Планета откровений (СИ)
Девушка погладила себя по бедру и усмехнулась. Теперь у неё снова было две ипостаси, как и было заведено у их народа. Вот только вторая ипостась разительно отличалась от деревьев, в которые превращались остальные. Она вообще не была деревом. Лиана пока и сама не очень понимала, что это такое. Но осознавала, что вскоре ей придётся на время сменить свой нынешний облик, и находиться в другом — и, значит, потерять контроль над происходящим. Вторая сущность всегда отличалась от первичной, хотя мудрецы давно спорили, что тут первично, а что — вторично. Но смысл был один — при изменении физического тела менялась и структура личности. И если в случае становления деревьями существа их народа впитывали в себя жизненную энергию планеты и просто вдумчиво шелестели листьями всё время превращения, то что будет делать её вторая ипостась, она могла себе только представить. Не сказать, чтобы её ужасали возможные последствия — нет, ей было, в общем-то, всё равно, но тут был один нюанс. Она на космическом корабле, и потенциальные жертвы её превращения — её шанс на побег из дома, от смерти и забвения. Оставалось только надеяться, что превращение не застанет её врасплох, и она успеет изолировать себя. Потом, когда они прибудут на родную планету людей, тогда можно будет об этом уже не думать. Но вот на время полёта…. Надо было что-то придумать, это помещение не сможет её удержать. Нужно найти более укреплённое убежище. Лиана сосредоточилась, и послала мысленный зов. Оставалось лишь ждать, кто именно на него придёт.
***
Виктор Петрович слез с грифона и со стоном схватился за поясницу. Долгий полёт в довольно неудобном положении, когда не разогнуться, ни согнуться, ни просто поменять позу было практически невозможно, сильно сказался на его состоянии, и далеко не лучшим образом. Болело всё, что только могло болеть, он уже и забыл, что у него так много всего есть. Затекло всё, что могло затечь. В общем, полёт удался.
У жилого модуля его ждал Старейшина. Капитан измучено кивнул, приветствуя его. Тот кивнул в ответ.
— Понравилось? — спросил он.
— Не то слово!
— А я предлагал другой способ, — покачал головой бородатый абориген. Надо сказать, за время этого полёта в голову Виктора Петровича не раз и не два приходила мысль о том, что зря он отказался от телепортации. Но, каждый раз, представляя себе, как его разбирают на атомы, а потом — наверное — собирают в другом месте, он понимал, что всё-таки сделал правильный выбор. Да, пусть средство передвижения было неудобным, и, честно признаться, очень необычным…. Но оно доставило его на место целым и относительно невредимым.
— Я хотел бы ещё поговорить с Вами, капитан, — продолжил Старейшина. — Уделите мне пару минут? Да-да, конечно! — он поднял руки, словно хотел его успокоить, — идите, отправляйте на свой корабль сообщение, я подожду. Идите!
И Старейшина провёл руками над головой Виктора Петровича в плавном, оглаживающем жесте. Тот почувствовал, как боль в пояснице стихает, тело наполняется энергией, исчезают черные точки в глазах.
— Ну, Вы прямо как доктор Айболит! — усмехнулся он, и поблагодарил: — Спасибо! Я выйду к Вам минут через десять, хорошо?
— Я же сказал, что подожду, — Старейшина опустился на возникший из ниоткуда пенёк. — Идите уже!
Устроился на пеньке поудобнее и закрыл глаза. «Уснул, что ли?», подумал Виктор Петрович, и направился к входу в модуль. Когда за ним закрылась дверь шлюза, Старейшина приоткрыл глаза и грустно улыбнулся.
Капитан вышел к нему как и обещал, через десять минут. Вид его был несколько обескураженный, в мыслях творился полный бардак. Тяжело опустился на услужливо вынырнувший из-под земли пенёк — привык уже к местной мебели. Старейшина посмотрел на него:
— Связались с кораблём? — то ли спросил, то ли констатировал он.
— Да, — коротко ответил Виктор Петрович. — Удивительно! Они уже выслали сюда катер, сказали, что уже в курсе происходящего, и что не нужно ничего объяснять… Боюсь, как бы это не означало то, что наши беглецы добрались туда. Причём мне не ответили на прямой вопрос — они на борту, или нет? Не ответили! А я, между прочим, всё-таки капитан. И, на минуточку, разрешения взять их на борт не давал.
Старейшина покачал головой.
— Грустно это слышать, — отозвался он. — Потому как если Лиана на вашем корабле…. От неё можно ожидать чего угодно. Она мыслит уже не теми категориями, что мы. Изменения зашли слишком далеко!
— Может быть, полетите с нами? — предложил капитан. — Поймаете эту свою ветку, вернёте домой… А?
— Нет, — с сожалением ответил Старейшина. — Не получится. Мы не можем покидать эту планету, наша с ней энергетика слишком тесно связана между собой.
— А как же эта ваша ренегатка?
— Это ещё раз говорит о том, что она изменилась слишком сильно, и уже не принадлежит к нашему виду, — вздохнул бородач. — Могу предположить, что выход за пределы планеты повлиял на неё ещё больше, и чем она теперь является — не знает никто. Даже она сама.
— Звучит крайне оптимистично, — кисло сказал Виктор Петрович. — И посоветовать ничего не можете?
— Разве что пожелать. Удачи.
— Ну, спасибо! Подкинули вы нам проблему, однако…
— Никто не обещал, что будет легко, — сказал Старейшина. — Для Вас любая такая экспедиция — лотерея. Или я не прав?
— Правы, конечно, правы. Но от этого не легче, — ответил капитан. — Так о чём Вы хотели поговорить?
Старейшина помолчал немного, словно не знал, с чего начать и сейчас продумывал варианты. Наконец сказал:
— Я уже говорил Вам в какой-то момент, что моя раса знает всё о других разумных существах во Вселенной… — он прервался, и Виктор Петрович нетерпеливо кивнул:
— Да-да, говорили. И сказали, что не поделитесь информацией. Я помню.
— Ну, может быть, и не совсем всё мы знаем, но большую часть, — продолжал Старейшина, будто не заметив резкости. — И знаем и про вас, людей.
— Про нас мы и сами знаем, — буркнул капитан. Бородатый абориген покачал головой.
— Нет, капитан. Не знаете. Не знаете, например, почему варраки уничтожили вашу дипмиссию, не вступая в переговоры, даже не дав им приблизится.
— Ксенофобия, — фыркнул Виктор Петрович. — Что ж тут непонятного? Вы сами так сказали.
— Не совсем. Вернее, ксенофобия тоже присутствовала, но не она являлась основной причиной. Не станет миролюбивая раса уничтожать посланников другой цивилизации только лишь из-за своих предрассудков. Нет, не спорьте! — вскинул он руку, почувствовав, что капитан собрался оспорить это факт. — Они — не станут. Нет, тут дело в другом. Дело в вас, людях. Варраки боятся вас. Я не хотел тогда этого говорить, — вздохнул Старейшина, — но сейчас, видимо, придется. Внутри вас живёт Зло.
— Что, простите? — капитан решил, что ослышался. — Что живёт?
— Зло. Именно так, с большой буквы. Чтобы Вам было проще — это что-то наподобие вируса, но вируса разумного, хотя и разумного не по нашим меркам, даже и не по вашим. А исключительно по своим. И именно это и делает его — Злом. У кого-то из вас его много, у кого-то — мало, но есть он почти у всех.
— И у меня? — спросил недоверчиво Виктор Петрович.
Старейшина кивнул.
— И у Вас. Варраки чувствуют это, причём на расстоянии. И предпочли уничтожить угрозу.
— Этот вирус, он что — заразен?
— Да нет, — досадливо поморщился абориген. — Вот, надо было выбрать какой-то другой термин… Микроорганизм? Бактерия? Нет, всё равно не то. Просто примите как данность — внутри почти каждого из вас сидит нечто, что в определённый момент руководит вашими поступками, направляет ваши мысли, заставляет совершать то, что вы никогда бы не совершили. Зло.
— Вы меня разыгрываете? — капитан внимательно посмотрел на собеседника, но не увидел в нём ни капли иронии, лишь грусть. — Это какая-то шутка?
— Хотелось бы, — Старейшина опустил голову. — Но нет. Это правда. Но это не приговор! Кто-то из вас успешно справляется с этой напастью, а кто-то вообще сумел избавиться от неё полностью. Правда, после этого им пришлось бежать из дома.