Планета откровений (СИ)

И вот теперь капитан и его первый помощник с благоговением рассматривали информацию, полученную этим датчиком. Пси-поле на планете было очень мощным, никогда и нигде раньше такие показатели получены не были, разве что на Земле — но Земля это Земля, там куча мегаполисов с кучей народа… Здесь же никаких признаков того, что существует какая-либо цивилизация. Ни городов, ничего! Возможно, высшая форма жизни была подземной, или просто совершенно ни на что не похожей… И это предстояло выяснить буквально уже через пару дней. Еще странность показаний датчика была в том, что излучение Пси-поля было разделено на несколько секторов, с разным спектром интенсивности, как будто разумная раса не одна, а несколько. По идее, это было нормальным явлением, на той же Земле и дельфины, и бонобо, и собаки, и слоны — тоже разумная форма жизни. Но в таком случае Пси-поле для каждой разумной расы было своё, индивидуальное. А тут… Непонятно. Вроде бы как одно, но не одно.
— Посылай сообщение группе Контакта, Свят, — сказал Виктор Петрович.
— Эх, вот тебе и «скоро домой», — тоскливо отозвался первый помощник.
— Что за настроение? — поднял брови капитан. — Ты не рад, что мы в очередной раз убедились в том, что не одиноки во вселенной?
— Да нет, рад, конечно, — по тону Святозара было понятно, что рад он совсем самую капельку, а больше всё-таки грустит о том, что свидание с любимым домом — да что там, домом! Дом это вторичное… — с любимым человеком теперь откладывается на неопредёленный срок.
— Ага, вижу, как ты рад, — насмешливо сказал Виктор Петрович. — Соберись! И не забудь переправить группе Контакта абсолютно всю информацию с датчиков, что у нас есть на данный момент. Со всех, без исключения.
— Слушаюсь! — Святозар встряхнулся, и начал лихорадочно стучать по голографической клавиатуре. Действительно, чего это он? Это же событие, между прочим, и неординарное. Далеко не каждая экспедиция может похвастаться тем, что обнаружила разумную жизнь! Ну, задержится он ещё на пару месяцев, зато надбавка к зарплате будет ого-го какая, что будет совсем не лишним в их молодой ячейке общества. Да и известность тоже штука полезная. Так что хорош рефлексовать. Работать надо… Тем более что работы теперь — на всех хватит, и ещё останется!
***
Радостную новость об обнаружении новой разумной расы пока оглашать не стали, ограничились тем, что сообщили об этом второму помощнику, Льву Николаевичу, и психологу, которой по совместительству являлся еще и штатным ксенологом. Шпакля воспринял известие с присущей ему невозмутимостью. Нашли — хорошо, откладывается возвращение домой — тоже хорошо, вообще всё хорошо, ибо настоящему буддисту никогда нигде ничто. А вот Константин Гришин, психолог-ксенолог, долго рассматривал данные, полученные датчиком Ковальски.
— Это точно? — наконец спросил он. — Датчик не мог… эээ… испортиться?
Капитан удивленно посмотрел на него. Честно признаться, такая мысль ему в голову не приходила, даже и рядом не появлялась.
— А почему он должен был испортиться? — в свою очередь спросил он.
Гришин развел руками.
— Ну, там излучение какое-нибудь космическое, эээ… Помехи, — психолог неопределённо помахал разведёнными руками. — Откуда я знаю? Это вы мне скажите.
— Ну, сама вероятность поломки датчика, в принципе, присутствует, — не стал отрицать Виктор Петрович, благоразумно не став реагировать на «космическое излучение» и, тем более, «помехи». — Но все зонды по возвращению проходят штатное тестирование всех систем. Этот был не исключением. Свят?
— Так точно! — бодро отрапортовал первый помощник, просматривая данные, появившиеся по его запросу из информатория инженерного отдела. — Всё в полном порядке, никаких сбоев.
— Мы, конечно, ещё раз проверим, — с сомнением сказал Виктор Петрович. — Но вы лучше скажите, почему возник такой вопрос? Что не так?
— А вам ничего не показалось необычным в полученных данных? — вопросом на вопрос ответил Гришин.
— Вы мне тут эту свою психологию бросьте, товарищ Гришин, — рассердился капитан. — Показалось, не показалось. Когда мне что-то кажется, я перекрещусь три раза — и всё проходит.
 
Гришин с профессиональным интересом посмотрел на него, немного склонив голову набок.
— Ну да, ну да, — пробормотал он. — Ну конечно.
— Гришин! — теперь уже угрожающе сказал Виктор Петрович.
— А? — психолог как будто очнулся. — Что?
Капитан махнул рукой.
— Бог с вами, — сказал он. — Эскулап… Да, странное в показаниях есть даже на мой неискушённый взгляд. Но это же новая раса! Кто знает, с чем мы столкнулись?
— Пока не столкнулись, — педантично поправил Шпакля.
Капитан и в его сторону махнул рукой.
— Считай, уже столкнулись, — сказал он. — До прибытия на стационарную орбиту у нас осталось 38 часов. Пси-поле показывает наличие нескольких разных рас, но с очень похожим спектром излучения. Это странно, да. Но не более того.
Гришин задумчиво покачал головой.
— Мне бы вашу уверенность, Виктор Петрович, — вздохнул он. — Не более того… М-да. Ну что ж, действительно, что гадать на кофейной гуще? Через пару дней всё сами увидим. А вы пока проверьте всё-таки датчик, хорошо?
***
Ефим вытер руки салфеткой, аккуратно сложил инструменты в чемоданчик. Посмотрел на изнывающего от скуки и любопытства Бориса. Покачал головой.
— Всё в порядке, — сказал он. — Датчик работает как часы. Я запустил дополнительное тестирование системы, но и так понятно — всё работает в штатном режиме.
— Интересно, зачем понадобилось настолько досконально проверять этот датчик? — почесал затылок Борис. — Как ты считаешь, а?
— А чего там считать? — удивленно поднял брови Ефим. — И так всё понятно, по-моему.
И, сказав это, поднял чемоданчик и вышел из ангара. Борис долго смотрел ему вслед.
— Нет, ну вы посмотрите на него, — обратился он в пространство — больше никого кроме него в ангаре не было. — Всё ему, блин, понятно! А чего понятно-то? Нет, это не человек, вот хоть вы меня зарежьте тупым топором — это какой-то кошмар ходячий. И, что характерно — мой кошмар. Индивидуальный, блин!
Он присел на корточки рядом с исследовательским зондом, в котором находился датчик, о котором ранее шла речь.
— Вот что тут ему понятно? — бормотал он себе под нос, аккуратно выводя на интерфейс своего наладонника данные тестируемого в данный момент датчика. — Гм. Это в норме, это в норме… Так… А это у нас тут что? Информация с последнего вылета… Так… Так… ТАК!!!!!
Борис выронил наладонник.
— Ну, вот и приплыли, — с радостным обречением провозгласил он. — С почином вас, Глеб Егорыч…
Поднял наладонник, стряхнул с него налипший мусор, и рассеяно засунул в карман.
— Это что же получается? — снова вопросил он у пространства. — Блонда-то не станет дожидаться лишние хрен-знает-сколько-там месяцев! Вот блин…
Пространство молчало в ответ.
— Зато денег будет больше… — задумчиво протянул Борис. — Да и просто интересно это до чёртиков!
«Надо будет попроситься в экспедицию, — подумал он. — Ефиму это, скорее всего совсем не интересно будет — цивилизация, похоже, не машинная ни разу… Так что пускай сидит на корабле, голограмма ходячая! А мы по-простому, по-человечески — глазами посмотрим да лапками пощупаем».
На этой радостной ноте Борис поднялся, зачем-то пнул исследовательский зонд ногой, злорадно хмыкнул и пошел обратно в инженерный отсек, достаивать вахту.
***
Гришин с некоторым недоумением разглядывал данные, которые ему переслал Виктор Петрович со словами «посмотрите, может, что ещё странное обнаружите». Странным там было всё. И ксенолог с грустью думал, что вот он — его звёздный час. Настал. Ура. Наконец-то обнаружено что-то, что абсолютно не похоже на всё ранее изученное. И он, Гришин, будет первым, кто в это непонятное и загадочное залезет по самые уши. И хорошо ещё, если по уши. А как всё хорошо начиналось! Такой, понимаешь, стандартный полёт, стандартные планеты, стандартные формы жизни… И тут на тебе. Неведомая хрень. Ну, вот за что?! Что он плохого Вселенной сделал? А?