Избранная тьмой (СИ)

— Я не хочу так умирать, — плакала Анна.
— Ты не умрешь.
— Он убьет меня, пока ты будешь защищать эту дрянь, — женская рука указала на Софи.
— Не убьет, — пытаясь держать себя в руках, произнес Рэй. — Главное, сама не наделай глупостей.
— Я слишком сильная, чтобы просто так сдаться, Блэкмор, — гордо вскинув подбородок, всхлипнула Анна.
Софи было неприятно наблюдать за разыгравшейся картиной. Это напомнило о том, что мужчина, к которому ее влечет, как магнитом, принадлежит другой.
— Пошли, Шайла, я расскажу тебе, что еще узнала из книги, — тихо произнесла Софи, и поспешила убраться прочь, в надежде избавиться от ощущения непонятной тяжести в груди.
Рэй взглянул на пустой дверной проем, убеждая себя, что все делает правильно. Ему нельзя в нее влюбляться. Потому что тогда Софи унесет в свой век его сердце.
Осталось придумать, как вернуть второй медальон.
На следующее утро в доме царила настоящая суматоха.
Шон Блэкмор так и не вернулся домой.
Рэй и Эрон целый день объезжали все заведения, в которых любил бывать их младший брат. Они заехали ко всем его любовницам. Но Шона никто не видел.
Тогда Шайла, используя магию и личную вещь мужчины, решила попробовать узнать о нем что — либо.
Братья Блэкмор метались по гостиной, поглядывая на часы, и ожидая, что же расскажет им подруга.
Но они точно были не готовы к тому, что им сказала Шайла.
— Шон мертв.
Два слова, которые заставили Эрона подскочить к ведьме, и схватив ее за подбородок, заглянуть в глаза.
— Ты лжешь! — в ярко-желтых глазах горела ярость.
— Нет, Эрон. Я не чувствую тепло живого тела. Не ощущаю импульсов жизни. Шон мертв.
Эрон упал в кресло, и закрыл ладонями лицо. Рэй, напряженный, как струна, стоял у окна.
— Оставьте нас с Рэем наедине, — прохрипел Эрон, обращаясь к девушкам.
Все поспешили покинуть гостиную, но Софи, напоследок, взглянула на идеальный профиль Рэя. Он закрыл глаза, словно мысленно обращался к кому — то.
И Софи поняла.
Несмотря на отношения с младшим братом, Рэй любил его. Любил, и был готов простить все. Как и Эрон.
Глава 26. Воспоминания о брате
Анна вбежала в комнату и захлопнула дверь. Прислонившись спиной к стене, она не смогла сдержать рыданий, рвущихся наружу.
Шон мертв. Как мне теперь спастись?
Еще вчера он обещал ей помочь, а сегодня…
Его нет.
И ей было страшно.
Потому что Анна понимала, что Рэй не отдаст Арману Софи. Он скорее пожертвует ненавистной супругой.
Она прекрасно видела какими глазами Рэй смотрит на девушку. Видела — и ничего не могла с этим поделать.
Слезы градом катились по красивому лицу. Чувство безысходности и жалости к себе заполнили душу Анны.
Она не хотела умирать. Не собиралась становиться частью дурацкой легенды.
— Я не сдамся, — рыдала девушка, подбежав к шкафу с одеждой, и выкидывая оттуда свои платья. — Не сдамся! Я справлюсь сама! Как справилась и много лет назад!
Смахнув слезы рукой, Анна достала саквояж, и быстро сложила все необходимое.
Она сбежит. Уедет. Подальше от этого города. От Армана с его Чистилищем. И от этой проклятой семейки.
И сбежит этой ночью. Тогда, когда никто не будет ожидать, что она выйдет из дома, который защищен от проникновения вампиров.
Как всегда одна.
Рэй сидел в тренировочной комнате и смотрел на догорающий камин. Он поднес к губам бутылку виски, и усмехнулся.
Он всегда завидовал Шону, способному почувствовать опьянение. Ему нравилось наблюдать за тем, как младший брат становится расслабленным. Как он начинал путаться во фразах, когда его язык заплетался от количества выпитого спиртного.
Дверь тихо скрипнула, привлекая его внимание.
— Ой, — Софи, увидев мужчину, поспешила закрыть дверь.
— Не уходи.
— Прости, я не знала, что тут кто-то есть, — испытывая огромное чувство неловкости, произнесла Софи.
Она держала в руках деревянные колья, которые решила вернуть назад.
— Все в порядке. Присоединишься? — Рэй поднял вверх бутылку с виски.
— С удовольствием, — запахнув получше полы халата, она присела в свободное кресло рядом с мужчиной, принимая из его рук стакан.
 
Оба смотрели на то, как языки пламени лижут деревянные поленья, и молчали.
Софи, глядя на огонь, вспомнила о пожаре. Теперь у нее была полная уверенность в том, что Чикагский пожар начнется не случайно*. И к этому обязательно будет причастен Арман.
— Ты как? — она повернулась к Блэкмору.
— Как человек, потерявший брата, — горько усмехнулся Рэй. — Но Эрону еще тяжелее. Он заменил Шону отца.
— Что ты имеешь ввиду?
— Вампиры убили нашу мать, когда мне было десять. Именно тогда, увидев мертвое тело матери, мои глаза впервые поменяли цвет. Шону, тогда было восемь лет, а Эрону — четырнадцать. Отец любил мать. И когда ее убили, он с особым рвением начал истреблять вампиров, порой забывая о существовании сыновей. Он вспоминал о нас лишь во время тренировок, когда рассказывал нам об этих тварях. Через четыре года после смерти матери, Арман убил и отца. Тогда Эрону было восемнадцать, а Шону едва исполнилось двенадцать.
— Шон тренировался вместе с вами?
— Да. Эрон сделал все, чтобы защитить своих младших братьев. Но особое внимание он всегда уделял Шону, не имевшему таких способностей, как у нас. Именно поэтому на любую охоту они всегда отправлялись в паре. Чтобы Эрон смог защитить Шона, в случае опасности.
— А ты?
— Я всегда неплохо справлялся сам. Но мы всегда следовали правилу Блэкморов: «Прикрой спину брата", — Рэй усмехнулся, и отпил виски.
— Теперь Эрон винит себя?
— Да. Он считает, что мы не смогли «прикрыть спину» Шона.
— Но он же взрослый человек! Не могли же вы быть ему няньками всю жизнь! В этом нет вины ни Эрона, ни твоей.
— Эрон активировал проклятье из-за нас. Мой дурной характер и гордость Шона сыграли злую шутку.
— А что случилось?
— Меня всегда раздражало то, что мой младший брат постоянно злился из-за того, что не имел способностей. Мне было обидно за Эрона, который из кожи вон лез, чтобы Шон не чувствовал себя обделенным… В общем, в один из дней, мы с Шоном очень сильно поругались. Я назвал его неудачником, не способным ни на что без нашей с Эроном помощи. Он же, решил доказать обратное.
— Ты жесток…
— Я эмоционален, — пожал плечами Рэй. — В общем, Шон отправился в порт, и затеял там драку. Он был один, а их было человек двадцать.
— О, Боже…
— Эрон нашел его в бессознательном состоянии, избитого до полусмерти. Ему пришлось отбивать Шона у разъяренной толпы. И он убил одного из обидчиков.
У Софи мороз прошелся по коже.
— Шон был слишком упрямым. Он возненавидел родную мать, за то, что она захотела для одного из сыновей нормальной жизни. Порой, мне казалось, что он ненавидел нас за наш дар.
— Мне кажется, что он просто не понимал плюсов быть обычным человеком, — предположила Софи. — Сам посуди, он рос, окруженный магией, необычными братьями, и вампирами. Это естественно, что он чувствовал себя не таким. Как ты думаешь, кто его убил?
— Несколько часов назад я встречался с Джаспером, — тихо ответил Рэй, сам не понимая, почему решил признаться ей в этом. — Шон пришел к ним, требуя встречи с Арманом. Но так ее и не дождался. Джаспер сказал, что вампиры решили отыграться на охотнике. Все-таки мы убили многих дорогих им людей.
— Они выпили его кровь?
— Нет. Джаспер сказал, что эта была смерть во имя мести. Они вонзили в его сердце деревянный кол, как это делали с ними мы.
Глаза Софи наполнились слезами. Хоть ей и не нравился Шон, но она совсем не желал ему смерти.
— А зачем ты встречался с вампиром? Чтобы отомстить за брата?
— Нет, — покачал головой Рэй. — Джаспер лишь видел смерть моего брата, но не участвовал в ней. Этот вампир отличается от других. Мы заключили с ним сделку.