Чужая война (СИ)
Огромный чёрный шар поднялся, завис над потолком, возле огромного голубого кристалла причудливой формы, и впитался в него. Спустя несколько минут от кристалла отделились пять разноцветных шаров и разлетелись по залу. Один, с красноватым оттенком, завис возле лорда Локси, второй, отдающий зеленью, - возле владетельницы Глубоких оврагов, Гунты Моравиц, третий, синеватый, коснулся плеча лорда Кальваро, четвёртый, белоснежный, застыл над головой Матца, лорда Аокхагана.
А пятый, практически чёрный, подлетел к смотрителям, и остался висеть над ними - на равном расстоянии от каждого из четвёрки. Такого почти никогда не случалось, императором становился тот, чей шар был белее других.
- Что здесь происходит? - с места поднялся лорд Сайнгас, - это что, шутка? Лорды сделали другой выбор, мы не позволим себя обмануть!
- Ты полагаешь, что император восстал из мёртвых и выбрал себе преемников? - Ньялу холодно посмотрела на Сайнгаса, и тот поспешил усесться на скамью. - Имперский символ сам выбирает, кому отдать предпочтение, вот уже сорок тысяч лет он не ошибался, и это уже шестой хаат за нашу историю, последний был всего одиннадцать тысяч лет назад.
- Не похоже, чтобы ты удивилась, - привстал со своего места лорд Агри.
- Мы, смотрители, готовы к любому исходу выбора, - Ваен Талбош даже голову к лорду не повернул.
- Особенно когда имперские гвардейцы окружили планету, - не унимался владетель Жёлтых скал. - Ты думаешь, у них хватит сил противостоять Совету?
- Сядь, - тихо сказал лорд Локси, - Корро, ещё слово, и ты пойдёшь против воли Империи. Талбоши уже два раза так поступили, может, ты хочешь стать ещё одним смотрителем?
- Отличная идея, - Корро Агри наклонил голову, словно прикидывая, насколько это выгодно. - Старшим. Кто из них старший? Вот эта, дочка старого Винакса, который, помню, за неделю до смерти отлично выглядел и умирать не спешил?
Смотрители терпеливо ждали, когда лорды наговорятся.
- Символ Империи сделал выбор, - дождавшись паузы, сказала Фина Эстеро, - отныне и на семь общих лет пять лордов входят в хаат Высокого двора. Каждый из них может говорить от имени Империи, действовать от имени Империи и приказывать от имени Империи. Как это будет происходить, и за какую часть Империи будет отвечать каждый из них - хаат-лорды должны договориться сами. Через семь общих лет символ выберет из пятерых нового императора, и мы снова будем подчиняться только одному человеку.
На последних словах она чуть заметно усмехнулась.
- Бывший второй адмирал имперского флота, секретарь Службы порядка, начальник штаба департамента защиты планет, потомок мятежных лордов с доступом к огромному наследству мятежников - отличная компания. Я могу как-то понять, почему символ сейчас выбрал именно вас, - лорд Эрнато усмехнулся. Он заранее готовился к чему-то необычному, и один из младших лордов в его звёздной системе уже перекрыл портал нулевого уровня изнутри, а личные военные силы владетеля привели в полную готовность. Нелишняя предосторожность в эти неспокойные времена. - Так кто же пятый?
Смотритель Талбош вытянул руку ладонью вверх, черный шарик завис над ней.
- Думаю, мы ограничимся четырьмя хаат-лордами, пятая метка скорее всего выбрана имперским символом по ошибке. Старший лорд Кросли, владетель Огненных островов - уверен, что если он за несколько тысяч лет не соизволил посетить Империю, то и сейчас не появится.
- Зато теперь мы знаем, что он существует, - тихо сказал Ио Эрнато, вставая. И его все отлично услышали, включая смотрителей.
***
- Ничего не слышу, - Илли остановилась, замерла. - Нет, ни звука. Куда мы попали?
Если синт-советник говорит, что нет никаких звуков, значит, так оно и есть - её слух был куда чувствительнее моего. Мы бродили по лабиринту коридоров и переходов уже больше двадцати часов, пытаясь понять, есть ли здесь вообще выход.
Когда точка дочертила окружность, и часть потолка пропала, я ожидал много чего. Например, что на этом месте появится какой-нибудь дрон-убийца, или через лаз ворвутся пятнадцать предателей и прикончат нас. Или что это Крунс решил нам помочь. Но из отверстия никто не появлялся, в смежном помещении было темно, хоть левый глаз выколи, и даже правым я почти ничего там не видел даже с учётом того света, который шёл от нас, поэтому я просто показал глазами Илли на дефект потолка. Советник тут же подпрыгнула, и скрылась в темноте. С её новыми физическими данными это было несложно, а вот у меня только с третьей попытки получилось, при почти нормальной гравитации.
Нашлёпка на лбу ещё действовала, так что вслух мы не разговаривали. Стоило нам оказаться в темноте, как та стала практически абсолютной - отверстие заросло, словно его и не было. Я почувствовал себя неуютно, хотя живых существ поблизости не было, искусственные могли действовать гораздо опаснее.
Приглушённый луч света появился через секунду - он исходил из ладони Илли. Я ощутил, как моя напарница внутренне улыбается.
- Отличное тело, - сказала она. - Чего в нём только нет, стоит каждый цест, что я тебе за него должна.
По мне, десять миллионов цестов за тусклый фонарик - это перебор, но преуменьшать долги советника перед собой я не собирался, наоборот, сказал, что да, это замечательная опция и очень полезная.
- Зря смеёшься, - Илли вела расплывчатым пятном по стене, - даже с моими глазами внутреннего строения переборок не видно, а с этой штукой можно всё рассмотреть.
- Что тебе раньше мешало это сделать?
- Сама задаю себе сейчас этот вопрос, - она переслала мне структуру стен, - пока что стена динамическая, всё, что нам нужно, это найти основную, опорную переборку, которая не изменяется, так мы попадём в другой сегмент центра.
В видимом и ультрафиолетовом диапазоне излучение не обнаруживалось, в инфракрасном - все переборки были одинаковой температуры, зато звуков, в том числе неслышимых обычному человеческому уху, было хоть отбавляй, поэтому, когда они пропали, Илли забеспокоилась. За двадцать часов мы обошли лабиринт семь или восемь раз, с перерывами и обсуждением того, куда мы попали, у нас был точный план всех переходов, но того места, где мы очутились, на нём не было.
Фонарик синт-советник могла регулировать, и сейчас включила его так ярко, что я даже зажмурился. Мы стояли в отсеке, закрытом со всех сторон, все переборки были тёмного цвета, а пол - светлого. И он тоже начал светиться. Еле заметно мерцать.
- Похоже, частота увеличивается, - отметил я, когда Илли выключила фонарик, и наблюдать за мерцанием стало комфортно. - А оружия у меня нет.
В этот момент пол засветился ровным светом, пропал, и мы свалились с высоты в несколько метров прямо в зал с цилиндрами-капсулами - в отличие от того, что я видел раньше, теперь большая часть их была утоплена в пол, так что снаружи торчали только верхние части тел добровольных вычислительных ячеек.
В зале мы были не одни, помимо ста пятидесяти одной занятой капсулы и полусотни пустых, внутри находились двое имперцев в боевых комбинезонах, с излучателями на предплечье, и пятеро - в обычных, инженерных. На одного из них я упал.
Инженеры возились с капсулами, тот, что оказался подо мной, в руке держал прозрачную пластину, наполовину погружённую в верхнее основание цилиндра. Молодая девушка внутри на это не реагировала, от её левого виска к основанию тянулась еле заметная прозрачная нить. А ещё она была неодета, так что я на секунду замешкался, и инженер подо мной успела выхватить откуда-то боевой хлыст.
Только использовать его по назначению он не умел. Вместо того, чтобы ударить меня, промазал, и попал по цилиндру. Прозрачное изделие выдержало, а вот челюсть инженера после того, как я впечатал по ней локтем - нет, и пока имперец, который, кстати, на имперского лорда напал, хоть и по незнанию, приходил в себя, я уже уворачивался от силовой сети охранника.