Достоинства здравого смысла (СИ)
— О благороднейший из детей драконов, — ведущий переговоры караванщик с почтительным поклоном протянул главе патруля громко звякнувший мешочек, который словно сам собой очутился в руке нисса. — Не будет ли дерзостью с моей стороны просить хотя бы половину твоих могучих воинов взять нас под свою защиту хотя бы на следующий день, пока не придет помощь за которой мы уже послали?
— Не будет, — лапа дракида протянулась к туго набитому золотом мешочку…И небрежным движением когтей на кончиках пальцев вскрыла горло караванщика сразу в нескольких местах. — Ведь я ничего такого делать все равно не собираюсь. Убить их!
Глава 6
— Ну, еклмн! — Только и мог сказать я, наблюдая за тем, как оседает на землю булькающий разорванным к клочья горлом разумный опоссум, а людоящеры на своих двуногих скакунах склонили свои копья и…Отходят назад? Впрочем, уже через пару секунд смысл их маневра стал ясен — патрульные просто не хотели попасть под дружественный огонь своих старших собратьев. Дрейки с мечами хоть и взялись за оружие по слову своего лидера, но не стали понукать варанов вступать в бой, чтобы давить честных торговцев своими мощными чешуйчатыми скакунами или собственноручно рубить их в капусту, а вместо этого распахнули свои пасти и плюнули струями пламени, подобно настоящим драконам. Ну, как струями, струйками…Впрочем, достаточно длинными, жаркими и смертоносными. Один выдох устремился прямо ко мне и, встретившись, с протянутой в его сторону рукой, покорно втянулся внутрь, пусть и оставив после чертовски болезненные ожоги не то второй, не то третьей степени. А вот второго хватило сразу парочке подраненных ниссов из числа караванщиков, чтобы превратиться в визжащие мечущиеся факелы. И Заку, которого должно было зацепить уже излете, тоже могло бы хватить, однако риамец мудро сидящий на одной из телег в компании двух заряженных на всякий случай арбалетов успел плюхнуться вниз на землю, избегая атаки. Правда вспыхнувшее оружие теперь вряд ли годилось к использованию, выпустив свои болты в никуда, однако на фоне возможной гибели наемника подобные потери являлись мало чего значащей мелочью. — Да когда же вы, идиоты, закончитесь?!
Громко орать и возмущаться мне не мешала даже боль в груди и отчетливо ощущающийся недостаток кислорода. Ну, потому что свежие ожоги болели сильнее, а гнев от третьей уже за относительно короткое время схватки слился с потоком идущей откуда-то из глубины энергии и легко трансформировался в боевую магию. Мои кулаки сжались до хруста, включая и тот, который практически обуглился. И возникшие в воздухе проекции их сжали и раздавили головы дрейков, уже набирающих воздуха для новых выдохов. На пути моей воли пыталась встать какая-то преграда, но я её продавил в один миг, пусть и заплатив за это лавинообразным увеличением расхода силы. В тот же миг с посоха главного из ящеров, вообще-то так и находящегося у хозяина за плечами, сорвался электрический разряд. Ударившая в грудь стрела энергии сшибла меня с ног и уронила на землю вне защитного периметра из телег, заставив хрипло застонать от боли. Угодил сквозной раной в груди прямо на какой-то камешек, причем не такой уж и маленький…В результате кольчуга и бинты, буквально забитые внутрь организма, доставили просто непередаваемые ощущения, от которых хотелось всем патрульным их хвосты завязать узлом, причем непременно вокруг их же шеи! Ну а молния…Терпимо. Когда перехватывал огненное дыхание дрейка, оно как-то хуже было. Другое дело, что вслед за первым заклинанием пришлое второе, долбанувшее куда-то по ногам и, кажется, порвавшее напрочь и штаны, и сапоги. А когда я смог приподнять голову, то увидел и третий комок искр, начавший формироваться между расставленными широко в стороны то ли когтями то ли клыками, венчающими магический посох. Обладатель же оного инструмента, вполне себе эффективно воюющего без помощи хозяина, в данный момент был очень занят — с шипящим стоном выдирал из левого бедра знакомого вида кинжал, покрытый густой сеткой алых разрядов. Там, где те касались шкуры затанцевавшего на одном месте оседланного варана, брызгала в стороны пробивающаяся изнутри к поверхности кровь, но синяя мантия вражеского колдуна вполне успешно гасила доступную Шане магию.
Без каких-либо команд и понуканий людоящеры сорвались в галоп, выставив вперед свои длинные копья и явно собираясь нанизать на него всех защитников каравана, кто еще остался. Парочка коротких арбалетных стрел, прилетевших не иначе как со стороны моих подчиненных, их атакующий порыв не остановили и не замедлили, пусть даже промахнувшихся с такой дистанции не оказалось. Но видимо легкие лакированные доспехи вкупе с находящейся за ними чешуей обладали достаточной прочностью, дабы полученные раны оказались неприятными, но не смертельными. И поскольку ближайшим к ним врагом оказался я, то пришлось спешно принимать меры, пока острые и отполированные до блеска металлические острия не нанесли кучу травм, не совместимых с жизнью. Да, пожалуй, они бы человеческое тело и вовсе расчленили прямо вместе с кольчугой, если бы добрались до цели!
Хрустнули в моих карманах артефакты-батарейки, щедро ломаемые, дабы высвободить на свободу магическую силу, едва ли не целым облаком источаемую в жадно поглощающую её ауру и окружающее пространство. Океан заемного могущества, словно отдающийся в ушах заслоняющим всё и вся оглушительным ревом, заполнил собою весь мир, грозя вот-вот смести хрупкую паутину разума под напором силы, меняющей собою саму реальность. Мне было не до осторожности, не до экономии и уж точно не до точного выверения затрат энергии на необходимую работу — выжить бы! Моя воля подобно летящему горизонтально бревну врезалась в кавалеристов, разрывая плоть, ломая кости, сметая прочь ящеров разумных и неразумных словно сухие листья, попавшиеся дворнику под метлу. Их тела, вернее то, что было телами секунду назад, подняло в воздух и протащило метров пять-семь, а отдельные обрывки и куски так и все десять, прежде чем уронить обратно на землю. Из дюжины всадников, двигавшихся относительно плотным строем, уцелело только двое, которым повезло оказаться на флангах. И один из них метил своим копьем в Шану, вроде бы находившуюся где-то в той стороне, а вот второй, к сожалению, в меня. А магии больше не было. Совсем. Даже для того, чтобы запустить энергетическое осушение и восполнить резервы за счет противника ничего не осталось. Под влиянием боли, гнева и, в особенности, накатившего на разум опьянения силой потратил все, что имелось, и ближайший из пригодных для вытягивания волшебства артефактов имелся, наверное, у колдуна-дрейка. Ну или в моих пожитках, до которых сейчас было ну никак не добраться.
— Пшел ты нах! — Я сам толком не понял, как смог извернуться, уклоняясь от метнувшегося вперед узкого блестящего острия, метившего не то в живот, не то в многострадальную грудную клетку. То ли навыки уклонения помогли, то ли змеиный мускульный каркас, вполне годящийся для переползания с места на место даже без использования конечностей. В любом случае, узкое длинное острие не вонзилось в тело, а скользнуло краешком по плечу, скрежеща по кольчуге и вроде бы даже надрезая отдельные кольца, но не оставляя на коже и пореза, после чего с силой вонзилось в землю сантиметров на пятнадцать. Людоящер, размерами среднестатистическому человеку определенно не уступающий, недовольно зашипел и тут же попытался отдернуть свое оружие обратно для нового удара. Вот только я не дал, схватившись за древко и потянув его на себя. Не знаю уж, кто бы победил в нашем противостоянии, но тут в него решил вмешаться холоднокровный скакун, протянув в моем направлении свою крайне хищного вида морду, в распахнувшейся пасти которой имелись десятки кривых загнутых клыков желтоватого цвета. — Мощный удар!
Взрывное усиление сработало даже несмотря на то, что я вообще-то никого не бил. Мускулы рук напряглись сверх всякой меры, едва ли не лопаясь от натуги, и у меня получилось вырвать оружие из рук людоящера, попутно ставя древко копья на пути пасти его скакуна, почти уже откусившей мое лицо. Клыки лязгнули об древко, и видимо это животному не очень понравилось, поскольку оно отдернуло морду для новой атаки…И завалилось на землю с арбалетной стрелой в левом глазу, придавив своего всадника. Тот попытался вывернуться из седла и подняться, но моя пятка, встретившаяся с его лбом, убедила солдата Республики Драконов немного полежать и отдохнуть.