Осколки наших жизней (СИ)
― Ты откуда это знаешь?
― Я не раз был свидетелем их разговоров и обсуждений. Один раз даже увидел в руках одного из Стражников трофей — голову гарпии. Я тогда перепугался не на шутку, она мне показалась ужасной.
― Зачем они охотятся на них? ― недоуменно спросила я. ― Гарпии не покидают пределы леса, мирных жителей не трогают. Они убивает только тех, кто сам приходит в их сети, и то, если те были убийцами и неверными мужьями.
Сафиер печально усмехнулся.
― Ты еще не поняла, Ламара? Они это делают ради развлечения. Не всем Стражникам удается вернуться из леса живыми, но многие приходят с трофеями.
― Это ужасно! Зачем они вообще к ним лезут? Они же не трогают невинных!
― Стражников это мало волнует. Лес опасен, люди вынуждены делать огромный крюк, чтобы не угодить к гарпиям.
― Может, стоило бы быть верными мужьями и не убивать?! ― закричала я.
― На меня ты чего кричишь? ― пропыхтел певец. ― Проще уничтожить отдельный вид существ, чем измениться.
Я презрительно фыркнула.
― Теперь я ненавижу этого Мехилара еще больше! Он позволяет слишком многое своим псам и те ходят безнаказанными!
― На гарпий охотятся не только Белые и Черные Стражники Мехилара. Сюда приезжают воины из Маритании и Волисоля. Я слышал, что сама Маэлита[2] отбирает своих лучших людей и отправляет их в Лес Гарпий.
Меня трясло от злости. Я искренне надеялась, что Тизура и Халива благополучно доберутся до моей сестры, не столкнувшись со Стражниками. Несмотря на их силу, мощь и ловкость, они были смертными, да и магия беспрепятственно могла воздействовать на них. Мне вдруг стало интересно, куда попадают эти создания после смерти. Я решила, что как только Тизура и Халива вернутся вместе с Иби, я у них спрошу об этом, а заодно и узнаю об охоте.
― Иди искупайся, пока не так холодно, а я пока разведу огонь, ― произнес Сафиер, поежившись. ― Бистирис[3] сегодня что-то разошлась, как бы дождь не начался.
Ветер раздувал мои волосы, выбившиеся из косы. Действительно, холодало. Даже если дождь не пойдет, нам придется соорудить здесь какое-нибудь укрытие.
Я подошла к озеру и коснулась рукой его глади, окрашенной в золотисто-пурпурный цвет закатного солнца. Вода была очень теплой и чистой. Я оглянулась назад: Сафиер пытался разжечь костер, Стикрут спокойно пощипывал траву. Распустив косу и быстро сняв с себя обувь и одежду, я аккуратно ступила на песчаное дно озера. Вода была настолько прозрачной, что мне удалось разглядеть проплывающих мимо рыбок. Я зажмурилась, задержала дыхание и с головой окунулась под воду. Вынырнув, я постаралась распутать влажные и спутанные волосы, но поняла, что это было бесполезно. Без тетиных бальзамов, масел и расчески, моя копна обречена. Я, как могла, поскребла ногтями свою кожу, вымыла лицо и вылезла из воды.
Мои черные волосы ниспадали с двух сторон до самого пупка, прикрывая грудь. В тот момент, когда я натягивала на себя брюки, в мою сторону посмотрел Сафиер.
― Может тебе дать какую-нибудь тряпку, оботрешься. Ты же не сможешь залезть в одежду.
― Не надо, ― пропыхтела я.
Брюки уже были натянуты до самой талии, но из-за влажных ног, они неудобно собрались вокруг голеней. Кое-как распрямив их, я накинула на себя тунику и собрала волосы на макушке в огромный спутанный пучок.
― У нас остался еще небольшой кусочек мяса, черствый хлеб, немного ягод малины и вода, ― произнесла я, заглядывая в седельную сумку.
― Съешь все сама, тебе надо набираться сил, ― произнес певец, не глядя на меня. Он осторожно переворачивал веткой горящие деревяшки в костре.
― Ну, уж нет, Саф. Не надо геройствовать. Мы разделим наш скудный ужин вдвоем, а завтра уже что-нибудь придумаем, ― возразила я, передавая ему кусочек мяса. ― Ты умеешь ставить силки?
― Да, ― промямлил мужчина, с жадностью глотая еду. ― Было как-то дело, лет восемьдесят назад.
― Ну, тогда у тебя есть возможность освежить свои навыки, потому что завтра нам придется кого-нибудь поймать на обед. Если Иби придет с луком, то дела будут обстоять проще.
Сафиер недоуменно на меня посмотрел.
― Она же анипат, как она сможет подстрелить животное, которое будет с ней говорить?
― Ну, во-первых, она, как и Менталисты, может ставить заслон. Ты представь, чтобы случилось с ее мозгами, если бы она слушала каждое животное, которое ее окружает. Во-вторых, не сделает она, сделаю я. Стреляю я, конечно, не так метко, но думаю попасть в зайца все же смогу.
Расправившись с ужином, мы с Сафиером связали несколько нижних веток в подобии крыши и уселись поближе к костру, прижавшись друг к другу. Стикрут подошел к нам и улегся рядом. Было все еще холодно, но тепло наших тел все же немного согревало.
― Поспи, Ламара. Я покараулю, ― прошептал Сафиер. ― Ты эти дни мало спала.
― Спасибо, Саф. Если появится Иби…
― Я тебя разбужу, ― улыбнулся певец.
Я закрыла глаза и быстро провалилась в сон. Мне снились места, которые я прежде никогда не видела: большой черный замок, огромное дерево посреди пустыни, какой-то город с белами зданиями, просторный деревянный дом. Меня окружали новые звуки, ароматы, голоса людей.
Прилив прошел. Теперь ты сильна, как никогда раньше. Найди меня, Ламара. Ты же умная девочка.
Я вновь услышала этот знакомый женский голос. Мне хотелось ей что-то ответить. Даже не ответить, а спросить. Поинтересоваться, кто она и чего хочет от меня. Почему я должна ее искать? А самое главное, где? Все мои слова заглушил ее громкий смех. Все начало вращаться, мимо меня проносились какие-то города, деревни, тюрьма Картоксар, черный замок, пустыни…
― Ламара!
Мой разум быстрее меня узнал этот голос.
Иби.
Я распахнула глаза и подскочила на ноги. Было ранее утро. Не произнеся ни слова, я кинулась к своей сестре, которая уже слезала со своего коня. За ее спиной висел колчан со стрелами и лук, на поясе висел кинжал. На ней был черная форма и темно-зеленый плащ с капюшоном.
Мы с Иби подбежали и заключили друг друга в крепкие объятия.
― Слава богам, ― прохрипела я, отрываясь от нее. ― Ты цела!
― Я так волновалась! ― всхлипнула девушка. ― Нас встречали мама, Мирана и Фокс. Я оглянулась, посмотреть, где ты, но позади уже стоял густой лес, словно мы сразу очутились в самой чаще!
― Это вс-с-се магия лес-с-са, ― послышался голос Тизуры. Я только сейчас заметила присутствие гарпий.
― Тизура, Халива, ― обратилась я к ним. ― Спасибо, что привели мою сестру.
― Рады помочь, дитя пророчества, ― прошипела Халива.
― Когда мы приходили в этот лес впервые на поиски Мидолы, лес нас не путал, ― вспомнила я.
― Потому что тогда эти с-с-скорпские уродцы — С-стражники, не объявляли на нас охоту! ― с вызовом произнесла Тизура. ― Нас-с-с боялись и уважали, обх-х-одили стороной наши земли! Сюда являлис-с-сь лишь те, кого снедало любпытство или отъявленные смельчаки, которые считали, что они справятся с чарующей красотой гарпий.
― Мы с радо-с-с-с-стью принимали таких к себе в гости, ― хищно улыбнувшись, продолжила рассказ Халива. ― Но если это были невинные душ-ш-ши, мы их всегда отпус-с-скали! А эти С-с-стражники вдруг реш-ш-ш-или нас-с-с всех ис-с-стрибить! Они собираютс-с-ся в группы и разгуливают тут, портят наш-ш-шу природу, поэтому Лес-с-с Гарпий стал на защиту своих созданий! Мы даем им дос-с-стойный отпор, некоторых забираем с собой, другим удается уйти. Третьи же, убивают наш-ш-ших сес-с-стер и забирают их головы как трофеи! Подлецы!
― Грязные, трус-с-сливые промокаш-ш-ки! Изменники!
― Если бы мы могли, мы бы убивали всех-х-х С-стражников, но мы не имеем права трогать невинных.
Гарпии были в ярости. Это было видно по их раздувающимся ноздрям. Змеиные языки все чаще высовывались изо рта, а глаза горели в ночном свете.
― Тизура, Халива, простите, если я спрошу что-то лишнее, ― начала я.
― Спрашивай, дитя, ― прошипела темно-волосая красавица.
― У нас праведные люди отправляются во Дворцы Отромы, грешники в болота Скорпса, божественные дети в Бесконечные Пустыни, а что происходит с вами?