Стратегия звездных флотов (СИ)

— Пришел, но слишком поздно. Так поздно… — сказал он чуть слышно, закрыв своей рукой глаза Майсе, — Теперь ты можешь отдохнуть, храбрый секутор «Горгон». Ты с честью выполнила свой долг… Больше не нужно никого защищать, спи спокойно.
— Алекс… — заработал комлинк, это была Суон, он не ответил, и она заговорила снова, — Алекс! Мы нашли наших… Тут внутри просто ад, настоящая мясорубка!
— Живы?.. — тихо спросил Алекс.
— Кто-то жив, нашла Кэпа… Ищу остальных. Это кошмар, — ответила Суон, задыхаясь.
К этому времени они уже долетели до «Коперника» и без труда попали внутрь — пробоин было огромное множество. С помощью своего псионного дара Суоня сразу сориентировалась, в какой отсек им нужно попасть. Шутняра пристыковал корабль, и Суон сразу же бросилась внутрь.
То, что она увидела там, поразило даже ее, видавшего виды воина.
Внутреннее пространство научного отсека было как будто выгоревшим, все было черно от копоти и крови, все было перекорежено, горы разорванных трупов вперемешку друг с другом, везде кровь и смерть. Невозможно было поверить, что хоть кто-то мог выжить в этой чудовищной бойне. Собравшись с духом, Суон понадеялась на свой дар, решив, что все равно сделает все возможное и невозможное, чтобы спасти своих, даже если придется вырывать их с того света когтями. Сообщив Алексу о случившемся, она принялась за работу.
Первый, на кого она наткнулась — был Кэп. Его черная фигура в напрочь обгоревшем скафандре, сидя и сгорбившись, застыла над каким-то мертвецом, сжав его горло в смертельной схватке. Сам Кэп был без сознания, но даже в таком состоянии он не разжимал рук, его тело все еще сражалось. Но он сам, по крайней мере не был мертв — Суон сразу почувствовала это, приблизившись к нему.
Она положила на него свои руки ладонями на спину и начла вливать псионные исцеляющие волны в его тело. Несколько секунд — и Кэп вздрогнул, хрипло и тяжело задышав.
— Су…он… — нечеловеческих скрежещущим голосом произнес он, медленно полуобернувшись, разлепив слипшиеся от запекшейся крови веки.
— Помощь прибыла, «царь»! Сейчас все будет в порядке, потерпи немного! — бодро сказала Суон, взвалив его на плечо и перенося на «Сирену».
— Мои… воины… Мак… — пытался что-то сказать Кэп, но каждый раз замолкал, не в силах сказать осмысленное предложение.
В шлюзе их уже встретил Шутняра, сразу переняв ношу у Суон, после чего поспешил в медотсек, чтобы подключить Кэпа.
Суон уже метнулась обратно.
Среди всего этого ужаса и сваленных тел она искала «спартанцев», оказывала первую помощь и переносила их на «Сирену», где Шутняра тут же подключал их к медботу. Медотсек вскоре оказался забит, места не хватало, медбот не справлялся. Кэп, кое-как придя в себя, выполз в коридор, не смотря на ругань Шутняры, чтобы освободить место для кого-то из своих воинов.
— Херня… Со мной порядок… — хрипел он, кашляя черной кровью, сидя в коридорчике корабля, прислонившись спиной к металлу переборки, — Суон… это тоже наш…
Подключившись к визорам скафандра Суон, он старался помогать опознать своих. Суон лечила их псионикой и тащила на корабль один за другим. Не смотря на максимум прилагаемых ей усилий, он не была уверена, будет ли кто-то жить или нет. Иногда она приносила трупы, точно понимая, что ничем не может помочь — но тем не менее, она уносила и их, потому что просто не могла оставить там своих товарищей, даже если они были мертвы.
В очередной раз, откопав по указанию Кэпа какого-то мальчишку, она притащила его к медботу. Внутрь попасть было уже невозможно, там было все забито ранеными, поэтому она положила его рядом с Кэпом, да и к тому же этот пацан, на удивление, был практически цел. Только совершенно обессилен, настолько, что почти не мог шевелиться.
Кэп скосил на него взгляд.
— Ну что, Адафос… как тебе в «Спарте»?.. — прохрипел он, судорожно оскалившись.
— Заебись… — в ответ прохрипел Адафос. — «Царь», неужели мы все-таки проиграли?
— Запомни, воин, нет поражения, пока не сломлен дух! — сурово произнес Кэп.
 
— АУХ! — ответил Адафос, попытавшись приподняться.
Это у него почти получилось, но руки и ноги подвели его, и он, потеряв равновесие, сполз по стене.
— Эй там, дерьмо даймонистское, выметайтесь! — пришло сообщение по общему каналу, — вы там все или нет?
Это были терране, подлетевшие на своих кораблях к «Копернику», чтобы взять его под свой контроль.
— Мы все, Кэп? — уточнила Суон, все еще находясь внутри корабля. — Кто-то из наших еще был?
— Все здесь, — ответил Кэп.
— А Спири? — забеспокоился Адафос, — Вдруг, он все-таки жив?
— Суон, была в генераторе щита? — спросил Кэп, — там один из наших еще.
— Там нельзя быть, Кэп. Отсека нет, там выжгло дыру, полностью. Никого не осталось, — ответила Суон. — Мне жаль…
Адафос злобно выругался.
— Тогда возвращайся, отчаливаем, — приказал Кэп, и а уже терранам передал, — Мы уходим, не мешайтесь.
— Вот и уебывайте, — был ответ, — Если бы не приказ, посмотрел бы ты, как мы можем помешать.
Кэп хотел было что-то ответить, но поперхнулся сгустком крови и закашлялся.
— Мы еще отомстим им, пидорам, — сказал Адафос, — За деда Спири, за Мака, за других!
Суон, шатаясь от усталости, вернулась на корабль, с большим трудом удерживаясь от того, чтобы рухнуть без сил прямо в шлюзовой камере. Она слишком устала от всего этого, и ей казалось, что она не сможет сделать больше ни одного движения. Перед глазами стояли ужасные картины научного отсека везде трупы, куски тел, гарь и кровь… Где-то среди всего этого она нашла и Мака, точнее то, что от него осталось…
Тряхнув головой, Суон усилием воли отогнала от себя тяжелые мысли. Нужно было продолжать, не останавливаться, как бы тяжело не приходилось. Еще живые раненые нуждались в помощи. Сконцентрировавшись, она пошла в сторону медотсека, придерживаясь рукой за стену. Через некоторое время Суон телом почувствовала, как корабль задрожал — пошла остыковка от развороченного «Коперника».
— Сейчас вернемся за Алексом, и заберем его, — сказал Шутняра, — лечу к нему.
Все так же, на максимально возможной скорости, чтобы опередить терран, «Сирена» вернулась к гигантскому кристаллу. Долетев и на несколько секунд зависнув над «Стальной Яростью» Шутняра выбрал оптимальное место для стыковки и полетел вплотную. Суон стояла в шлюзе, чтобы встретить Алекса.
Прошел толчок, слегка отдавший в ноги — борта кораблей соприкоснулись, захваты сработали, шлюзы соединились. Шлюзовая дверь открылась, и Суон увидела Дарка.
Он стоял с той стороны, в окружении детей-мутантов, беспрерывно повторяющих его имя на гурхорском. В его руках безжизненно лежало тело девушки в разорванном окровавленном «спартанском» скафандре. Алекс какое-то время просто стоял на пороге шлюза, не двигаясь, опустив голову, словно был не в силах войти.
— Алекс… Все кончилось, Алекс. Надо уходить, — устало произнесла Суон, старясь его хоть как-то ободрить, хотя сама никак не могла отойти от всего происходящего.
Дарк сделал шаг, потом второй. Дети двинулись за ним.
Оказавшись внутри шлюза «Сирены», он положил тело Майсы на пол, очень осторожно, как что-то очень хрупкое. Дети, притихнув, встали вокруг.
Суон подошла, положив руку на плечо Алекса.
— Эта битва кончилась, — повторила она.
Дарк протянул руку к скафандру Майсы, снял заляпанную кровью эмблему фаланги «Горгон» и прикрепил ее к своему скафандру на грудь. Потом встал, совершенно прямо, и посмотрел в глаза Суон, она непроизвольно отвела взгляд.
В его глазах стояла смерть.
— Нет, ничего не кончилось! — сказал Алекс со страшным спокойствием, — Моя война только началась.
— АУХ, бро! — раздался за его спиной голос, слышимый только ему одному.
Это был призрак Рэйвина.
  
Эпилог 6.1
 
В глубине далекого Внешнего Космоса, океанический мир Омау, некогда цветущий и полный жизни, медленно умирал, поглощенный Белой Смертью. Основная веретенообразная часть, упавшая на его поверхность, очень быстро распространилась в виде белесого тумана по всей планете, захватывая область за областью и ничто не могло ее остановить. Все живые существа некогда бурлящего жизнью мира, включая кораллы и примитивных туземцев мауи, были окутаны белой субстанцией и пожраны ею без остатка. Бежать, сопротивляться или прятаться было бессмысленно. Не замечая никаких преград, будь то плоть, камень или металл, инородное вещество просачивалось повсюду и беспрепятственно ассимилировала все живое.