Блондинка в боевой академии. Не хочу жениться! (СИ)

— Рина! Не смей делать глупости! — напутствовала мама.
— Конечно же, нет, — соврала я и залезла на подоконник. От свободы меня отделали какие-то несколько этажей и двор академии.
  
Глава 18
 
— Какой поганый день! Какой поганый день! — бормотала я себе под нос, вылезая из окна. На мой зад, облаченный в розовый, теплый спортивный костюм, могла любоваться вся академия и еще немного окрестностей. Но я искренне верила, что этим чудесным, зимним утром, с завывающей метелью людям есть чем заняться, кроме как разглядывать окна общежития, и мой побег пройдет незамеченным. Хорошо, совсем незамеченным вряд ли получится, но хотя бы незамеченным никем, кто заинтересован в нашей с Сильхом свадьбе.
На улице сначала появилась моя задница, потом все тело, а потом свадебная композиция на голове. Рябинки печально качнулись в волосах и полетели вниз, где застыли подобно каплям крови на снегу. Что за гадкая ассоциация?
Я вообще не была фанаткой высоты и таких экспериментов. До знакомства с Сильхом я бы вообще на подобное не решилась, но фейри пробудил во мне какие-то неизвестные ранее черты характера. Никогда бы заподозрила себя в склонности к авантюризму. Сейчас я пыталась сбежать с собственной свадьбы, чтобы не подвергать опасности собрата по несчастью, но вот погибнуть в мои планы не входило, будет обидно, если упаду и разобьюсь. Нелепая смерть. Даже не скажешь, что ради великой идеи.
Я пыхтела, сосредоточенно сползала вниз и, подозреваю, напоминала до ужаса нелепого розового паука со сверкающей шевелюрой, убранной в причудливую прическу. Ветер со снегом бил в лицо. Трепал за спиной тщательно уложенные волосы. В общем, портил прическу, которую создавали камеристки все утро. Мне это доставляло удовольствие. Словно растрепанные волосы тоже были символом моего протеста против принудительной свадьбы.
Решетка для плюща — величайшее изобретение человечества — если бы не она, осуществить задуманное было бы нереально. А так я медленно, но верно сползла вниз, спрыгнула на припорошённый снега газон и довольно развернулась, чувствуя ликование. Самая сложная часть пути пройдена. Правда, тут меня ждало разочарование.
— И куда собралась? — невежливо уточнили у меня.
У тропинки меня уже ждали двое вооружённых людей из охранной службы. Они смотрели на меня с суровым укором. Как смотрят на курицу, сбежавшую из закона. С одной сторону «Что с дуры взять?» с другой «И куда ты пошла, а ну, марш на место». Обидненько и унизительно.
— Гулять, — отозвалась я, понимая, что розовая девица с позолоченной рябиной в волосах еще более нелепо выглядеть просто не может.
— А почему через окно? — поинтересовался один из охранников, нахмурившись, и бросил взгляд на проделанный мною путь.
— А вот как хочу, так и хожу.
— Нет, сегодня ты идешь не гулять, а к алтарю, — бескомпромиссно заявил второй и сделал шаг мне навстречу, вынуждая пятиться. Да уж, спорить с мужиком, который выше тебя на две головы идея не самая хорошая, но можно поторговаться и потянуть время.
— Откуда знаете?
— Ну… — Мужчина, еще совсем молодой, пару лет назад закончивший академию, обвел меня скептическим взглядом с головы до ног. — Внешний вид. Что мы сбегающих невест не видели, что ли?
— Я думала, они обычно в платьях, а я в костюмчике. На свадьбу ничего не намекает.
— В платьях через раз, а вот с прическами всегда.
— А может, я все же сбегу? — с надеждой поинтересовалась я и изобразила взгляд голодной Твари. Он срабатывал всегда. Но как выяснилось, не у меня, а у Твари.
— Тогда нам не выплатят премию. А главное, не дадут следующий заказ. Репутация, невеста, она ни за какие деньги не продается.
С этим доводом не поспоришь. Озвучил его охранник, видимо, потому что я очень активно думала о том, чтобы отдать свое колье за право уйти с территории академии. Но репутацию оно, конечно, не спасет. Неприятненько, принципиальные попались.
— Кто нанял?
— Неположено говорить.
 
— А все же? — не сдавалась я.
— Твои родители, — помявшись отозвался парень и я выдохнула, понимая что могу, конечно, сигануть мимо них, но вряд ли убегу далеко. Все равно поймают, а значит, и пытаться смысла нет. Это не тот случай, когда можно попробовать наудачу.
— Обратно не пойду, — заявила их вредности я и скрестила руки на груди. Было интересно, что они станут делать. Вот, серьезно, лучше бы я не проверяла!
— Как хочешь, — отозвался охранник и закинул меня на плечо. Вниз головой, как барана! От возмущения я даже завопить не смогла. Прости Сильх, я сделала все, что могла. Надеюсь, ты окажешься удачливее. Иначе нам с тобой придется орать «Не-е-ет, мы несогласны» хором у алтаря при скоплении народа. Тоже выход, но такой позорненький. Впрочем, не позорнее, чем возвращаться в свою комнату на плече охранника, который поймал тебя при попытке к бегству.
Я уныло моталась на плече, изредка отвечала на удивленные приветствия парней в коридорах академии. Почему-то никого не смутило, что я еду в свою комнат на плече какого-то амбала. Это заинтересовало только девчонок.
— Рина, ты же думала о вечном в комнате?
— Думала-думала, передумала, — надулась я.
— Я выловил ее на улице, мадам, — доложил охранник маме.
— Рина, как ты там оказалась? — удивленно спросила Альма, пытаясь заглянуть мне в глаза. Если учесть, что я висела вниз головой, получалось у нее это с трудом.
— Из окна выпала, — мрачно буркнула я, после того как охранник сгрузил меня на диван. Голова кружилась. Организм пытался смириться с тем, что мир снова вернулся в свое обычное состояние, поэтому пока я плохо соображала, где верх, а где низ. До чего же гадкое ощущение.
— Я же говорила, что ты неосторожна! — Мама всплеснула руками, будто поверила в сказанную глупость. Очень в ее духе. — Теперь смотри, на что у тебя похожа прическа! Воронье гнездо. Как это исправить?
— Ничего не нужно исправлять, — заявила я. — Поверь, жених не разочаруется. Он примет меня любой.
— А кто говорит о нем? — искренне удивилась она. — Вдруг на свадьбу приедет король?
— Тогда спишем все на волнение, — отрезала я и, пошатываясь, отправилась к себе в комнату буркнув. — Есть хочу. Ты же не допустишь, чтобы я рухнула в обморок на церемонии.
— Только попробуй Рина! — грозно заявила мама и попросила Мирру сгонять в столовую мне за завтраком. Прекрасно, хотя бы позорится дальше, пойду неголодная.
Меня не оставляли одну ни на минуту. Комната превратилась одновременно в тюрьму и филиал модного салона. Завтрак девчонки мне принесли сюда же. Ароматные круассаны — еще теплые и пахнущие ванилью и корицей, кофе с густой белой пенкой и омлет. Идеально, у меня даже настроение немного улучшилось. Появилась вера в то, что сегодняшний день еще может закончиться хорошо. Я не планировала больше пытаться сбежать. Это был бы неплохой выход из создавшейся ситуации, но глупо надеется на второй шанс. Мне не позволят.
Мама словно коршун кружила рядом, не заговаривала о моей попытке сбежать, не пыталась ни в чем убедить, просто не оставляла одну. Поправляла складки на платье, приносила, как в моем сне букеты. А я, как идиотка, ждала, что, как и во сне, ко мне придет Натаниэль.
Но он исчез, я не видела его несколько дней. Скучала, злилась и пыталась смириться. Последний наш поцелуй случился, кажется, целую вечность назад. Так почему же я не могу забыть про него и смириться с тем, что все закончилось? Точнее, и не начиналось. Мы могли бы быть вместе, если бы судьба распорядилась иначе. А так между нами с самой первой встречи были преграды, и со временем этих преград становилось все больше. Но я не могла выкинуть гранд-мэрша из головы, и это безответное чувство сжигало меня. Интересно, Сильх догадался? Он мог. Фейри умный. Он понял, что мое сердце принадлежит не кому-то из сэршелов, а значит, остались преподаватели. Натаниэль, был первым на роль объекта для влюбленности наивной студентки. Сколько нас таких еще будет на его пути? От этих мыслей мне стало совсем нехорошо. Я с трудом сдержала слезы.