Живи и помни (СИ)

— Хорошо-хорошо, ухожу. Если что, я с Петром по делам.
— Какие дела, они же нас кинули?
Девушка сделала большие глаза, украдкой взглянув на Каверина, которому, по её мнению, не следовало слышать лишнего. Но Артур проигнорировал немое замечание.
— Это тебя они кинули, а мне Пётр помогает просто так. В банк же надо съездить. Или я не могу заводить интересные мне знакомства?
Лапшин отмахнулся от подчинённой, словно от назойливой мухи, и та, победно улыбнувшись, покинула кабинет, плотно закрыв за собой дверь. В приёмной за своей стойкой сидела Людмила, гонявшая по монитору новенького компьютера Принца Персии, который то и дело сваливался в пропасть и попадал на острые шипы.
— Ты с разбега прыгай, с края не достаёт ведь, — кинув беглый взгляд на монитор, посоветовала Черкасова. Людочка взглянула на бухгалтера, и во взгляде её заиграло смущение: ещё бы, в рабочее время да за компьютерной игрой!
— А вы… ты уже играла?
Лиза усмехнулась и переминулась с мыска на пятку.
— Играла, потом как-то надоело. Попробуй, должно получиться. Так, если вдруг что, то я в банк по поводу поставки компьютеров. Артур в курсе. Ага?
— Ага.
И Лизавета, махнув секретарше рукой, скрылась в своём кабинете.
… — Мне, право слово, неудобно. У тебя словно других дел нет.
— Были бы, я бы так и сказал.
Девушка всё равно замялась, не спеша садиться в BMW.
— То есть, ты, один из особистов, просто так вот соглашаешься мне помочь навести страх на банковских работяг? Как-то слишком уж круто выходит.
Пётр начал раздражаться. Девчонка тянула время, а разобраться с банковскими упырями надо было, как можно скорее.
— Своё расположение к тебе я уже объяснил. В том банке не знают, что мы отошли от дел Артура, так что я могу помочь. Впрочем, не хочешь — разбирайся сама.
Черкасова вздёрнула брови и не стала медлить и дальше: подскочив к иномарке, она юркнула в салон и пристегнулась. Пётр сел за руль и завел мотор.
— Вот то-то же. А это ещё кто такие? Глянь.
Лиза проследила за взглядом мужчины, устремлённым в зеркало заднего вида, и обернулась. Две машины подъехали к офису и остановились чуть поодаль. Не придав появлению незваных гостей особенного значения, девушка взглянула на наручные часы.
— Да пофиг, поехали. А то опоздаем ещё, и даже ты помочь не сможешь.
И Пётр нажал на педаль газа, ещё раз обернувшись на иномарки. Но говорить ничего не стал.
***
Пётр не подвёл — как только банковские клерки увидали посетителя со шрамом через добрую половину лица, отношение к Лизавете сразу же стало просто царским. А когда пешки кредиторов смекнули, что разговаривать с ними будет сам Пётр, то и вовсе залебезили столь очевидно, что девушка даже периодически не могла скрыть издевательской улыбки.
Они сумели обо всём договориться за какие-то полчаса, что для подобных переговоров было просто сказочным временем. Потому в здание «Курс-Инвеста» Лизавета вернулась, будучи во вполне себе приподнятом настроении, примерно через пару часов после того, как дала Людмиле совет по прохождению Принца Персии.
Офис встретил её подозрительной тишиной и пустотой. Люда сидела за своей стойкой, впрочем, как и всегда. Только вот сейчас девушка была какой-то не такой.
— Люд, как дела? Почему так тихо?
Девушка закусила губу, и только сейчас Лиза заметила, что секретарша явно плакала. Да и прическа её — классический, зализанный до состояния идеального, пучок — была растрепана, хотя и подвергалась попыткам восстановления. А помятый пиджачок валялся на столе рядом с факсом. Что-то не то…
— Люда, что случилось-то?
Секретарша махнула рукой, и плечи её вдруг мелко-мелко затряслись, что заставило Лизавету не на шутку испугаться. Обойдя стойку, она подошла к Людочке и обняла её за плечо.
— Ты чего? Кто здесь был-то?
И девушка заговорила, то и дело сбиваясь. И лучше бы она молчала…
— Б-Белов и Пчёлкин со… со своими… А-Артура Ве-Вениаминовича хотели, а они в туалете закрылись… — теперь Людмила откровенно расплакалась. — Я сказала, что они уехали, а эти… не поверили… стали здесь хозяйничать, и… и…
 
Девушка спрятала лицо в ладонях, а взгляд Лизаветы невольно скользнул по хрупкой фигурке секретарши и не смог не зацепиться за стрелку на её капроновых колготках. Дыхание перехватило от внезапного липкого ужаса, что опутал Черкасову, и та опустилась перед Людочкой на корточки, отняла руки от её лица и буквально заставила рыдавшую девушку взглянуть на себя.
— Изнасиловали? — вопрос она произнесла тихо-тихо, словно сама боясь его. И уж точно опасаясь услышать ответ. Люда мотнула головой и вытерла влажную щёку.
— Пы-пытались… вдвоём… Белов их остановил.
— Вдвоём? Кто?
Людмила посмотрела красными от слёз глазами на собеседницу, и та склонила голову набок, требуя ответа.
— Пчёлкин и… и Холмогоров…
Девушка прикрыла глаза ладонью и, встав, опёрлась о столешницу. Стало настолько гадко, словно это она самолично задирала секретарше юбку.
Сволочь. Ну вот как он посмел? Неужели вообще ничего святого в жизни не осталось? Неужели он в самом деле готов был изнасиловать эту беззащитную и наивную девчонку? Да и Холмогоров тоже хорош… что с ними вообще стало, в каких животных они умудрились превратиться?
— Где Артур?
— В кабинете… они, когда закрылись, он там водку пил, — постепенно голос секретарши креп, и она уже говорила куда более уверенно. — Я его спать в кабинете уложила.
Вот и объяснение тишине. Лиза вышла из-за стойки и открыла дверь начальственных покоев. Артур громко и беззаботно храпел на диване, накрытый собственным пиджаком и уткнувшийся лицом в кожаную спинку предмета мебели. Толку от него сейчас было, как от козла молока.
— А с кем он прятался? — девушка прикрыла дверь и взглянула на Люду. Та шмыгнула носом.
— Мужчина какой-то к нему приходил, такой, средних лет. Каверин, кажется… он единственный сегодня из посетителей был.
Лизавета почесала бровь. Она никак не могла понять, как связан сотрудник милиции не только с Артуром, но и с нежеланными визитёрами, от которых почему-то прятался в туалете вместе с предпринимателем.
— Так, Люд, давай-ка, собирайся и поезжай домой. Приведи себя в порядок, выспись…
— Так ещё же три часа до конца работы. Да и Артур Вениаминович…
Черкасова махнула рукой.
— Считай, что я тебя вместо него отпустила. А Артур и здесь проспится, невелика беда, никто его бухать не заставлял.
Людочка медлить не стала — поняв, что её и впрямь отпускали раньше, девушка вскочила с места и начала собираться. Лиза же прошла в свой кабинет и плотно прикрыла за собой дверь. Она доверяла Людочке, но лишних ушей всё равно не хотела.
Записная книжка находилась дома, что логично, потому нужные цифры пришлось восстанавливать по памяти. И удалось ей это лишь с четвёртого раза. Зато, когда длинные гудки вызова прервались знакомым голосом, девушка не смогла сдержать вздоха облегчения, вырвавшегося из груди.
— Алло, Валентина Степановна? Здравствуйте, это Лиза Черкасова…
На том конце провода ахнули.
— Лизонька, господи! Здравствуй, милая. Как ты?
— Да вроде неплохо. Валентина Степановна, — пришлось сразу переходить к просьбе, чтобы не отвечать на вопросы, которые непременно бы посыпались на неё ворохом, — простите меня, конечно, но я вам по делу звоню. Вы мне не подскажете, Витя всё ещё на прежнем месте живёт?
— Нет, он уже переехал…
Девушка покусала губу, не зная, как бы поделикатнее выказать свою просьбу.
— А… а вы не могли бы мне его номер дать? Здесь кое-какой вопрос возник по работе, а я не знаю, как с ним связаться.
Валентина Степановна явно поразилась услышанному.
— А вы что же, работаете вместе?
— Так уж сложилось.
— Странно, он мне не говорил…
— Ну, тут уж мне нечего вам ответить, простите, — девушка усмехнулась, представив, как Пчёлкина сейчас оборвёт собственному сыну телефон. — Номерок-то дадите?