Свои и Чужие (СИ)
― Лоня, не говори так, ты совершила правильный поступок, ты спасла жизнь той несчастной женщине, а правосудие наше — навоз на лопате. Тебя наградить должны, а не дело заводить. Любой нормальный человек впрягся бы за тебя, меня одно убивает, почему ты нам не позвонила, почему? — негодовал Алеан.
― Становиться обузой еще и для вас, отставить! — сдавленно сказала она.
― Эх, короткая у тебя память… — Нарнис запустил пятерню в волосы, — помнишь свои слова в Обсерватории, там в Цермене, чтобы не случилось нужно вместе держаться и помогать друг другу?
― Помню, все меняется, мирная жизнь другая, на вещи глядишь по-иному… ладно, чай будете? — прошептала она и утерла пальцами слезы.
Оба кивнули. Сняли пустой котел с шеста, а хозяйка повесила вместо него алюминиевый чайник до краёв наполненный водой.
― Расскажите лучше, как вы живете, как устроились после заварухи? — в свете костра, шрам, сильно выделялся на симпотичном лице. Первым начал Нарнис.
― Да особо рассказывать нечего…когда вернулся, с Элли жизни у нас не получилось, вот, переехал снова к родителям, они бедновато жили, устроился частным детективом, разоблачать измены, разыскивать людей и все такое, работа не пыльная на существование хватает, жил не тужил, а тут, четыре дня назад Рыжий позвонил, мол встретиться надо, — посмотрел на товарища и подмигнул, — вот я и здесь.
Алеан задумчиво смотрел в костер, потирал щетинистый подбородок.
― А я вернувшись пить начал…пил и пил…все это семилетнее дерьмо вымыть хотел, бывало так, что неделями жрал только водку и сахар. Зара жутко переживала…уйти собиралась, в конце концов шваброй так меня отметелила, с криками: «Очнись сволочь!! Сколько ты из меня жилы тянуть будешь?! Либо жить начнешь нормально, либо я тебя сама умертвлю!».
Собравшиеся вокруг захихикали, Алеан продолжил с ухмылкой:
― И что надо сказать, хорошо до меня дошло, малышка моя наставила на путь истинный. Помогла в себя придти, на какую, никакую работу устроиться, платят мало правда, живем тяжело, подгузник для ребенка не на что купить. Но мозги на место встали, после появления у нас Иллы, появился смысл жизни.
― Поздравляю с пополнением, — улыбка не сходила с губ Илоны, — сколько чаду твоему?
― Уже как год, вся в мамку, красавицей вырастет, говорю вам! — загадочно произнес Алеан и кинул деревянный прутик в огонь.
― Эх, Рыжик, а дружба с бутылкой то у тебя закадычная еще тогда была, как Наб тебя по заднице ремнем вытрезвлял, думал сердце от смеха встанет, — Нарнис вновь подмигнул товарищу.
― И это говорит человек, который не смог добраться до дома в первый день дембеля, из-за того что до смерти, убитый в хлам валялся в аэропорту вместе с тем, кто якобы меня вытрезвлял…
Илона захихикала, вороша палкой угли. Из-под крышки чайника пошел обильный пар и та начала вибрировать. Нарнис снял его с перекладины, принялся разливать кипяток по кружкам, в которых уже лежали коричневые листья.
― Чего-то не особо листики на чай похожи, опять за свою дурь взялась? — подозрительно спросил Алеан.
― Не, с грибами я завязала, причем давно, а это листья Маз’ун чая, тут растет, я его сушу по особой технологии, вкусная штука получается и бодрости придаёт, — пояснила хозяйка. Помешивая напиток, товарищи сделали по глотку.
― Вкус и правда ничего, смотрю ты тут даром время не теряешь, готовить-то нормально научилась? — иронически промурлыкал Нарнис.
― А я и не разучивалась, хочешь, могу еще разок сварить твой любимый суп из тараканов, — ехидно ответила женщина а русоволосый театрально вставил два пальца в рот, — кстати, что слышно от наших ребят из роты, как они-то устроились: бестолочь Газину…Раг, Ив?
Оба гостя помрачнели, веселье вмиг исчезло.
― Тут такое дело… — Алеан сделал паузу, подыскивая нужные слова, — у Газину, к сожалению, не нашлось такого человека, способного вытянуть его из омута, из которого вытянула меня Зара. Рага потушили старые раны…и наркота. Что с Ивом я не знаю, — мужчина крутанул в пальцах веточку и перевел взгляд на Илону, лицо женщины было опечалено, — Лони…
― Слушай, принеси конфет каких-нибудь, есть у тебя? Не могу чай без сладкого пить, — перебил товарища Нарнис.
― Да, есть карамельки, минутку, — хозяйка сорвалась с места и исчезла в темноте, Нарнис отрицательно покачал головой.
― Не сегодня, Али, давай просто отдохнем и насладимся этим вечером. А разговор мы оставим на завтра, хорошо?
Алеан кивнул.
Когда подруга вернулась с вазочкой конфет, гости быстро перевели тему на воспоминания о прошлом и реалии настоящего. Почти до утра троица смеялась, шутила и эта ночь походила на давно забытые посиделки у костра целой ротой, в ту лихую пору подобные разговоры ценились на вес золота. Лишь когда на востоке небо стало розоветь, а редагия тонкой щепочкой взошла над лесом, группа отправилась спать. Илона предложила товарищам разместиться на первом этаже в доме, но у костра было так уютно, что они остались, однако женщина предпочла кровать траве.
***
Нарниса разбудила дневная жара, редагия поднялась высоко и основательно припекала последний час, через прогал в кронах деревьев. С тяжелой головой он сел и огляделся. Часы показывали половину второго дня, на противоположной стороне кострища, посапывал глубоким сном в тени Алеан. Нарнис посмотрев на него, подкрался, засунул руку в золу и начал аккуратно выводить на лбу товарища фразу «я осел». Мужчина не шелохнулся, так был глубок сон. Удовлетворенный результатом, поднялся и громко заорал: «Король Лицемеров! На нас напали!!!». Алеан моментально вскочил, ошарашенный, не понимая, что происходит, уставился на Нарниса.
― Ты что орешь, кретин?!
― Заспались мы что-то, почти два часа дня, есть охота, пошли. Илонка нам чего-нибудь состряпает.
― Зачем так глотку драть, дурная твоя башка?
Потянувшись и размяв плечи, направились к дому, а рыжеволосый никак не мог понять, почему глупая улыбка не сходит с лица товарища. Войдя в жилище, попали в кухню-террасу. В правой её стороне располагалась сама кухня. Слева стоял большой дубовый стол с лавками, на нем разного рода еда: творог, колбаса, яйца варенные, хлеб и блины, также имелся заварочный чайник, сахарница и три кружки одна из которых была грязная. На углу стола листок, Нарнис прочитал текст вслух:
«Мальчики, я ушла на пляж, еда как видите на столе, лопайте и приходите. P.S. Нарни, если наловишь тараканов, так уж и быть сварю твой любимый суп! Илона.».
Они переглянулись, улыбнувшись, сели трапезничать. Покончив с едой, отправились на берег.
Субботний день был ясен, и к половине третьего дня, зной достиг наивысшего уровня. Пытаясь от него спастись, деревенские и приезжие на выходные горожане искали пристанище у воды, поэтому к приходу двух товарищей, на берегу не осталось свободных мест. Детишки резвились на песке у мелководья, кто-то загорал, иные сидели в воде, молодежь играла в пляжный волейбол. Одни резались в карты и домино под тенью ив, другие объединились в группы связанные общими разговорами. Среди собравшихся, Илону обнаружили быстро. Женщина, в купальнике, болтала с подростком, на вид лет шестнадцати.
Нарнис никогда не воспринимал Илону иначе как боевую подругу и товарища. Возможная его близость с ней, как мужчины с женщиной представлялась абсолютно дикой и недопустимой, одно и тоже, если бы он представил на её месте Алеана. Мужчина был глубоко убежден, что боевые товарищи не вступают в интимные связи друг с другом, подобно той фразе, что услышал в одном популярном фильме: «друзья друг друга не трахают», однако, он не мог отрицать, что женщина выглядела привлекательно для своих лет, даже очень. Возраст не властвовал над ней. Фигура являла собой безупречную и отлично сбалансированную статуэтку, в свои тридцать семь, подруга выглядела лет на двадцать пять. Белая кожа, словно шелковая, сливалась с полностью седыми волосами. Все в ней гармонировало, даже редкие шрамы на теле не уродовали, а придавали особый шарм.