Посольская школа. Душа Сокола (СИ)
— Зелье местное? — жених впился в меня взглядом. — Да, странно, ты права, это хорошая зацепка. Покидать территорию школы мне лин Делири пока запретил, но с нашими-то ведьмами мне никто не мешает переговорить. Спасибо, Амелия. Видишь, сколько мы из твоего похода ниточек вытянули? Но постарайся больше так не подставляться. Хотя бы меня в следующий раз предупреди.
Вот и укол с толикой нотаций.
— Хорошо, — улыбнулась я. — Но не жди, что я буду сидеть сложа руки. Просто не смогу. Франко слишком близко подобрался к детям, Малия тоже постоянно рядом с ними. Мне не нравится такое соседство.
— И тем не менее, — с нажимом сказал Сокол. — Думай о себе и своей безопасности в перерывах между тревогами за детей. Полная школа охраны, о них есть, кому позаботиться. А если Франко подстроит тебе такую сцену, какая была у меня с Малией? Исключительно из вредности, желания мести и со словами “так не доставайся же ты никому”.
— Мы не знаем, как от него защититься, — ответила я вполголоса. — Если Франко снова захочет устроить нечто подобное, то противопоставить ему нечего. Я не хочу и не могу ходить по школе, пугаясь даже собственной тени. Но обещаю тебе быть осторожной.
Сокол так тяжело выдохнул, что чудом глаза не закатил.
— Я сейчас сяду разбирать корреспонденцию. Первым делом напишу Бояне, что ты согласен на эксперименты, — попыталась я поднять жениху настроение. — Чем скорее мы вернём тебе память и силу, тем больше шансов победить Франко Гвидичи.
— Да, зелье нужно начать пить как можно скорее, — мгновенно оживился он. — А теперь, лина Амелия, прошу прощения, мне нужно продолжить урок.
Я снова улыбнулась. Становилось забавно каждый раз, когда Сокол переходил на официальный тон. Мгновенно вспоминалось, как я отгораживалась от него вежливостью.
"Посмотрите, лин Сокол, я невозмутима и холодна, ваше обаяние не работает. Прекратите заигрывать!"
Но он не прекращал. Даже когда был вынужден обручиться с другой женщиной, нашёл силы на разговор со мной. Потому что не привык сдаваться. И Франко придётся с этим смириться.
Глава 7. Плохие новости
Глава 7. Плохие новости
Я вернулась в кабинет и засела за письма. Бояне написала короткое послание с согласием Сокола на участие в эксперименте. Попросила по возможности ускорить процесс, ссылаясь на нетерпение испытуемого. Я не знала, как много рассказывают невесте кланового мага, поэтому боялась выдать секреты главы.
— Дальше, папа, — пробормотала я и снова взалась за ручку.
Ему и Хельде Делири писала по поводу праздника инициации. Он приближался неумолимо, а для допуска к соревнованиям моих воспитанниц ещё не было сделано ровным счётом ничего. Ребятам разрешили участвовать, но я хотела большего.
Ответ от жены главы пришёл почти мгновенно. Лина Делири просила подождать.
“Нельзя сейчас давить на Совет, — настаивала она. — Мы только что забрали детей из семей. Старейшины злы и раздосадованы. Если прямо сейчас выдвинем им новые условия, поднимется бунт. Мне тоже не терпится переделать Клан Смерти, но мы должны быть терпеливыми. Любому ростку нужно время, чтобы окрепнуть”.
Я скомкала бумагу и закинула в урну. Терпение — это замечательно. Прекрасно, я бы сказала. Если бы не одно “но”.
Я тут из кожи вон лезла, чтобы донести до девочек, что они ничем не хуже парней. Боевой магии их Сокол учит, Ксанир по полигону гоняет на равных условиях. Работают они столько же, сколько ребята, а на выходе получат дырку от бублика. Что я им скажу? “Я видела, как вы стараетесь, но по политическим причинам отказываю вам в праве показать свои результаты. Мы не можем давить слишком сильно, у старейшин клана сердечки слабые, могут не выдержать!”
— Потрясающе! — хлопнула я ладонью по столешнице. — Росток, лина Хельда, поливать нужно. Сам собой он не вырастет!
Но отец был согласен с женой главы. Ни клан, ни мои воспитанницы пока не готовы к испытаниям на празднике инициации.
“Магнус считает, что нужно переждать год. Я думаю, он прав. Организуй работу школы по высшему классу, заполни все прорехи в знаниях учеников. А в следующем году привезёшь и мальчишек, и девчонок”.
— Вы сговорились? — зашипела я, и второе письмо тоже полетело в урну. — Неужели непонятно, что ждать мы не можем?
Я забрала детей у опекунов. Дала учебники и полигоны, чтобы учились и тренировались. Для сирот обучение в академии стало мечтой. Даже девочки робко шептались об этом по углам. Пусть они все пока не готовы. Пусть проиграют. Но нельзя отнимать у ребят шанс попробовать свои силы. Почувствовать себя такими же, как другие дети.
— Старейшин давно пора заменить, — бормотала под нос, составляя ответ для отца. — Если им так тяжело принимать перемены, то развитие в клане никогда не произойдёт. Так и будем ковать оружие и убивать по заказу. К чему все старания? Пусть сироты и дальше голодают, но живут при опекунах. Пусть девочек отдают замуж силком. Пусть женщины пылинки сдувают с изменщиков и тиранов, потому что иной жизни не знают. Терпение же такая замечательная добродетель! Знаю я ваше “потерпи”. Сначала год, потом два. Ещё десять, чтобы уж наверняка. А я тут буду лапшу на уши каждому новому набору вешать. “Вот-вот всё решим, вот-вот, уже почти”.
Нет, я на такое не подписывалась. Лина Хельда обещала мне поддержку, отец говорил, что будет помогать всеми силами. А когда пришло время действовать, в кусты спрятались?
— Мои воспитанницы будут участвовать в испытаниях в этом году, — нацарапала я в письме отцу.
Если понадобится, я сама к Гирону пойду. Он ведь не дурак. Должен понимать, что нам нужны изменения. Нужны сильные воины. Чем плохо, если они будут носить платья и длинные косы?
* * *Ведьмы построили посольство, будто ещё один дворец для Верховной. Колонны, лестницы, гигантский купол — всё из мрамора. Скульптуры полуобнажённых женщин могли смутить любую скромницу из Бессалии. Здесь так не одевались, не позволяли себе, но ведьмы были созданы, чтобы идти против правил. Это-то и заставляло Сокола подозревать каждую, если не в заговоре против действующей правительницы Фитоллии, то в помощи Франко. Особенно ведьму Шилу, хозяйку аптеки. Её имя стояло на пузырьке обезболивающего зелья, найденного в спальне Малии.
— Тёмных ночей, — поприветствовал её Сокол под перезвон колокольчика, подвешенного над дверью.
Чёрноволосая красавица в платье оливкового оттенка вышла из-за стойки и улыбнулась воину Клана Смерти.
— Ясного неба. Лин Сокол, если я не ошибаюсь? Чем могу быть полезна главе охраны нашего посольства?
Репутация мешала быть незаметным и напрочь уничтожала эффект неожиданности. Сокол заставил себя улыбнуться в ответ, настраиваясь на роль первого бабника Фитоллии. Лёгкого, несерьёзного и разговаривающего, кажется, одними шутками.
— Дезинфицировать душевные раны я предпочитаю исключительно красным фитоллийским, а тело на такой приятной во всех отношениях службе давно забыло, что такое меч врага. Скучно только. Покрываюсь тут плесенью, изнываю без женского внимания. Что скажете, лучезарная лина, найдётся для утомлённого путника пара живительных капель-минут вашего драгоценного времени?
Посетителей в аптеке не было, Шила тоже скучала. По замыслу Веданы торговать предполагалось на всю Бессалию, соблазняя местных запрещёнными Инквизицией зельями. Территория посольства по дипломатическим законам была фактически территорией Фитоллии. Здесь ни один инквизитор не имел права даже косо посмотреть ни на одну ведьму, но проблемы пришли, откуда не ждали. Пока Ведана сидела в королевской тюрьме, ворота для гостей посольства закрыли. А дипломатам, членам их семей и работникам школы лекарства были нужны не так часто.
— Отчего же не поболтать с интересным мужчиной? — Шила кокетливо откинула кудрявые волосы за спину и стрельнула в Сокола глазами. — У меня и красное фитоллийское есть. Душевные раны вредно оставлять без внимания. Что гнетёт такого прославленного воина? Не верю я в недостаток у вас женской ласки, хоть убивайте. Покажите мне ту дурочку, что посмела бы вам отказать.