По следам друзей. Часть II (СИ)

«Депрессия у него, что ли?» — думал Фарт, поднимаясь по лестнице — «В старики уже записал. Надо заскочить на днях. Жозель прихватить… Да и всё, пожалуй».
Викинг пришел как раз к тому моменту, когда поспевала первая порция раков. Не с пустыми руками. Расположились в беседке на улице. Сначала народ чувствовал себя скованно рядом с сильнейшим ментатом стаба, да еще СБ-шником. Но Вик клятвенно пообещал сегодня вечером свой дар не использовать. Да и пиво свое дело сделало. Со временем народ расслабился, поглощая раков и нахваливая повара. Даже Валька с удовольствием лущила этих «водяных тараканов». Действительно, раки вышли замечательные. Кроме вареных, Жокей умудрился часть запечь на решетке. Ну а пиво от Гора — это пиво от Гора.
— Ну что, отойдем пообщаемся? — предложил Викинг, в разгар застолья — А то время уже позднее, мне скоро уходить надо будет.
— Давай. — согласился Фарт — Жокей, пройдите в дом, чтобы вам никто не мешал. Этот человек сможет ответить на все твои вопросы.
— Не понял? А при чем тут Жокей.
— Так он — ментат.
— Не понял?! — потряс головой Викинг — Ты точно не врал, когда говорил, что у тебя есть дар ментата.
— Есть. — не стал отрицать очевидное Фарт — Вот только он совсем куцый. И приговор знахаря: «Развивать бесполезно». А вот у Жокея с этим все норм. С этим какие-то проблемы? Жокея не будешь консультировать?
— Почему же, буду. — смутился Викинг — Пошли, Ро… Жокей, поговорим.
Когда Викинг прощался, отрывая Фарту руку энергичным встряхиванием, то произнес:
— Вот ты, блин, интриган хренов! Сразу сообщить не мог?!
— Честно говоря, не хотел, чтобы Дикий и Скрипач узнали. Если подробный рапорт не заставят писать о сегодняшней встрече, просьба — отделайся общими словами. Надеюсь на твою порядочность.
— Добро. Встречная просьба. Если где еще железо, подобное тому, что вы тогда притащили увидите — вы уж мимо не проезжайте.
— Я и без напоминаний помню о твоей просьбе, Вик. Проблема в том, что мы городские кластеры стараемся объезжать. Ну не работаем мы там. Но, если заскакиваем, я в обязательном порядке ищу музеи по дороге. Пока не попадались. В смысле, исторические не попадались. Краеведческие были несколько — ничего интересного. Археологический попадался. Военно-исторический, но это не то. Даже планетарий нашли! А вот чисто исторического, да еще и с богатой экспозицией — нет. Извини.
— Ну ничего. Не к спеху. Пока.
— Успехов!
На следующий день они отдыхали, их никто не беспокоил. Ближе к вечеру Фарт выцепил Жозель, и они зарулили к Гору. Душевно посидели, пообщались. Вспоминали старые добрые времена, делились байками, которых ещё не рассказывали. Фарт описывал достопримечательности соседнего сектора, особенно Колизей. Гор — как с нуля поднимал бар в стабе. Вспомнили, как Жозель спектакль разыгрывала, а Фарт потом жаловался, что готовился к серьёзному бою, а перещёлкал Зверей как котят. Жозель поделилась, как усыновила Кристи. Оказалось, что это дочь её знакомой ещё по старому миру, и для обеих встретить друг друга было большим счастьем. Фарт рассказал, как гонялся за злосчастным кошаком и как оный кошак располосовал ему потом задницу, выставив перед соратниками в неприглядном виде. Жозель — как приняла застрявшего в одной дыре пустыша за свежака со споровым голоданием и полчаса пыталась помочь ему выбраться. Фарт — как увидел Юльку, убегающую босиком от лотерейщиков. Гор поделился историей, как он попал в Улей.
— Я тогда готовился к соревнованиям на область по «классик физик». И был на последней неделе сушки. Чтобы втиснуться в категорию, пришлось слить двенадцать килограммов. Чтобы вы знали, это пиздец: сил нет даже шевелиться, не то что тренироваться, все мысли только о еде — натуральный зомби.
Фарт содрогнулся, не понимая, зачем вообще себя так мучить.
— Так вот, — продолжил между тем Гор, — у меня тогда была последняя перед выступлением тренировка ног. Это самая тяжёлая тренировка в принципе, да на сушке, да плюс кластер у нас сверхбыстрый оказался, хорошо хоть тварей ещё где-то что-то отвлекло. В общем, кое-как закончил тренировку, еле-еле уполз в душ. Тошнит, ноги отваливаются, споровый сушняк начался, хотя на фоне общего состояния я и не понял. Сижу у стеночки под тёплой водичкой, а тут ко мне подваливает один наш лифтёр. — Видя, что его неправильно поняли, пояснил: — Пауэрлифтер. Мужик весом за сто двадцать, жирный, как свинья, но сильный, сука, как бульдозер. Голый. И с каким-то мычанием лезет обниматься.
 
Переждав ржач компании, Гор продолжил:
— Нет, это ещё не самое смешное. Я б, конечно, в обычном состоянии в ответ на такое дал бы ему в морду, но в тот момент сил на это не было. Спасло меня то, что я намылился гелем, вот и выскользнул как-то, уронил его на мокром кафеле. Хотел в раздевалку рвануть, а там дверь чем-то подперта. Делать нечего, выбегаю, точнее, кое-как вываливаюсь в зал. Голый. Сзади урчит лифтёр, а спереди ещё несколько человек, и все, как один, тренированные, суки, ни одного подснежника, и все тоже урчат и тянут руки ко мне.
Фарт и Жозель опять не выдержали и заржали.
— В общем, прижали меня к стойке с грифами. Я схватил один и начал отмахиваться. А гриф от штанги — это такая железная дура больше двух метров длины и двадцать килограммов веса. Ею и на свежую долго не помашешь, тем более в тесноте между тренажёрами. Да и бить же старался не насмерть. Как я там себе шею не свернул, не знаю. В один момент этот гриф у меня отобрали, вы ж знаете, пустыши — они цепкие, заразы. Меня спасло, что я весь взмыленный был да в остатках геля. Схватил другой гриф. Кое-как отбился, выбрался из зала, дверь захлопнул, сунулся в раздевалку, а там один пустыш кого-то жрёт, именно это тело зажало дверь из душа. Его отоварил уже всерьёз, по башке. Короче, я так потом с этим грифом и из зала на улицу вышел, и домой с ним пробирался, и от пустышей несколько раз отбивался. Так меня с ним и нашёл мой крёстный. Сначала так и хотел Грифом окрестить, но всё же передумал. Он мелким совсем был, я для него человек-гора, так и окрестил.
Фарт же подумал, что даже не самый мелкий рейдер вполне мог бы окрестить Гора точно так же.
За три часа общения подобных историй рассказано было много. Смешных и грустных, поучительных и без всякой морали. При этом если по паре кружек пива каждый за всё время уговорили, и то — хорошо. Судя по ожившему Гору, именно этого ему не хватало: общения со старыми знакомыми.
А еще через день, в шесть утра, «Тайфун» стоял за КПП на площадке, в ожидании спеца-танкиста. К группе, кучковавшейся около машины, подошел мужик в камуфляже.
— Фарт?
Все внимательно посмотрели на мужика. Низкого роста, не выше ста шестидесяти. Был он при этом… Таких называют «кряжистый». Мощный. Широченные плечи. Камуфляж трещит на руках. Грудь — бочка. Короткие, кривые ноги, от чего походка довольно специфическая. Видимая часть лица будто вырублена топором. Глубоко запрятанные глаза под кустистыми бровями. Не очень длинная прическа и густая борода. Гном. Как есть гном. И хоть экипирован неплохо, по сравнению с другими рейдерами, но, блин, за версту видно коренного обитателя стаба.
— Допустим. — неопределенно ответил Фарт.
— Я — Мех. — мужик протянул совковую лопату, по недоразумению называемой ладонью. Прикипевшие гайки, наверное, без ключа срывает — Обо мне должны были предупредить.
— Фарт. — Фарт с опаской пожал протянутую ладонь — Жокей, Геракл, Валькирия. — представил он членов команды — Если больше никого не ждем — тогда грузимся — и в путь.
— Надолго уходим? — поинтересовался Мех.
— Кто ж такие вопросы перед рейдом задает? Улей покажет.
Меха постарались задвинуть на такое место в десантном отделении, чтобы он ничего не разглядел снаружи. Долгое время ничего не происходило, с точки зрения мужика, лишь Фарт, сидящий за пультом СУО, время от времени сообщал азимут и дистанцию до зараженных. Попытался заговорить сначала с сидящем рядом Жокеем, но понимания не нашел. Фарта не трогал: видно, что человек работает. Глянул в сторону кабины, пробормотал что-то себе под нос и улегся спать.