Где деревья достают до звезд
Урса снова заиграла ямочкой. Она прихватила подаренные Фрэнсис мелки с собой, чтобы закончить рисунок. Они заказали по куску пиццы, Табби взяла себе пива, Джо — воды, а Урсе позволили выпить газировки. Когда официантка принесла заказ, Табби подняла свой стакан и провозгласила тост:
— За наш новый фантастически прекрасный дом! — И все трое звонко чокнулись и выпили.
— Ну скажите, разве это не перст судьбы? — Табби покрутила головой. — Мы влюбились в этот дом с первого взгляда, согласись, Джо. А теперь сами будем в нем жить!
— Это я все устроила, — заявила Урса, продолжая рисовать.
— Что ты устроила?
— Чтобы вы получили дом. Я же прилетела с другой планеты. Мы умеем делать так, что случаются хорошие вещи. Умеем и-ни-ци-ировать их.
— Да ладно заливать, — сказала Табби.
— Урса любит фантазировать, — примирительно заметила Джо.
— Нет, я не фантазирую, — заявила Урса. — Вы же получили дом? Разве это не доказательство?
— И как же вы это делаете? — поинтересовалась Табби.
— Сложно объяснить. Когда мы встречаем милых землян, с ними вдруг начинают происходить хорошие вещи. Так мы их благодарим за доброту.
— Значит, это ты подстроила катастрофу, в которую попала Нэнси? — спросила Табби.
— Я не хотела. Но иногда плохие вещи приводят к появлению хороших.
— А знаешь, что теперь надо предпринять? — Глаза у Табби загорелись, и она схватила Урсу за плечо. — Пусть Нэнси снова сойдется с Фрэнсис, потому что наша домовладелица до сих пор влюблена в нее по уши. Тогда Фрэнсис никогда не вернется обратно!
— Возможно, так и случится, потому что мне нравится Фрэнсис, — сказала Урса. — А они что, лесбиянки?
Табби подавилась пивом.
— Ну да, лесбиянки. Ты что-то имеешь против?
— Нет, я поддерживаю права сексуальных меньшинств, — заявила Урса.
— Ого! — Табби повернулась к Джо: — Где ты ее взяла? Не иначе как она тоже с луны упала.
— Не с Луны, а с планеты Лямезналпета, — уточнила Урса.
— Ты там живешь, что ли?
Урса кивнула:
— Это в галактике Небесное Гнездо.
— А вот мне интересно, — лукаво прищурилась Табби, — если ты инопланетянка, откуда тебе известно про сексуальные меньшинства?
— Я в интернете прочитала, у Гейба дома. Я же хочу защитить диссертацию, так что надо знать о Земле как можно больше.
— Потрясающе! — воскликнула Табби. — А кто такой этот Гейб, о котором ты все время твердишь?
— У него дом по соседству с коттеджем Кинни, — пояснила Джо.
— Вот Гейб. — Урса потянула Табби лист со своим рисунком.
Табби с интересом разглядывала портрет мужчины с бородой и голубыми глазами.
— Урса, сколько тебе лет?
— Мой возраст ничего не скажет жителю вашей планеты.
Табби покосилась на Джо. Та пожала плечами.
После обеда Табби заказала себе еще одно пиво, и они погрузились в обсуждение планов переезда в новый дом. Урса вскоре закончила следующий рисунок, на этот раз изобразив дом Фрэнсис Айви. Когда девочка отправилась в туалет, Табби наклонилась к Джо:
— Расскажи мне поподробнее об этом ребенке.
— А что рассказывать? Я знаю не больше твоего.
— Ты имеешь хоть какое-то представление о том, где она живет?
— Нет. — Джо на всякий случай оглянулась, но Урса уже распахнула дверь туалета и исчезла за ней. — Странно, но никто не заявлял о пропаже. Я каждый день прочесываю интернет.
Табби перегнулась через стол и прошептала:
— Ты безумная, ей-богу. А вдруг с ней что-то случится? Когда она находится с тобой.
— Значит, лучше было оставить ее одну на целый день?
— Джо, ты можешь огрести на свою задницу кучу неприятностей! Больших притом! Огромных!
— Ты думаешь, я сама этого не понимаю? Но что же мне делать? Связать ее и притащить в полицию? Чтобы девочку отправили назад, к людям, которые ее чуть не убили?
— Вот дерьмо.
— Это точно. Я все надеюсь, что решение придет само собой.
Табби сделала большой глоток пива.
— А ты думаешь, она… это… нормальная?
— Учитывая обстоятельства, полагаю, что да.
— Но она реально верит в свою инопланетную фигню?
— Вряд ли.
Табби задумчиво повертела в руках рисунок Урсы.
— В этом есть что-то странное, ты не находишь? — спросила она.
— В чем?
— Посмотри, как четко она изобразила перспективу, пространство, глубину. А ведь она видела дом снаружи лишь несколько минут. Но все детали на месте, гляди! Она даже в точности повторила рисунок витража на фасаде.
— Так я и говорю тебе, она очень умна.
— А кто такой Гейб, кстати?
— Ей просто нравится болтаться у него на ферме.
— А ему это тоже нравится?
— Ну, там как в деревне, где дети бегают из одного двора в другой, и все их понемножку воспитывают.
— А ты знаешь этого парня? Он сам-то не того?
— Да вроде нормальный.
— Вроде?
— Его отец преподавал литературу в Чикагском университете. Гэбриел тоже там учился какое-то время.
— Ну и что? Он все равно может оказаться педофилом.
— Урса сказала бы мне.
— С каких это пор в вашем сельском Зазеркалье водятся профессорские сыночки?
— С тех пор, как ты стала снобом.
— Я не сноб!
— Ты правда считаешь, что все мужчины, живущие на ферме, недоразвитые педофилы?
— Ну, может быть, не все… — Табби подняла другой рисунок Урсы. — Возможно, этот парень возвышен и страшно мил, хоть и подметает бородой крошки с тарелки.
— Между прочим, он обожает Шекспира.
— Да ладно, не заливай!
— Его кошка принесла потомство, и все котята теперь носят имена персонажей Шекспира.
Табби расхохоталась.
— Нет, я серьезно!
Табби еще сильнее закатилась, вытирая слезы с глаз.
Увидев такой взрыв веселья, Урса добежала до них от туалета с космической скоростью, чуть не врезавшись в стол:
— Ой! Ой! Вы над чем смеетесь? Я тоже хочу!
— Шекспир, ну не могу! — простонала Табби.
— Я рассказала Табби, какие имена ты дала котятам, — пояснила Джо.
— Но разве это смешно? — удивилась Урса. — Между прочим, большинство персонажей Шекспира обычно плохо кончают.
Табби, которая только успокоилась, снова закатилась от смеха.
— Не может быть, и ты туда же! — воскликнула она. — Тоже читаешь Шекспира, крошка? Беру свои слова назад в отношении Зазеркалья.
— Какого Зазеркалья? — спросила Урса.
— Ну, того, где на деревьях растут фиолетовые туфельки. — Табби подняла ногу и прислонила свою сандалию к лиловой кроссовке Урсы. — Ух ты, гляди-ка, нам с тобой нравятся одни и те же цвета!
— Мне нравится все фиолетовое, — согласилась Урса.
— Это заметно, — Табби одобрительно оглядела сиреневую кенгурушку Урсы и ее темно-фиолетовые шорты. Она перевела взгляд на Джо: — Прости, подруга, но я должна ей рассказать.
— Нет, пожалуйста, не надо! — взмолилась Джо.
— Что рассказать? — заинтересовалась Урса.
— Видишь эту штуку в углу, моя милая инопланетянка? — спросила Табби.
— Что? Где?
— Вон ту хрень, где огоньки мигают?
— Вижу. А что она делает?
— Она называется музыкальный автомат. Эта штука может сыграть любую мелодию из всех, которые когда-либо сочинили, вплоть до древнеегипетского шлягера «Я фараона узнаю по походке».
Урса недоверчиво уставилась на музыкальный автомат.
— Там есть одна песня… самая крутая на свете, — сказала Табби.
— Пожалуйста, избавь меня от этого кошмара! — взмолилась Джо.
— Какая песня? — спросила Урса.
— «Фиолетовый монстр-людоед».[6]
— Что, по-настоящему?
— Уж поверь! — Табби порылась в кошельке, отыскивая мелочь.
— Здесь люди, вообще-то, едят, — сухо заметила Джо.
— И что?
— Едят, а не пьют, заметь! Только пьяный в стельку человек может решить, что твоя песня смешная.
— Прекрати изображать из себя святошу! — Табби взяла Урсу за руку и потащила к автомату. Она дала девочке монетку и показала, как выбрать песню. И под звуки совершенно абсурдной музыки прямо там, на глазах у посетителей, Табби пустилась в пляс. Она частенько так поступала с тех пор, как они впервые услышали эту странную песню, но обычно Табби предварительно «принимала на грудь» чуть больше двух кружек пива. Она схватила Урсу за руки, заставляя танцевать вместе с ней, и девочка с воодушевлением запрыгала на месте.