Малой. Книга 2 (СИ)
И на самой верхней полочке, закрытой отдельным кодом допуска, находились информационные кристаллы, пластинки с базами знаний и целая россыпь банковских чипов. Я решил позже изучить информацию на этих носителях. Ведь наверняка многие из этих чипов, а может быть и все были заблокированы.
Да, забыл упомянуть о самой крупной и самой неинтересной своей находке. В самом низу сейфа лежали бруски неизвестного мне металла голубоватого цвета. Я взял один из этих брусков в руки, вернее попытался взять, но не смог оторвать его от полки. Видимо, при размере с мой кулак весил брусок достаточно много. Странно. Лучше потом спрошу о этих брусках господина Умо.
Я сложил обратно в сейф все вещи и захлопнул его. Кстати, что-то долго никого нет. Они что, совсем обо мне забыли? Ну если забыли, то напомню о себе. Я выпил стакан воды, а то что-то в горле пересохло, и пешком направился в бар «Одиночка».
В баре царило явное оживление. Обычно в это время тут довольно-таки мало разумных. Видимо у людей был повод собраться здесь в послеобеденное время. Кто, как не бармен лучше всех знает, что случилось. Поэтому я сразу двинулся к нему. Видимо сегодня был день чудес. Жуман ничем не занимался. Он не обслуживал клиентов, не переливал свои напитки из одной тары в другую и даже не протирал бокалы, бесконечно добиваясь их чистоты. Он просто пялился во все глаза на прибывающих людей.
— Э, господин Жуман, — я всё-таки решился прервать его созерцание. — Скажите, а что это у вас сегодня происходит?
— Эх, Малой, — печально и несколько растерянно буркнул бармен, — сейчас меня беспокоят только вопроса: — куда бежать и где скрываться.
Жуман вновь вздохнул, да так, что все салфетки, лежащие перед ним на стойке, вмиг слетели вниз.
— У нас большие неприятности? — осторожно поинтересовался я. Заодно я пытался вспомнить, насколько хорошо охраняется мой дом.
— Ты называешь это просто неприятностями, — живо вскинулся бармен и принялся с яростью протирать свои любимые бокалы. — У нас не неприятности, малыш, у нас катастрофа.
Я начал оглядываться по сторонам, но никаких признаков катастрофы не обнаружил: — А что конкретно-то произошло? — спросил я унывающего мастера тарелок и стаканов.
— Вернулась семьи господина Умо. — продолжил он. — Нет, я ничего не имею против тихой и обаятельной жены нашего шефа, госпожи Лораны, и уж, не дай звёзды, против этих «удивительных» деток Лины и Рона. Но знай, мой юный любитель вкусных напитков, что спокойная жизнь в баре «Одиночка» подошла к концу.
Я совсем запутался в объяснениях нашего славного бармена. И всё же решил осторожно так уточнить, катастрофа уже наступила?
— Господин Жуман, я совершенно не вижу причины для паники, — убеждённо поведал я. — Ну приехала семья господина Умо, так это же хорошо.
— Наверное хорошо, — эхом повторил бармен. При этом всем своим видом он демонстрировал обратное. Жуман оторвался от своих бокалов, пристально на меня посмотрел и наконец уточнил: — Ты понимаешь, Малой, когда детки господина Умо собираются вместе, начинается жуткий кавардак. Они начинают активные игры в войну, берут в «плен» всех работников нашего бара и ведут нас на допрос. А наш добрый хозяин только смеётся и радуется тому, как резвятся его «малыши».
Жуман решился побольше рассказать мне о детских играх.
— Допрос, это ещё ничего, — пояснил он. — Есть вещи гораздо хуже простых «пыток». Например, выслеживание среди нас вражеского агента.
Бармен замолчал и огляделся с подозрением. Видимо, он тоже не раз был пойманным шпионом. Пальцы его стали дёргаться, и он тихо продолжил: — А ещё есть игры в подрывников-минёров. Тут уж каждый сам за себя.
Хотя рассказ доблестного шпиона Жумана заставил меня насторожиться, я всё-таки набрался решимости и решил поздороваться к этим монстрам чудесным детишкам. Но сделать это было весьма непросто. Доступ к своим родным и близким полностью перекрывал господин Умо. Он обнимал их всех по очереди и что-то с чувством рассказывал.
Не доходя до них пары шагов, я остановился и неуверенным голосом произнёс: — Добрый день, госпожа Лорана.
Потом я перевёл свой взгляд на двух ребят, чуть постарше меня, и поздоровался с ними: — Очень приятно с вами познакомится, Лина и Рон.
Умо, с неохотой отстранился от своих близких, повернулся ко мне и на его лице появилась улыбка. — Дорогая, — обратился он к жене, — позволь представить тебе самого замечательного техника и просто прекрасного человека. Малой. Именно он и его старшие друзья предупредили нас о возможном бедствии в Винзуре.
Невысокая, довольно упитанная женщина средних лет с живыми и добрыми глазами улыбнулась мне. Улыбка была так заразительна, что я поневоле начал улыбаться ей в ответ.
— Так вот ты какой, спаситель нашего посёлка, — мягко, нараспев произнесла она. — Настоящий герой. Благодарю тебя, малыш, за то, что мы можем обнимать и целовать нашего живого папу. Вот, Лина, посмотри какой хороший мальчик! Я сразу вижу, что из него вырастет прекрасный муж.
— Вот уж! — фыркнула от возмущения рыженькая девочка и конопушки на её лице стали ярче. — Подумаешь, предупредил он. Так что теперь, его сразу в мужья брать?
Умо и Лорана залились смехом, причём владелец бара смеялся так, что его гогот наверняка было слышно за сотню шагов. Госпожа Лорана посмеивалась звонко, с переливами.
— Ну, Малой, с дочкой ты уже познакомился, — как-то хитро сощурился Умо, — а теперь давай знакомится с моим сыном Роном.
Стоящий напротив меня мальчик был всего на несколько лет меня старше, вёл он себя сдержанно и солидно.
— Добрый день, Малой, — по-взрослому поздоровался он. — Очень приятно познакомится с тобой, надеюсь, мы с тобой подружимся. Я покажу тебе, во что мы тут с сестрой играем. Будем рады принять тебя в свою команду.
В эту секунду за стойкой бара на пол упали бокалы и разбились вдребезги.
— Жуман! Ты чего это сегодня такой неаккуратный? — обернулся на звон разбитых бокалов хозяин бара, — или ты это от радости?
Бармен как-то странно сморщился и ответил хозяину бара: — Да-да господин Умо. Это я от радости такой неуклюжий. Произносил эти фразы бедный бармен, глядя только на детишек Умо. Искренней радости от такой долгожданной встречи я почему-то не почувствовал.
— Я, конечно, тоже очень рад, но всё-таки не стоит от излишка чувств бить посуду, — подвёл итог наш великан.
Потом он повернулся ко мне и сказал уже серьёзно: — Малой, только что узнал. Завтра утром в Винзур приезжают твои старики. Они очень озабочены последними событиями в нашей столице. Да и мне необходимо с ними серьёзно поговорить.
— Хорошо, — задумчиво протянул я, — тогда буду их ждать.
Я присел за крайний столик и решил тщательно обдумать как лучше встретить моих учителей.
— Малой, — неожиданно прозвучало в моей голове. — Не вертись, а то ты так смешно со стороны выглядишь! — голос хихикнул. Я узнал его, это был голос Каримы.
— Солия, — ты меня испугала, — пробормотал я. — Где ты? Я тебя не вижу.
— Ай как невежливо, Малой, напоминать девушке о её возрасте, — моментально ответила она. — Уж лучше называй меня как раньше, Каримой. Кстати, теперь я могу общаться с тобой ментально или ты забыл? И можешь не шептать себе под нос. Просто думай о том, что ты хочешь мне сказать.
Я, тщательно проговаривая про себя, обратился к ней: — Прости, я не понял, о каком возрасте ты говоришь?
— Ну как же! Ты назвал меня планетой, возраст которой исчисляется миллионами лет. Я же предпочитаю в общении с тобой именоваться Каримой. Надеюсь, ты не против? — скороговоркой выпалила мне Карима.
— Конечно не против! Ты чего так неожиданно появилась-то? — поинтересовался я.
— Ах, Малой, — смеясь ответила мне она, — умеешь ты девушек запутать! Я тут пробежалась по всей Солии. Вот как я сказала! Планета пробежалась по планете! — тут девушка рассмеялась ещё сильнее.
«Видимо у неё очень хорошее настроение» — в этот момент подумал я.
— Настроение у меня великолепное — моментально подтвердила Карима. — Но я хотела сказать тебе совсем о другом.