Посольская школа. Душа Сокола (СИ)

Сокол замолчал на несколько мгновений, наблюдая, как лекарь вливает зелье в приоткрытый рот Франко и читает над ним заклинание.
— Я невольно стал оружием, которым его наказали, но я не жалею. Наша вражда закончена, его долг закрыт. 
— Зато у меня остались вопросы, — сказал глава клана и обернулся к лекарю. — Ну что там? Он придёт в себя?
— Должен, — заверил лекарь и влил ещё пару капель зелья. 
Франко застонал.
  
Глава 43. Признания Франко
 
В кармане Кеннета запищал артефакт-определитель магии. В соседних комнатах дома сработали глушилки. Разумный поступок воинов из отряда Линнея. Дар наводить морок у сильнейшего мага заблокирован, но швыряться огнём от боли и отчаяния он до сих пор в состоянии. 
— Не трогайте глаза руками, лин Гвидичи, — попросил лекарь, прижимая платок с каким-то зельем к его лицу. — Доберёмся до лазарета, я зашью вам веки, чтобы заживление пошло быстрее и легче. 
— Я ослеп? — хрипел он сорванным от крика голосом. — Я окончательно ослеп?
— Мне жаль, — ответил молодой лекарь. — Ожоги от кислоты слишком глубокие. Исцеляющая магия не в состоянии их обратить. 
Франко рычал и корчился на полу от злости. Плакать не мог, колдовать не мог, ненавидел весь мир вокруг молча. 
— Тебя взял в плен Клан Смерти, — объявил ему глава. — Обвинения предъявят после расследования, а пока ты будешь сидеть под замком.
— Не знаешь, что на меня повесить, Делири? — выдохнул остатки ярости и скривил губы брат.
— Мучаюсь от выбора. Столько вариантов. Где сейчас Верховная ведьма? Ты приложил руку к её исчезновению? 
— А кто-то ещё в трёх королевствах и двух империях способен на подобное? — Франко хотел расхохотаться, но из горла вырвалось только бульканье. — Зайти в королевские покои, взять Стану под руку и позволить ей вывести нас потайным ходом. 
— Ты морок навёл? — догадался глава клана. — Кем притворился?
— Собирался тобой, — улыбка брата по-прежнему выглядела безумной. — Хлебнул бы самогона для запаха, изобразил пьяного и полез Верховной ведьме под юбку. Но пришлось инквизитором Аринским. “Стана, любовь моя, я был не прав, зато всё осознал. Простишь ли ты меня когда-нибудь?” Дальше пригоршня женских слёз, крепкие объятия… Я позвал её на наше тайное место. Понятия не имел, куда, Аринский ходил порталами, но ведьма сама меня потащила. 
— Она жива? Где ты её держишь?
— В бывшем королевском зверинце, где раньше пряталась Дайна. Мой драгоценный брат поэтому оставил меня в живых? Ты приказал ему бояться за ведьму?
Младший Гвидичи дёрнулся, и старший повернул голову на звук.
— Фредерико, ты здесь? Подай голос, я уже не кусаюсь. Благодаря тебе. Наслаждаешься втихаря? Приятно было уродовать родного брата?
— А тебе, я смотрю, прогулка в бездну характер не исправила, — не стал молчать Сокол. — Продолжаешь со мной воевать?
Франко осёкся на вдохе. Несколько мгновений молчал, кусая губы, а потом ответил:
— Куда уж мне? Отвоевался. Передавай мою горячую благодарность ведьме-путеводу. Хотя нет, Эльвира не причём. И Плиний говорил не больше, чем он всем говорил. Я сам верил, я сам хотел занять то место, что мне полагается по силе дара. Шутка ли — чёрный уровень? Абсолют, как его называют в Элезии. Мощь, не ограниченная ничем. Разве справедливо, что на троне сидит такое ничтожество, как Дартмунд, а я морок на рынке навожу, чтобы украсть кусок хлеба?
В комнате повисла тишина. Магнус хмурился, опираясь на спинку кресла, Кеннет Делири отвёл взгляд. Что отвечать слепому магу, кроме того, что мир несправедлив? Мало родиться богатым, мало вырасти в знатной семье, мало быть одарённым так, что сама вселенная едва верит в твоё существование. Мало. Нужно что-то ещё. Но обычно ты быстрее понимаешь как не надо поступать, чем как надо.
— И потому ты решил помочь элезийцу уничтожить нашу магию и насадить свою? — спросил глава Клана Смерти. — Чтобы низвергнуть в грязь всех тех, кто мешал тебе подняться на вершину?
— Как ты ласково отозвался о простых людях, — усмехнулся Франко. — О тех, кому не повезло иметь в роду мага. “Низвергнуть в грязь”. Да, я хотел перекроить устоявшиеся порядки. 
 
— Но зачем? — Кеннет округлил глаза. — Я не понимаю, зачем? Ты же местный. Твоя сила тоже от наших богов, и она исчезнет.
— Представляешь, нет, — брат обнажил в улыбке зубы. — Главное преимущество чёрного уровня — он не привязан к воле богов, происхождению мира, ветвям дерева душ и так далее. Мне вообще всё равно, что принесли бы сюда иномирцы. Я сам по себе. 
Глава клана оглянулся на своего лучшего убийцу. Да, от таких откровений рот медленно открывался в немом удивлении. У чёрного уровня масса преимуществ. Дух захватывало, сколько. Но был один серьёзный недостаток. Учителя не найти, учебник не прочитать. А единственный человек, который мог хоть что-то объяснить, только что потерял зрение и возможность использовать дар.
— Тогда зачем тебе Стана? — продолжал допрос Кеннет Делири. — Если ты настолько самостоятелен и ни в чьём покровительстве не нуждаешься. Почему ты сначала плясал под дудку Плиния, а потом перешёл к Дартмунду?
Франко облизнул растрескавшиеся губы. У него жар поднимался. Лекарь хмурился и поглядывал на сундучок с зельями. Чудо, что пациент был настолько словоохотливым. Удивительно, как не бился в истерике и не проклинал своё увечье. Сила была у старшего Гвидичи, характер. Или он просто за двадцать лет привык терпеть даже самые невыносимые страдания? Относился к ним, как к части своей жизни.
— Деньги были нужны, — признался брат. — Я при всей своей одарённости устал пробивать лбом глухие стены. Постоянно переживать о безопасности, пропитании и возможности спокойно читать книги. Думаете, в королевскую бессалийскую академию без официальной регистрации мага так легко поступить? Вовсе нет.
— Стана, — напомнил Кеннет. — Не уходи далеко от темы. Как ты участвовал в заговоре диких ведьм?
— Не слишком активно, — Франко позволил лекарю поменять себе повязку на глазах и подложить под голову подушку. — Там Дартмунд развлекался. Я надеялся, что Лиана с сёстрами свергнут Верховную, как мог подливал масла в огонь будущего мятежа, но он сдулся. Проклятым ведьмам оказалось интереснее кусать друг друга, чем реально бороться за власть. Пришлось всё брать в свои руки. 
— Зачем тебе Фитоллия? Отомстить мне или брату? Разобраться с тем, что осталось на Проклятом острове? Разворошить убежище клана?
— Мимо, мимо и ещё раз мимо, — с тихим выдохом ответил сильнейший маг. — Не притворяйся, что не знаешь главного. Ты казнил Дайну, значит, в курсе изначальной затеи Плиния. Верховная ведьма нужна, чтобы оживить драконов. Так гласило пророчество.
— Но Стана бесполезна без круга. Она не может пополнять резерв, — вмешался Фредерико. 
— И поэтому я подставил Ведану, — ответил в пустоту Франко. — Чтобы Верховная, наконец-то, потеряла возможность колдовать. Её сила велика, а мне не хотелось затевать битву.
Никто по-прежнему ничего не понимал. Магнус и Витт переглядывались, Кеннет устало тёр лоб, а Фредерико сел ближе к лежащему на полу брату.
— Ты мечтал управлять ею. Сделать себе послушную ведьму-марионетку.
— О, ты прав, Фредерико, но даже не представляешь как именно.
— Похвастайся, — осторожно предложил глава клана. — Мы с удовольствием оценим. 
Франко улыбнулся, ёрзая на полу. Обезболивающее зелье действовало, лекарь ревностно следил за состоянием пациента, чтобы допрос мог идти дальше. Молодой, но дело своё знал. 
— Хорошо. Вам всё равно не пригодится. Эссенцию из сока дерева богини, смешанного с кровью дракона, ещё можно достать, но второго мага с чёрным уровнем — нет.
Кеннет приложил палец к губам, чтобы Фредерико молчал. Впервые Франко чего-то не знал о брате. 
— Наша магия несовместима с элезийской, если вы не забыли, — продолжал он. — А использовать нужно и ту, и другую. Я ввёл в кровь Верховной ведьмы немного эссенции. Прижилась она спокойно, можешь не бледнеть, Делири, правительница жива. Эссенция — универсальное вместилище энергии. Я вливаю её Стане, и она может колдовать даже со своим ущербным, не пополняемым резервом.