Это не орочий Рон! (СИ)

Рон выждал несколько минут, а затем направился обратно к своим. Эльдары молча забрали своего покойного соратника и ускакали восвояси.
— Эх… — Рон недобрым взглядом оглядел своих подопечных, которые не выдержали и начали вжимать головы в плечи. — Что за ссыкунов мне дали в подчинение? Двенадцатый, откуда знаешь язык эльдар?
— Слышал несколько слов, командир… — неуверенным тоном ответил орк-адъютант.
— Отлично… — кивнул Рон. — Считаю, что ты достаточно проявил себя за прошедшие дни и заслуживаешь личного имени! Объявляю тебя… Нет…
Рон задумался.
— Нарекаю тебя Гарри Поттером, Двенадцатый! — торжественным тоном объявил Рон. — Теперь ты Гарри, Двенадцатый!
Новоиспечённый Гарри не знал как реагировать на свалившееся счастье. Интуитивно он понимал, что его чем-то наградили, но он ещё не понял, что всё это значит.
— Носи это имя с гордостью! — продолжил Рон. — Ты первый из тысячи, кто смог выбиться в полноценные орки!
Гарри-Двенадцатый расправил плечи и гордо окинул взглядом остальных, "которые ещё недостойны".
— Это далеко не высшая награда в нашем маленьком коллективе, обалдуи! — заверил остальных Рон. — В конце концов каждый обретёт своё имя! Но для этого нужно будет проявить себя! А теперь вперёд! Ортханк ждёт нас!
//Река Снежица, чуть больше недели спустя//
— Командир, там армия! — доложил запыхавшийся от длительного бега орк-разведчик.
— Сколько? — поинтересовался Рон.
— Тысячи! — орк упал на колени и пытался отдышаться.
— Понятно… — кивнул Рон. — Уходим на север. Скрытно.
Для обеспечения скрытности Рон повёл свою тысячу через реку. Спорное решение, но это лучшее, что у него было.
Затаились в ближайшем лесу. Точнее, не затаились, а принялись за тяжёлую работу. В ход пошли топоры, мотыги и лопаты.
За четыре с лишним часа был возведён замаскированный укреплённый редким частоколом лагерь, где орки засели в полной тишине.
Больше всего на свете они боялись Рона, а Рон сказал им сидеть тихо. Они и сидели, боясь лишний раз вздохнуть.
Разведчики рохиррим в лес заезжать не стали, как и ожидал Рон. Они долго разглядывали тихий лес, покрутились вокруг и поехали дальше.
Спустя пару часов они проехали в обратном направлении.
А через два часа вдоль реки прошла армия. Точнее АРМИЯ. Действительно, многие тысячи воинов, длинные обозы и куча простых людей, традиционно путешествующих с армиями, прошли вдоль реки к ближайшей переправе.
— Тихо сидеть, не хрипеть, не пердеть… — тихо приказал Рон. — Они почти прошли…
Армия противника дошла до реки и начался томительный процесс переправы через реку путём преодоления брода.
В процессе они потеряли четыре телеги с припасами, которые одна за другой безвозвратно съехали с брода, лишились десятка людей, камнями пошедших на дно в своей металлической броне, а также случайно подожгли рощу на той стороне реки.
И Рон не видел в этом всём ничего предосудительного. Армия в походе зачастую напоминает детсадовцев во главе с одним воспитателем идущих в лес: дело порой комичное, зачастую прозаичное, а иногда и трагичное.
Когда противник снял охранение с левого берега, Рон вздохнул спокойно. Вообще, для помощи своему нанимателю, неплохо было бы отрезать часть обоза на этой стороне реки и спокойно перебить их, а остальную часть армии держать на броду, но это лишние потери, а у Рона ведь впереди задача неопределённой сложности.
Выйдя из леса обратно на дорогу, Рон повёл своих орков на запад.
Дорога, к слову, оказалась неплохой мощёнкой, явно торговой.
По ней они довольно быстро достигли холмисто-горной гряды, где располагался некогда сожжённый город Эдорас, столицу Рохана.
Рон внимательно изучил его, прикинул численность гарнизона и решил, что будет неплохо здесь отметиться.
— Сотников всех сюда. — приказал Рон тихо.
— СОТНИКОВ ВСЕХ СЮДА! — продублировал громогласно Гарри.
Спустя считанные минуты примчались все номерные орки.
— Будем брать город под покровом ночи. — уведомил он их. — Тихо снимем часовых, вынесем ворота и устроим кровавую бойню. Никто не должен уйти.
 
Чтобы понимать целесообразность подобных действий, нужно понимать логику ведения боевых действий. Когда у тебя в тылу остаётся крупное поселение противника, в котором теоретически можно собрать вооружённое ополчение, начинаешь нервничать.
С учётом того, что Теоден, их король, однозначно одурманен эльдарами, его ближайшие советники и соратники тоже под их влиянием, а остальные слепо следуют за ними и поддерживают их позицию. Договариваться с ними нет смысла, оставлять гарнизон для подавления восстаний Рон не собирался, поэтому выход только один.
Возможно, это делает его плохим человеком, но с этим, как ему казалось, в этом мире давно уже все определились. Работаешь на Саурона — презренный тёмный прихвостень. А если всё так, то почему Рон должен кому-то что-то доказывать и не оправдывать чужие ожидания?
Солнце дневное укрылось за горизонтом, взошло Солнце Мертвецов.
Самые сообразительные орки были определены в первую сотню, которой командовал Первый. Пусть им далеко даже до спецназа СПО, но в текущих условиях это было единственное подразделение, способное выполнить поставленную Роном задачу.
Лёгкие лестницы, представляющие из себя жерди с примотанными лозой ступенями, были приставлены к едва-едва восстановленным стенам и по ним вверх забрались орки-"спецназеры".
Часовыми в городе остались явно не самые лучшие воины Рохана, поэтому вплоть до этапа открытия ворот всё шло согласно плану Рона.
Но вот когда ворота были открыты и внутрь начали заходить орки из тысячи, поднялась тревога, из домов начали выбегать воины с оружием, а кто-то даже с бронёй. Рону это решительно не понравилось, поэтому он дал приказ отбросить тактику скрытности и действовать агрессивно.
Уж что-что, а агрессивные действия орки умели и практиковали.
Началась резня на улицах. Согласно основному плану, домами заниматься предстоит в последнюю очередь, поэтому орки опустошили улицы и рвались к главному замку.
Ради такого дела Рон решил не пожалеть фраг-гранату, поэтому отряд из десяти уруков в тяжёлой броне закрыли его щитами и помогли беспрепятственно добраться до ворот акрополя.
Рон закрепил гранату где-то на уровне запора, протянул нить, отошёл вместе с орками где-то метров на двадцать, приказал им выставить стену щитов и дёрнул за верёвочку.
Взрыв. В распахнутые настежь ворота акрополя ворвались орки.
Гвардия рохоррим держалась до последнего, но вышедший вперёд назгул лишил их сил к сопротивлению и перебил самых грозных. Рон тоже положил пару-тройку, но в основную схватку не лез, небезосновательно посчитав, что и без того является единоличным отцом победы.
Запах пролитой крови щипал нос. Орки вынесли трон Теодена во двор. Рон уселся на него и начал внимательно рассматривать пленную знать. В основном жёны и дочери военной аристократии, ещё некая дочь Теодена, которую оперативно образовавшийся "сторонник" орков из местной знати назвал Морвен.
— Вот этих вот всех в расход, а Морвен пойдёт с нами. — решил Рон.
Когда последнее слово было сказано, урук-хаи начали резню безоружных и беззащитных пленных.
— В кандалы и на повозку. — детализировал ближайшую судьбу младшей дочери Теодена Рон. — Этот город полностью ваш до самого утра! Ни в чём себе не отказывайте, но чтобы к утру здесь остались только дети ростом ниже трёх урук-хайских локтей [11]! Таких детей вообще не трогать под страхом участи страшнее смерти, но с остальными делайте что хотите!
— Скай!!! Скай!!! Скай!!! — на тёмном наречье излили своё восхищение мудрым командиром, отцом солдатам, чутким руководителем и вообще отличным парнем Роном, орки.
Рон неспешно поднялся с трона и направился в сокровищницу Эдораса, а орки разбрелись по городу и пустились в кровавый разгул…