Тактика космического выживания (СИ)

— АУХ!!
«Спартанцы» стремительно шли в атаку. «Гидровцы», заметив их, перестраивались в боевой порядок. Пошли первые дальние залпы, которые все до единого ушли в никуда. Слишком далеко для прицельного огня. Орудия «Счастливчика Люка» пока что не стреляли, видимо, на крейсере ждали более удобного момента для прицельной стрельбы наверняка. Флот «Вальгаллы» не двигался, как будто они просто ждали окончания сражения.
Бой начинался.
Алекс Дарк приготовился выпустить атакующих дронов и дать приказ своей фаланге сделать то же самое.
— Ну привет, бро! — неожиданно раздался голос за спиной Алекса, изнутри его корабля.
Он обернулся.
В маленьком переходном коридоре стоял Рэйвин. Чудовищная рана на шее все так же истекала кровью, закатившиеся глаза ничего не выражали, судорожно приоткрытый рот медленно подергивался.
В воздухе замелькали знакомые «светлячки».
— Че за?!.. — Алекс Дарк осекся, поняв, что «светлячки» окружают вихрем его самого и липнут телу.
Он вспомнил, что таким образом происходила телепортация гурхоров, и с ним должно было произойти то же самое буквально в следующую секунду.
— Жевать фиброзу, только не сейчас! — в ярости выкрикнул Алекс, чувствуя, что его как будто засасывает в воронку.
— Ты просто не шаришь, бро, — назидательно сказал призрак Рэйвина, — Ихм ратар Дхум, как говорится.
— Командир Алекс, что… — было последнее, что услышал Дарк, и странная вспышка поглотила его сознание.
Через мгновение он ощутил себя совершенно в другом, незнакомом месте.
Какая-то большая полумрачная пещера, как будто вырубленная в черном кристалле, освещенная желто-зелеными огоньками и знаками. Кругом были разбросаны кости, куски плоти и трупы изувеченных харгонов, какие-то каменные формы стояли в определенном порядке, в центре возвышался постамент с большим черным шаром на вершине, как будто зависшем в воздухе.
Прямо перед Алексом стоял большой толстый гурхор, злобно смотрящий на него всеми своими 6ю маленькими красными глазками. Судя по рваным одеяниям и знакам на теле, это был первосвященник. На его раздутом брюхе, среди костяных и каменных амулетов, висел «кровохлеб». Больше никого в пещере не было.
— Дхум ширд! — сказал гурхор и гулко расхохотался, живой клинок-каранарг затрясся на его животе.
— Ну нахуй! — со смесью злости, раздражения и ненависти прошептал Алекс Дарк. — Мимир хадах!
Резким и внезапным ударом с правой руки, он всадил свой «кровохлеб» сбоку в череп жирному жабоподобному существу. Этому удару научил его Сен, и гурхор ожидаемо не смог увернуться от него или как-то заблокировать. Каранарг Алекса со шлепающим звуком врезался в плоть первосвященника, но ничего не произошло — «зубы» почему-то не появились, а без них биологическое лезвие было слишком тупым и не могло пробить толстую шкуру гурхора.
Алекс Дарк сориентировался мгновенно. Как опытный воин, без паузы, он уже с левой руки стрелял из бластера прямо в ненавистную гурхорскую пасть, мерзко оскалившуюся длинным рядом мелких зубов. Но опять ничего не произошло. Курок не нажимался. Алекс Дарк боковым зрением увидел фонтан крови из своего плеча, и свою отрубленную левую руку, отлетающую в сторону. Каким-то совершенно незаметным движением первосвященник успел выхватить свой «кровохлеб» и отрезать Алексу руку, прежде чем он успел выстрелить из бластера.
Какое-то мгновение Алекс ничего не чувствовал. Но уже в следующий момент страшная боль пронзила Алекса, он вздрогнул, но сжав зубы за секунду пересилил ее. За множество боев он приучил себя терпеть ранения, и какими бы страшными они ни были, продолжать сражаться.
Однако этим его секундным замешательством успел воспользоваться гурхор — «кусака» на его левой конечности плотоядно заурчала, и три тонких нервно-паралитических иглы вонзились в грудь Алексу.
Дарк, пошатнулся, упав на одно колено. Одна рука его была отрублена, из нее хлестала кровь, тело немело и уже не слушалось от стремительно расходящегося нейротоксина, боль разрывала и поглощала ускользающее сознание.
 
«Пиздец, победитель по жизни!..» — злясь на себя за беспомощность, подумал Алекс.
— АУХ!! — прорычал он, рывком поднимаясь в полный рост, и пытаясь сделать замах оставшейся рукой.
Рука двигалась невероятно медленно и тяжело, словно сквозь воду.
— Дархар, дархар! — захохотал грухор, — Видит Пожиратель, ты стал истинный охотник! Даже бурвабра тебе не шиддахн.
Безжалостным пинком он опрокинул ослабевшего Алекса на спину и всадил в него еще одну порцию игл «кусаки».
И весь мир окончательно потух.
  
Часть 6.12 Дарк
 
Алекс Дарк открыл глаза.
Черный диск вместо светила, осененный красным коронарным свечением застыл в зените. Нескончаемый поток мертвых неизвестных кораблей и их обломков колоссальной спиралью закручивался в бездонном темном небе и падал на черное солнце.
Алекс с хрипом вдохнул воздух через разбитое иглами «кусаки» стекло шлема, и закашлялся, ощутив его сухой озоновый вкус.
Он был жив.
Он огляделся, обнаружив себя лежащем на фиолетовом песке среди торчащих кусков разрушенных инопланетных строений и обломков высушенных костей харгонов.
Это был Лимбос.
— Наконец-то, бро! Заколебался тебя ждать, — раздался рядом голос Рэйвина.
Алекс Дарк медленно поднялся. Левой руки не было почти по самое плечо, но боли он не чувствовал, и кровь перестала течь. Сработали нано-машины в его крови? Или это так от шока?..
Рядом, на фиолетовом бархане сидел призрак Рэйвина, все такой же, мертвый и окровавленный, с отвратительной гримасой смерти на лице.
— Опять ты да я, бро. Как в старые добрые, клянусь Темным богом, харраш исир ему в сраку, — саркастично произнес Рэйвин.
— Слушай, сходил бы ты нахрен. Бро. А? — раздраженно сказал Алекс Дарк, — Тебя вообще нет, понял? Ты умер! Сдох. Насовсем! Отвали от меня наконец.
— Очень грубо, бро. А между тем, я тебе ничего плохого не сделал, зачем так? Не надо, — обиделся Рэйвин, — и вообще. Может это ты умер. Валяешься сейчас в луже крови в гурхорском святилище, а дархары в твоих кишках ковыряются и хавают их, причмокивая. А мы, стало быть, оба в мире ином, согласно нашей карме. Ждем перерождения, или распределения по заслуженным посмертным мучениям.
— Может и умер, а может и не умер, — сказал Алекс Дарк, внимательно осматриваясь, — в прошлый раз тоже думал, что умер. И ничего, вернулся как-то. И сейчас вернусь! Клал я ствол на эти гурхорские заморочки, пусть сами там как-нибудь со своим дерьмом разгребаются. Мне некогда. «Спартанцы» в бою, моя фаланга сражается без меня. Я должен срочно вернуться! Сейчас разберусь что к чему, и вернусь.
— Вот заладил — вернусь, вернусь… а если не вернешься? — продолжал Рэйвин, — вон смотри, бро, сколько тут валяется трупаков. Никто не вернулся что-то. Или вон, наверху, целое море погибших кораблей. Тоже как-то не очень у них получилось. А ты, наверное, самый умный, да? Хоба такой — и вернулся. Ну-ну.
— Вот че тебе надо? — сердился Алекс. — ты сейчас нифига не помогаешь. Если ты мне бро, давай лучше без этого пессимизма, сделай что-то полезное. Или скажи, знаешь может чего.
— Чего бы я знал? — ответил Рэйвин, — сам здесь второй раз, как и ты, между прочим.
— Ну понятно. Ладно, я пошел, ты как хочешь.
Алекс Дарк решительно зашагал в произвольно выбранном направлении. Он сам не знал, куда идет, и что он хочет найти. Но ему надо было что-то делать, только не сидеть на месте.
Призрак Рэйвина волочился за ним, не отставая, и не оставляя после себя никаких следов на фиолетовом песке.
Сколько-то времени они шли молча, по хронометру скафандра прошло около часа, но Алекс не был точно уверен, что так. Однообразный пейзаж создавал ощущение измененного, затянутого времени.
— Фигасе! — Алекс Дарк остановился, увидев вдалеке очень знакомые очертания.
Он сделал максимальное увеличение на визорах. Это были Врата Судного Дня. Или точная их копия. Такое ощущение, что они были тут целую вечность, и успели основательно врасти в песок, и истрепаться временем. И тем не менее, это были именно они. И они светились, а значит работали!