Свои и Чужие (СИ)
— А он знает, как звали корреспондента, он же в курсе всего этого, так? — тихо спросила Илона.
— Всё это трагическая случайность, он был голый по пояс, в аранийской каске. За мгновение до этого убили моего друга, я думала, кто-то из них…
— Твой командир знает имя корреспондента, которого ты убила? — ледяным тоном вопрос уже повторил Нарнис.
***
Аггания. Спустя три дня после убийства корреспондента…
На КП бригады царила тишина и спокойствие. Позиционная война продолжалась на Айдит блок. Киб лениво потягивал чай из стеклянного стакана попутно занося пометки в свой планшет, Дон уставившись в ноутбук мониторил новости с Родины и вслух зачитывал самые интересные.
В углу, на полуразбитом резном стуле сидел Наб и разговаривал по спутниковому телефону, в участливом и нежном тембре голоса подчиненные без труда угадали собеседника.
— …да солнышко, уже скоро вернусь. Не грусти. Правда? Молодец, вся в меня, — он улыбнулся, — слушайся бабушку и дедушку, пока-пока.
Отключив звонок, повесил телефон на пояс и, распластавшись на стуле, замер объятый тяжелой думой.
— Ну как она? — с толикой сожаления спросил Киб.
— Все еще на коляске…
— И что, без шансов?
— Всегда есть шанс, вернусь домой, повезу её в Таргедию, у них, говорят, отличные хирурги, у Лолы брат там реабилитацию проходил, сейчас уже спокойно ходит.
— Ненавижу этих лепил, — с раздражением произнес Дон, — за всю жизнь встречал только двух нормальных, остальные либо ублюдские карьеристы, либо не одаренные придурки, от них вреда больше, чем проку. В детстве аппендицит воспалился, так наш местный гореэспулап сказал, что это типо гастрит, прикиньте, благо мать вовремя к другому врачу обратилась, а то бы в ящик от перитонита сыграл.
Внезапно внимание Дона привлекла электронная статья, он замолк и, сосредоточившись, углубился в чтение. С каждой секундой черты лица его искажались, в конце- концов поднял взгляд на товарищей и произнес:
— Ну и дерьмо, господа, походу мы попали…
Дон развернул ноутбук монитором к Набу и добавил: «смотри-ка что пишет «Вестник Фельтры».»
Командир со скрежетом пододвинулся к столу, принялся за чтение вместе с Кибом. Дойдя до конца, закрыл ладонью рот, выпрямился и принялся водить головой в неверии.
— Невозможно… Ози… это же Ози… — командир в ярости ударил кулаком по столу так, что ноут подпрыгнул на добрых четыре сантиметра. Резко вскочив со стула, пошел к выходу, Киб бросился за ним:
— Наб, ты что, ты что задумал…
— Сидите здесь — это моё дело!
Но товарищи, игнорируя приказ, последовали за ним, опасаясь, что командир мог что-нибудь натворить, так как уже отлично изучили его взрывной характер в деталях.
Лолу нашел на переднем крае, она играла в домино с бойцами и весело щебетала своим высоким голоском. Без прелюдий Наб схватил девушку за плечо и жестко поволок прочь. Бойцы от разыгравшейся сцены немного взволновались, так как замком и командир первой роты отговаривали их командира от каких-то опрометчивых действий.
— Постой, Наби, что ты собираешься делать, остынь! — требовал Киб, девушка начала паниковать не понимая, что творится с командиром и умоляя все ей объяснить. Дойдя до хранилища, вожак бримуновцев впихнул «Ласку» внутрь, а на спутников гаркнул: «Свалите нахрен на КП, это приказ, вы ещё здесь!?»
Киб и Дон неохотно побрели к выходу, но как только большая дверь хранилища закрылась, тут же подбежали к ней вновь. Пытаться подслушать, что происходит внутри не было смысла, звук сквозь полметра стали не проходил. Оставалось лишь молиться, чтобы Наб не наделал глупостей.
— Дорогой, что происходит, объясни же…
— Заткнись!!! — проорал Наб.
Мужчина с яростью схватил стул и стал крушить все вокруг. Развернувшись и отбросив предмет возмездия, подскочил к девушке и схватил её за горло, та в свою очередь вцепилась в его руки, дабы ослабить хватку лишающую легкие кислорода, но мужчина кратно превосходил её в силе, ощущение было, будто борется с гидравлическим прессом.
— Корреспондента, которого ты грохнула звали Озан Корфи, мой боевой брат, семь лет дерьма и крови ради того чтобы сдохнуть в этой дыре от рук бестолковой девки такой смертью, какую врагу не пожелаешь… Зачем ты вообще по нему стреляла? — голос командира сбился. В глазах девушки читался ужас, в глубине души она понимала, что по-другому не могла поступить, тогда на глазах погиб друг детства, вполне возможно, что от рук этого же корреспондента, может она и перегнула палку, но что сделано, то сделано.
Отведя одну руку назад, а другой продолжая удерживать подчиненную, мужчина замахнулся и нанес сокрушительный удар… по стене рядом с головой. Он бил с такой жестокостью и криками, что Лола зажмурилась и замерла от ужаса, а его кулак моментально украсил стену бардовым пятном. Остановившись, бримуновец отстранился, убрав руку от горла. Их взгляды встретились — пристальный и холодный с таким родным наполненным страха. Внезапно для себя он вцепился в её губы и больно прикусил их, Лола взвизгнула, после чего они слились в страстном поцелуе. Он с остервенением стал сдирать с неё одежду, это была настоящая животная страсть…
— Что ты делаешь, Наби… Это безумие, постой!
— Замолчи! — грубо отрезал командир, но девушка не сопротивлялась, хотя ей было очень больно. Он опрокинул Лолу на пол и там, среди осколков стекла жестко взял её, вымещая на снайпере всю свою злобу и скорбь горевшую внутри. Девушка громко стонала, а он продолжал, не останавливаясь, яростно входить в неё. Их никто не слышал — хранилище не только умело оберегать деньги, теперь оно хранило и тайны. Наб забыл обо всем, он так сильно любил Лолу, что готов был простить любой грех с её стороны, даже такой ужасный как этот.
***
— Да, он знает его имя.
Нарнис глубоко и разочаровано выдохнул, посмотрел на спутницу:
— Пошли выйдем, нужно поговорить.
Вскоре, пара вернулась. Беловолосая, явно чем-то возмущенная, заняла место у стены рядом с дверью, сложила руки крестом на груди. Нарнис подошел к «Ласке», достал нож. Зрачки Лолы расширились, она закрутила головой и стала вжиматься в стену, однако, вместо насильственных действий, что ожидала снайпер, Нарнис легким движением руки разрезал хомуты на ногах и руках, приказал встать.
С недоверием и страхом снайпер поднялась и оглядела двух товарищей, в ореховых глазах читалось непонимание, Лола была на голову выше Илоны и почти такого же роста, как Нарнис.
— Убирайся прочь! — холодно прошептал Нарнис и указал на дверь рядом с подругой. Снайпер прибывала в растерянности, обескураженная таким поворотом событий. Еще раз оглядев пленителей, неуверенным шагом направилась к выходу. На языке весел очевидный вопрос.
— Как мне выбраться обрат… — не успела она его закончить, как женщина около двери, взяла винтовку и протянула её Лоле. С этого момента, всё стало понятно. Крепко сжав оружие в руках, «Ласка» развернулась и устремила взгляд прямо в глаза мужчины, который смотрел на неё через мушку вороненного пистолета. Она замерла.
— Моя смерть не сойдет вам с рук, Нарнис и Илона. Я знаю, кто вы, он много про вас рассказывал, но за это не простит, — мертвецки страшно и отчаянно произнесла Лола. Мужчина понял посыл слов, понял, что для командира она значит больше, чем простая боевая единица.
Рука замерла, он смотрел в глаза «Ласке», но палец никак не хотел опять нажимать на спусковой крючок, Илона опершись на стену, молча наблюдала за развитием ситуации, в то время как Нарнис стоял перед одним из самых страшных выборов в своей жизни. Это не казнь — это спасение — убеждал себя парень.
— Держи оружие покрепче, в Орене оно тебе понадобится. — наконец проговорил раеоонец и комнату сотрясло несколько хлопков. После глухого удара о пол, в помещении установилась гробовая тишина.
***
Раеоонский доминион. Бэинхолд. Июль 3024 года.
На следующий день после возвращения с Семилетней войны.