним жестом. Охранники испаряются за мгновение, и я остаюсь в комнате с ним наедине. Чтобы хоть как-то успокоиться, я разглядываю одежду Чертова. Он явно любит шелковые рубашки темных цветов. В первую встречу на нем была синяя, а сейчас темно-оливковая. Она подчеркивает миндальный оттенок его кожи, под которой проступают мускулы, когда он напрягает руки.
Чертов отводит стакан с янтарной жидкостью дальше от края и поворачивается ко мне корпусом. Я замечаю, что поменялась не только рубашка. Такое ощущение, что Чертов сменил весь “костюм”. Его движения, взгляд, аура… все другое. Насыщеннее и острее.