Мутная вода (СИ)
— Спасибо, Док. — Кивнул головой сталкер, пытаясь приподняться на ноги.
— Э, нет, милейший. — Поспешил его огорчить Доктор. — Ходить Вам пока не желательно. Пока «Душа» работает, лучше не давать лишней нагрузки своему «мотору».
Обернувшись к «долговцам», он пошарил глазами в ближайших кучах хлама:
— Неплохо бы носилки смастерить… А ещё предлагаю всем сделать небольшой крюк. — Закусил губу Док, соображая. — На главной дороге беснуется стая собак, голов сорок. А вы, — насмешливо смерил он взглядом «долговцев», — наверняка захотите их всех истребить… Как дети малые… Всё бы вам в «войнушку» играть.
Бесо, покраснев, как рак, набрал воздуха в лёгкие, подбирая весомые аргументы, но Петренко, положив руку на плечо подчинённому, призвал его к молчанию.
— Поведёт к «Янтарю» нас Бим, а по сему, думаю, весь переход займёт не больше часа. Он знает здешние тропы. — Пёс от неожиданности выплюнул палец зомби и крайне сосредоточено посмотрел на хозяина, причмокивая от удовольствия.
— У меня просто с души воротит, — прошептал Бесо мне на ухо. — Ты вообще это видел?
— Ну, что я могу сказать… — Неопределённо улыбнулся я. — «Это в его природе»…
Мут невежливо прыснул от смеха. А Бесо махнул на нас рукой и отошёл в сторону, подальше от гастрономических извращений мутировавшего псины.
— Итак, — обратил на себя внимание Петренко. — Держим путь на «Янтарь». Но так как «Долгу» и Домре путь к учёным заказан из-за стычек с военными на «Выжигателе», придётся вам всё в буквальном смысле взять в свои руки. — Он внимательно посмотрел на нас с Мутом, и товарищ кивнул, выражая готовность.
— Мы с Эдом тоже пойдём. — Заверил полковника Бочка. — Он с военными «вась-вась», на короткой ноге. Поменяем ребят, когда те устанут.
— Я тоже вас провожу, — заверил Доктор. — Мне нужно кое-что забрать у Сахарова. А Бима, — наклонился врач к «чернобыльцу», глядя на него с умилением, как на домашнего любимца, — останется с дяденьками, чтобы их охранять. Да, дорогой?
Собака издала странный, сиплый звук, очевидно, выражая свою готовность.
— Биму не любят военные. Сразу открывают огонь, как только видят. — Вздохнул Доктор. — Да и с Сахаровым я его не очень хочу знакомить. Интерес учёных к местной фауне ограничен только весьма болезненными опытами над живыми созданиями… Чего я уж точно не потерплю.
Бесо при этом выпучил глаза так, будто Доктор сморозил лютую чушь, но старик сделал вид, что не заметил его скепсиса и продолжил, уже обращаясь лично ко мне:
— А вот в Вас, мой юный друг, я вижу огромный потенциал. Ваши каналы открыты к восприятию всего нового. Взор не зашорен. Поэтому Биму Вы очень нравитесь. Он сам мне сказал.
— Да, я заметил это, когда ваш пёс следил за нами в Рыжем лесу, — неожиданно для себя выпалил я.
— Да, Бим тогда сам вызвался Вас сопроводить. Почувствовал новую энергию. Хотел познакомиться лично. Поверьте, это случается не так уж часто. Да и Мут ему тоже очень симпатичен, потому что не убивает созданий без крайней угрозы жизни. — Подмигнув моему товарищу, Доктор буквально засветился от гордости. — Вы знали, что все мутанты, погибшие от руки Мута, были убиты из самообороны? Бим в этих вопросах очень щепетилен. И мы оба с ним уважаем проявления гуманизма по отношению к людям и прочим живым творениям.
— Доктор, а могу я задать один вопрос, пока не забыл? — Замялся я.
— Разумеется, юноша. Рад быть полезным, — ободрительно улыбнулся мне старик.
— Тогда, в Рыжем лесу, Бим показал мне картинку. Она крутилась, как запись в моём сознании. Он заставил меня пережить Выброс, очень мощный, предположительно, самый первый… Что это означает? Пёс показал мне прошлое или будущее?.. Пси-собаки способны что-то прогнозировать? Или они рождают иллюзии, ничего общего не имеющие с реальностью?
— Интеллект такой собаки очень высок. — Вздохнул Доктор. — А уж Бим — так и вообще, вундеркинд по самым скромным прикидкам. Увы, будущее спрогнозировать не способен никто. Но существование интуиции не отрицает даже официальная наука. Поэтому, кто знает… Попробуйте сами побеседовать с Бимом, когда выпадет удачный момент. Пси-собаки умеют общаться образами. Картина, что он показал Вам, определённо имеет какой-то смысл. Для него. — Доктор сделал особый упор на последнее словосочетание. — Наше человеческое предназначение в данном случае — верно истолковать всё то, что преподносит нам Зона. Возможно, так мы сможем договориться и понять друг друга. Ведь Она не так уж плоха, когда не злится на нас. — Усмехнулся Док, глядя в затянутое плотными тучами небо.
***
Соорудив импровизированные носилки, мы уложили на них Зэта, который до последнего хорохорился и рвался идти своими ногами. Однако, чудо не произошло. Слабость от ускорения метаболизма и потери крови не смогли нивелировать ни артефакт, ни обезболивающие ни энергетик, которые, не смотря на протесты Доктора, выпросил Зэт.
— Ненавижу ощущение беспомощности, — воскликнул Зэт, и Док махнул рукой на его «шалости».
— В конце концов, немного поднять Вам давление — не будет лишним. — Нахмурился врач, ещё раз осматривая больного. — Главное, чтобы не закровило…
Зашивать раны не пришлось. «Душа» исполняла свою главную функцию. На смену боли пришёл дикий голод. На подходах к «Янтарю» прожорливый Зэт подчистил все свои запасы провианта и воды.
Бесо протянул ему пакет сухарей:
— Советую потреблять дозированно. Сухари разбухнут и дадут ощущение сытости. Терпи, казак — атаманом будешь. Допрём тебя до учёных, они тебе сделают инъекцию глюкозы. Слишком много калорий тратится на регенерацию.
Всё время пути я наблюдал за Доктором и его экзотическим питомцем. Бим вёл себя почти как среднестатистический пёс — шёл по неведомому нам следу и вёл за собой группу. Изредка поднимая круглую, чёрную морду, он замирал, прислушиваясь. Короткие, округлые, как створки раковин, уши топорщились, улавливая каждый шорох.
Аномалии пёс чувствовал крайне остро и огибал их по широкой дуге. Доктор же следовал за ним прогулочным шагом — словно шагал не по гиблой земле Зоны, полной опасностей, а по полю в разгар страды. Выглядел Док крайне задумчиво, даже мечтательно.
— Никогда не пойму, что за мысли бродят в его голове… — Прошептал Мут, поравнявшись со мной. — Болотный Доктор непостижим, как сама Зона. Петренко знает его очень давно. Со времён первого Выброса. Тогда Док ещё был собой — обычным человеком, военным врачом, прибывшим разгребать последствия первого в Зоне Пси-шторма. Полковник, кстати, тоже из военной касты. Когда страна бросила своих защитников в самое пекло, разгребать ту кровавую кашу из погибших и покалеченных, Петренко затаил обиду на высшее командование. Он осознал, что их методы не работают, потому как направлены на сокрытие трагедий, а не их предупреждение. Тогда Петренко, Воронин да их командир — генерал Ткаченко — сложили погоны и уволились из Вооружённых сил. Вместе сними ушла добрая часть личного состава, верная им, как собственной семье. Отцы-основатели «Долга» понимали, что только таким образом они принесут пользу простым людям, которые нуждаются в защите от расползающейся радиоактивной заразы.
— А Док, тоже был в «Долге»? — Выпучил глаза я, не веря ушам.
— Доктор в группировку не вступил, так как её устав противоречил его принципам. Он ушёл на вольные хлеба. Сначала примкнул к «Чистому небу», потом поработал при местном НИИ. Так прошла пара лет. А дальше он ушёл к «Монолиту» и надолго исчез. — Прошептал Мут, рассматривая прямую, совсем не «стариковскую» спину Доктора. — Близкие друзья сочли его мёртвым. Но спустя время, он вернулся из Припяти и основал Дом на Болоте. Что-то вроде больницы, куда приходят за помощью не только сталкеры, но и мутанты.
— Удивительно. — Задумался я, красочно представляя, как на соседних койках ютятся «долговец» и кровосос.
— Там нет места вражде — это главное правило. Люди, мутанты, представители разнообразных, частенько воинствующих группировок — все живут в мире и посильно помогают Доку ухаживать за обширным хозяйством и другими больными. За лечение, койку и еду Док не берёт денег. Но иногда просит об услугах тех, кто желает ему помочь. Поговаривают, что мутанты, в благодарность за помощь приносят ему из самого сердца Зоны редкие артефакты и сильные ингредиенты для лекарств. Иногда мне кажется, что Доктор занимается чем-то, находящимся глубоко за пределами официальной медицины. — Понизил голос Мут, немного отставая от группы. — Некоторые его эксперименты и опыты больше напоминают алхимические изыскания, нежели сугубо научные. Монстры его не трогают. Даже контролёры или матерые кровососы уступают ему дорогу. Он умеет с ними общаться на некоем тонком, неявном для человеческого восприятия уровне. Док давно стал легендой. Он, как будто является связующим звеном между человечеством и Зоной. Думаю, не все это осознают, но многие определённо чувствуют. И его пёс… такой странный, слишком гуманный для создания Зоны.