Первоклассная учительница, дракон и его сын (СИ)

- Не.
«Ты не можешь или не хочешь?» - Не.
Я поняла, что толку тут не добиться - по крайней мере, сейчас - и написала:
«Между драконами есть какая-то связь?»
Мадс утвердительно качнул головой.
«То есть, Кайлен почувствует, если Джолиону станет больно? Или плохо?»
- Он должен, - негромко ответил Мадс и вдруг добавил с такой горячей и искренней болью, что мне сделалось не по себе. - И я удивлен, почему он до сих пор не здесь.
- Доктор Лоран понимает, что нас уже ищут, - так же тихо сказала я. Джолион прерывисто вздохнул и обнял меня так, словно я могла исчезнуть в любую минуту, и он пытался меня удержать. - Но это его совершенно не пугает. Он уверен, что нас не найдут.
- Тридцать три пекла... - выдохнул Мадс. - Он засунул нас в пространственный карман!
- Это еще что? - удивилась я. Мадс печально усмехнулся.
- Это как раз то, с чем работает медир Кайлен. Утечки магии, которые используют для того, чтобы создать такой отнорок в пространстве. Вырезать кусок мира и разместить так, что до него нельзя достучаться. Нас не найдут, Юлия, нас никак нельзя обнаружить с другой стороны. Это невозможно.
Я даже рот открыла.
- И что же делать?
Мадс взял альбом и написал:
«Выбираться самим. Подать сигнал. Кажется, у меня есть план».
***
Я провела ночь в комнате Джолиона. Доктор Лоран позволил - а что ему оставалось после того, как мальчик закатил истерику, не давая мне уйти? Для меня принесли раскладушку, поставили ее рядом с кроватью Джолиона, и доктор Лоран недовольно заметил:
- Как джипсы на вокзале, честное слово.
Я только руками развела. Джипсы - это, должно быть, местный аналог цыган.
- А что делать? Будем спать вповалку, зато спокойно.
Наш похититель не мог не согласиться с этим. Постепенно свет погас, и комната погрузилась в бархатный сумрак. Мы лежали тихо-тихо, а потом Мадс потянулся к альбому и написал:
«Видите вон тот огонек в углу?»
Я кивнула. Мадс закрасил написанное и добавил:
«Это видеокамера, нас постоянно снимают. Но если мы узнаем ее тип, то я смогу подать сигнал за пределы кармана».
Я вопросительно посмотрела на него, и Мадс ответил:
- Спите, медира Юлия. Сон всегда на пользу.
Затем он перевернулся на бок и почти сразу же заснул. Даже захрапел.
Кажется, я просто прикрыла глаза - но вот Мадс толкнул меня, я села на своей раскладушке и увидела, что за окном маячит тусклый серый рассвет. Джолион тихонько спал - сейчас, свернувшись калачиком, он выглядел настолько трогательно, что я не удержалась и поцеловала его в щеку.
- Будите его, - негромко сказал Мадс. - Я понял, что это за камера. Сейчас нам нужен пожар.
- Пожар? - переспросила я. Мадс кивнул.
- Три часа утра. Самое тихое время, здесь все спят. Камера настроена так, что ведет постоянную трансляцию. Когда все вспыхнет, она разрушится, но перед тем автоматически передаст данные в сеть. Мировую, а не локальную. Это наша единственная возможность как-то сообщить о себе.
Я ничего не поняла, но решила поверить Мадсу на слово и погладила Джолиона по плечу. «Джолли! Джолли, пора вставать!»
Джолион открыл глаза, и его лицо на мгновение сделалось непередаваемо несчастным. Должно быть, ему снился сон о доме, и реальность оказалась камнем на плечах.
«Юлия, - услышала я. - Когда мы пойдем домой?»
«Скоро, милый, - подумала я. - Но пока нам нужен твой огонь. Ты сможешь вспыхнуть?» «Зачем?»
«Показать твоему папе, что с нами все в порядке. Он увидит, где мы, прилетит и заберет нас».
Джолион сел и какое-то время тер глаза. Маленький, взлохмаченный, он был похож на растрепанного птенца в гнезде одеяла. Я взяла у Мадса альбом и протянула мальчику:
«Искра должна попасть сюда, Джолли. Постарайся, пожалуйста, у нас очень мало времени».
Да, все обитатели этого места сейчас отдыхают, и ночная смена хочет расслабиться и не так бдительно смотрит по сторонам. Ну а если нет? Джолли вздохнул, и я увидела, как над его головой проплыла искра - тихая, робкая, едва заметная.
«Еще, Джолли. Еще одну. Пожалуйста».
 
Над головой мальчика вдруг поднялся огненный столп. Гудящее пламя ударило по стенам, вскинулось к потолку, хлестнуло по окну, вышибая стекла. Огонь бросился к игрушкам и книгам, и я почувствовала, как волосы на голове начинают дымиться.
- Помогите! - заорал Мадс, колотя в запертую дверь. Я встала прямо перед камерой, замахала руками. Если этот кадр попадет в мировую сеть, то Кайлен меня узнает.
- Спасите! Пожар!
- На помощь! - орали мы хором.
Пламя ревело. Кайлен мог бы гордиться сыном - сейчас мальчик довольно смотрел, как завитки огня кружат возле него, не причиняя ему ни малейшего вреда, и его лицо было радостным, словно Джолион получил долгожданный подарок. У него горели волосы, и я увидела, как сквозь ребенка проступает дракон - молодой, золотистый, со сверкающими глазами.
- Помогите! - выдохнула я, понимая, что тоже горю. Все горело. Но Джолиону огонь не повредит, а мне...
В следующий миг меня уже волокли по коридору - от свежего воздуха сделалось больно дышать, и я почти без сил обмякла в руках охранника. Вот второй мужчина в форме вытащил из комнаты Мадса, вот мимо пробежали двое здоровяков с огнетушителями, вот.
Дракон вырвался из палаты, отбросив их, словно игрушки. Сверкающие крылья развернулись с неловкой грациозностью; еще одно движение, и дракон взлетел к потолку и, ударившись, плюнул сгустком огня. Пламя побежало по стенам, взревело, загрохотало
- дракон метался в коридоре, ударяясь о стену то бронированным боком, то тонкими крыльями. Ему было тесно, и он искал выход.
- Бегите! - прокричал кто-то. - Бегите!
Я не могла бежать - и побежала. Впереди несся кто-то из медиков: я не сводила взгляда с яркого пятна его формы. Вот лестница - сама не знаю, как я скатилась по ней, ни разу не упав. Вот Мадс схватил меня за руку, и дальше мы побежали вместе - к запасному выходу, к спасительной двери, к тусклому утру.
Дракон ревел. Дракон был огненной смертью - пламя было везде, оно ползло по стенам и по полу, оно пожирало все, и в его реве мне слышалась торжествующая песня хищника. Языки огня танцевали и переплетались, в ушах стояли крики и вой. Вот раздалась автоматная очередь и бессильно захлебнулась. Вот.
Мадс оттащил меня к деревьям, и я почти без сил упада на траву. Здание горело. Пламя и дым поднимались к серому утреннему небу, от запаха гари почти нельзя было дышать. Я сжала руку Мадса, он помог мне подняться, и я спросила:
- Откуда вы все знаете о камерах?
Мадс едва заметно улыбнулся и еле слышно ответил:
- Я когда-то работал в Джей-Ай. Секретная служба, комиссован по ранению.
Чего-то в этом роде я и ожидала. Кайлен аш ан Тан не приставил бы к ребенку абы кого.
Дракон вылетел с другой стороны здания - я снова услышала автоматные очереди, и доктор Лоран закричал:
- Не стрелять!
Врачи и охранники, которые смогли вырваться из огненной клетки, стояли рядом с нами. Кто-то молча смотрел, как из окон выплескивается огонь, кто-то едва слышно молился, и я увидела, как молодая девушка в ярко-зеленой форме прижимает к губам подвеску на цепочке.
Нам ведь нужна была крошечная искра. Всего лишь искорка. Но иногда получается лучше, чем задумываешь.
Дракон взлетел к небу - и вдруг камнем рухнул на землю. Я ахнула, рванулась было вперед, но Мадс придержал меня за руку - вскоре мы увидели, как доктор Лоран выходит из-за угла, неся мальчика на руках. Джолион был жив, мутный взгляд смотрел в пустоту -я бросилась к нему, и Лоран тотчас же спросил:
- Что произошло? Почему он вспыхнул?
- Не знаю, - ответила я с таким испуганным и искренним видом, что мне нельзя было не поверить. - Вчера все было нормально. Мы легли спать... и я проснулась от того, что стало жарко. А Джолли уже горел.
Лоран посмотрел на меня пристально и цепко, словно пытался определить степень моей искренности. Я погладила Джолиона по грязной щеке и подумала: