Планета откровений (СИ)
— Это приказ? — в голосе Семёна не было слышно энтузиазма. Да и вообще его голос довольно сильно изменился с того момента, как он перестал быть человеком, исчезли интонации, тембр стал ниже, басовитее, с рычащими нотами.
— Это просьба, — ответил Виктор Петрович.
— Вы что-нибудь собираетесь с ней сделать? — спросил Семён. — Не вечно же мне за ней хвостиком ходить. Она, в конце концов, Германа сгубила, и чуть не угробила ещё двух человек. Опасно её здесь держать!
— Что ты предлагаешь сделать? — осведомился капитан. — Отослать её обратно на планету? Её там убьют её соплеменники.
— Может, и правильно?
— Нет, я на это пойти не могу, — решительно сказал капитан. — Она останется здесь. Придумаем что-то! Обязательно!
Семён покачал головой, что в его новом облике выглядело довольно угрожающе.
— Хочется верить в это, — сказал он, и побрёл к выходу. На пороге обернулся:
— Вы это… Побыстрее придумайте, ладно?
— Я постараюсь, — пообещал ему Виктор Петрович, уверенности, правда, в этом особо не чувствуя.
Семён ушёл, и капитан повернулся ко второму помощнику, всё это время молча сидящему рядом.
— Что скажешь? — спросил он.
— Если бы не видел это собственными глазами, ни за что не поверил бы, — ответил тот. — Чудеса какие-то! Девушка, которая не девушка, овладевшая разумом всех на корабле, Семён, который больше не человек… Ефим, построивший боевого робота…. Монстры, ментаты, роботы…. Мне кажется, я в каком-то фантастическом романе. А тут ещё это ваше Зло, — он развёл руками. — У меня нет слов, одни эмоции!
— Это не моё Зло, — вздохнул Виктор Петрович. — Но да, согласен с тобой — всё это выглядит нереально, невозможно! Но это есть. На самом деле. Это происходит с нами! И нам надо как-то на это реагировать, что-то с этим всем делать. Вопрос — что именно?
— Ну, по крайней мере, почти все проблемы решились сами собой, — рассудительно сказал Шпакля. — Девушка под замком, мозги снова принадлежат нам, Семён всё-таки остался Семёном, не смотря на то, как он теперь выглядит. Может, полетим домой?
— То есть после всего, что ты узнал, ты хочешь вернуться? — спросил его капитан.
— А есть варианты? — удивлённо поднял брови Лев Николаевич. — Что, будем странствовать от планеты к планете? Этакие космические бродяги? — он посмотрел на капитана. — Да ладно?! Вы серьезно?
— Ну, не совсем, — Виктор Петрович смущенно покашлял в кулак. — Но сама мысль правильная. Я бы, может, и хотел бы вернуться на Землю, бороться со Злом, освобождать людей от этой напасти, но… Я реалист. Никто не даст мне с ним бороться, конечно же. А жить там дальше, после того, что я здесь узнал и увидел, я, боюсь, не смогу. А ты?
— Ну, мне-то полегче будет, — усмехнулся второй помощник. — Из меня это самое Зло никто не извлекал, оно продолжает сидеть внутри. Даже если предположить, что я во всё это верю — я всё равно хочу домой.
— А потом снова в космос?
— Ну да! Это ведь моя работа. И она мне, несмотря ни на что, действительно нравится.
— Так я предлагаю почти то же самое, — сказал Виктор Петрович. — Только без постоянного возвращения домой. Сдадим образцы из экспедиции, потом заберём родных и близких — и полетим куда глаза глядят. Благо таких мест много! Захотим — осядем где-то, будем колонистами, а захотим — будем дальше странствовать в поисках интересных миров.
— Звучит как-то… — Лев Петрович помедлил, — Неправдоподобно. Кто нас отпустит?
— А вот это уже другой разговор, — ответил капитан. — То есть в целом ты не против?
— В целом — не против, — вынужден был признаться Шпакля. — Сама идея довольно привлекательная. Но вот реализация…
— Реализация — пустяки! — нетерпеливо отмахнулся Виктор Петрович. — Главное — это то, что я не один такой.
— Полетим вдвоём? — Лев Николаевич посмотрел на него с усмешкой.
— Почему — вдвоём? — капитан встал с кресла. — Думаю, что многие согласятся. Есть у меня несколько мыслей по этому поводу…
***
— Не возвращаться на Землю? Как так? Почему?
— Нет, мы вернёмся, — терпеливо продолжал объяснять капитан. — Но потом снова улетим.
— Ну, мы так обычно и делаем! Прилетаем, отдыхаем, а потом — в следующую экспедицию!
— А теперь прилетим, заберём всё, что нам необходимо — вещи, родственников — и уйдём в свободное плавание. Будем сами решать, куда нам лететь и что делать.
— Это… вроде как… Мятеж? — спросил кто-то.
— Нууу… Наверное, можно это и так назвать, — подумав, ответил Виктор Петрович.
— Капитан, — Матвей почесал затылок могучей рукой. — Мы Вас очень ценим и любим, конечно, — его поддержали одобрительными возгласами, — но зачем нам это? Всё то, что Вы рассказали — это, конечно, увлекательно и познавательно, но какое это отношение имеет к нам? Вернее, зачем нам бросать дом, работу? Ради каких-таких пряников?
— Мы дома проводим на самом деле очень мало времени, — задумчиво сказал Кржижановский. — Отдохнём, подлечимся — и снова в космос. Так что слово «дом» тут не такое уж ключевое, Матвей.
— Может, и так! — Сиводед упёр руки в бока. — Но у меня там жена, между прочим!
— Ну так бери её с собой! — крикнул кто-то.
— А если не согласиться?
— Товарищи! — Виктор Петрович постучал по столу. Все замолчали, и посмотрели на него. — Товарищи! Никто вас силком не тащит. Захотите остаться на Земле — пожалуйста, оставайтесь! Захотите отправиться с нами — милости просим. Мы всем будем рады.
— А мы — это кто? — спросил Пётр. — Кто уже решил полететь с вами?
— Шпакля, Ефим, Семён, Карл… — начал загибать пальцы капитан.
— Ого, Карл тоже! — удивился Борис. — Это аргумент, между прочим. Хорошо пожрать — это мы любим! А вот скажите, капитан, — он внимательно посмотрел на Виктора Петровича. — Мы только на Землю не будем возвращаться? Как насчёт контактов с колониями?
— Без проблем, — ответил капитан. — Да и с Землёй контактировать мы тоже будем. Просто не будем больше от неё зависеть, и в Солнечную систему будем возвращаться только по самой крайней необходимости.
— А нас отпустят? — резонно спросил кто-то.
— Мы над этим сейчас работаем, — немного покривил душой капитан. Он всё ещё верил, что найдётся какой-нибудь способ уговорить руководство Космофлота отпустить их на вольные хлеба без особых возражений и препятствий с их стороны. Поговорив с Ефимом, уже пришедшим в себя, он даже примерно представлял, что это за способ. Пострадавший за правое дело механик обещал передать Космофлоту несколько своих последних изобретений, и Виктор Петрович справедливо рассудил, что это может стоить гораздо больше, чем какой-то звездолёт, который к тому же после этого полёта всё равно собирались переводить на внутренние рейсы. Перебьются как-нибудь без них и без корабля, зато получат много полезных штук, с которыми работа Дальней Разведки будет поднята на абсолютно новый уровень. Так же не могло не радовать то, что эти же штуки будут и у них. А ещё у них будет Ефим, что означало, что модернизация их технической оснащенности будет расти не по дням, а по часам. Да, случай беспрецедентный, но всё когда-то происходит в первый раз! Согласятся, куда они денутся… Теперь оставалось уговорить как можно больше людей, чтобы они остались с ними. В этом рейсе команда подобралась на удивление слаженная, никто особо не конфликтовал, понимая друг друга с полуслова — идеальная команда! Вот бы она такой и осталась… Виктор Петрович прекрасно понимал трудности принятого им решения, но отступать от него не собирался. Если надо, он полетит и один. Интересно, думал капитан, а если бы это был не последний полёт, если бы впереди не маячила безрадостная пенсия, а предстояло ещё много экспедиций? Решился бы он на такой шаг? Да, решился бы. Слишком сильно изменила его эта планета.
А ещё был Семён. Сейчас эта жертва обстоятельств проходила полное медицинское обследование в медблоке, Гаврила готов был круглосуточно копаться в показаниях сканеров и анализаторов, придя в восторг от такого подарка судьбы — изменённый инопланетными микроорганизмами человеческий организм, причём изменённый удачно. Семёну дорога домой была заказана, в таком-то виде! Там его запрут в какой-нибудь лаборатории, и будут тщательно разбирать на составляющие, чтобы понять, как такое вообще возможно. Естественно, Семён останется на корабле. Лиана. Девушка-беда, из-за которой всё это и случилось… ну, может, кроме Семёна, он вроде как сам по себе случился, Лиана оказалась лишь катализатором. Лиану тоже нельзя было отпускать на Землю, но уже по другим соображениям. Вряд ли кто-то из людей обладает такой же ментальной защитой, как Ефим и Семён. Кстати, если про Семёна понятно — организм полностью перестроился, ментальный блок вполне объясним, то как быть с Ефимом? У него-то это откуда? Тоже загадка… А ведь при худшем из вариантов их возвращения на Землю руководство Космофлота получит доступ ко всем записям с камер. И это будет начало конца. Для Семёна, Лианы и, скорее всего, Ефима. Так вот, если отпустить на Землю Лиану, то очень скоро весь Космофлот окажется под её пятой. А потом и всё остальное человечество… Нет уж, лучше держать такое под контролем, благо он у нас есть, этот контроль.