Отбор невест для драконьего принца: провести и не влюбиться (СИ)

Я в очередной раз услышала щелчок за ухом – у меня снова открылся рот. Петрова заерзала рядом. Значит, принца сослали сюда не за ухлестывания за барышнями… В конце концов, излишняя любвеобильность никогда не была настолько серьезной проблемой, чтобы выбрасывать сыновей из жизни. А вот магия – магия была. Дракон, который владеет ею, становится непредсказуемым и опасным, и лучше держать его подальше, например, в крошечном Тансворте, который не на всякой карте отыщешь. Если его испепелит дотла, то этого никто и не заметит.
- Верно, - кивнул Эжен. – Он велел мне сидеть здесь и не высовываться. Видите ли, беда в том, что я могу вспыхнуть. Моя магия и драконья кровь находятся в очень шатком равновесии, и я… - он сделал паузу и горячо и искренне признался: - Я хочу владеть своими силами. Полностью владеть. Не жить в постоянном страхе за себя и за других, не заглушать этот страх выпивкой и бабами. Помогите мне. Научите меня.
Он замолчал, и несколько минут в гостиной было очень тихо. Гаспар пристально смотрел на принца, сплетя пальцы в замок на колене, а я всеми силами хотела оказаться как можно дальше отсюда. Наконец, Гаспар откинулся на спинку кресла и произнес:
- Я никогда не думал, что буду кого-то учить магии, ваше высочество. Почему бы и не начать это делать?
***
Потом про нас как-то забыли. Мужчины ушли в библиотеку обсуждать свои новые дела, а мы посидели еще немного и подались на выход. Идти пешком от садов Алейны, да еще и ночью – сомнительное удовольствие, но на наше счастье по дороге ехал последний извозчик.
Вскоре мы были дома. Бекон сидел у порога, рядом с ним лежал недоеденный эскалоп богатырских размеров. Увидев нас, кот подтолкнул к нам мясо и негромко муркнул: дескать, подзаправьтесь, гулены вы этакие. Кто еще о вас позаботится, кроме несчастного котика, голодающего сиротинушки?
- Спасибо, Бекон, за доброту, за ласку, - вздохнула Петрова и призналась: – Я готова проспать неделю. Не понимаю, как держусь на ногах.
- Не получится, - сказала я, открывая дверь в свою комнату. - Завтра у нас примерка платьев. Гутта, должно быть, шьет, не покладая рук.
Петрова вынула из глубокого кармана своих широких штанов смятые цветочные стебельки и добавила:
- И нам еще протрезвлять Макса и внушать ему вечное отвращение к спиртному. Дел немало, одним словом.
И мы разошлись спать – чтобы проснуться в шесть утра по будильнику, привести себя в порядок, слегка перекусить и отправиться к Гутте. За то время, которое мы провели на кладбище и в подземелье, горожане успели опомниться и смириться с тем, что участницы отбора уже получили приглашения. В городе было спокойно. Единственное, что атаковали девицы и мамаши – модные лавки. На отбор невест съедется множество достойных и благородных гостей: вчера с утра мы отправили студентов на почту рассылать письма - и только дура будет хлопать ушами, а не попробует найти в этой толпе жениха. Возле мастерской Гутты отирались зеваки – эти были исключительно мужского пола и очень хотели увидеть платья из бабочек и лилий. Гутта это прекрасно понимала и наглухо задернула шторы.
Пауль открыл нам дверь – мальчик держал в руке бутерброд с ветчиной и выглядел спокойным и счастливым. Каким еще можно быть, когда у тебя в руке бутерброд, а в душе покой? Сейчас, поздоровавшись с ним и пройдя в мастерскую, я обрадовалась тому, что Эжен все-таки начал отбор невест. Будь иначе, Гутта уже могла бы потерять сына. Кажется, Петрова прочитала мои мысли, потому что негромко сказала:
- Что бог ни делает, все к лучшему. Если бы нам не понадобилась Гутта, то кто знает, что бы уже могло случиться с Паулем.
Мы прошли в примерочную. Там царила веселая суета. Шесть девиц стояли, раскинув руки, и Гутта суетилась, надевая на них почти готовые платья. Кожа девушек была покрыта мерцающим золотым кремом, и бабочки, почувствовав его, раскрывали тонкие крылышки и засыпали. От удивленного восторга мы даже рты открыли. Платья были похожи на жемчужные облака, стекавшие по девичьим телам цветочными лепестками и крыльями бабочек и застывавшие на полу потоками лавы. Гутта действительно была прекрасной швеей: я не сильно разбиралась в высокой моде, но не сомневалась, что платья на отборе невест для Эжена не уступят столичным.
 
Девушки щебетали и смеялись, глядя на себя в высокие зеркала. Все они сейчас были похожи на сказочных фей, прилетевших в мастерскую. Даже Джен сейчас выглядела довольной.
- Отец сказал, что выпорет меня, если я откажусь от участия, - с грустью призналась она. – А мама добавила, что выгонит из дому. Поэтому я сейчас здесь.
- Но платье-то красивое, - ободряюще улыбнулась я, и Джен улыбнулась в ответ.
- Оно пока единственное, что примиряет меня со всем этим.
Глядя на участниц отбора невест, я почему-то подумала о том, что Берт вчера не предложил нам заночевать в садах Алейны, и мысль об этом уколола меня довольно сильно. Мы две девушки, которые вышли из дома ночью – с нами ведь всякое могло случиться. Покосившись на Петрову, я подумала, что это всякое скорее случилось бы с тем, кто попробует встать на пути у орчанки, чья фигура стремится к идеальной в геометрическом понимании, но все же.
Стоило мне подумать о Берте, как с улицы послышалось негромкое ворчание мобиля.
- Принц! Это его высочество! – девушки бросились было к окну, но Гутта, которая открывала очередную коробку с бабочками, рыкнула, словно генерал на плацу:
- А ну на место! Примерка еще не закончена!
Расстроенные участницы вернулись на свои места, и Гутта принялась закреплять очередную бабочку на плече Кейт. Вскоре послышались шаги, и в примерочную заглянул Берт. Я сразу же стала старательно делать вид, что мне все равно, что он приехал – и тотчас же возмущенно заметила, что мне и должно быть все равно, и незачем так нервничать.
Дракон никогда не обратит внимания на девушку-полуэльфа, особенно, с таким лицом и волосами, как у меня. Поэтому незачем выдергивать себе нервы – у меня и так есть, на что их потратить.
- Доброе утро, девушки! – произнес Берт и улыбнулся: было видно, что платья пришлись ему по душе. – Гутта, это прекрасно! Вы удивительная швея и модельер. Никогда не думали о карьере в столице?
Гутта смущенно улыбнулась и отвела глаза. Я вспомнила, как когда-то ее бывший муж говорил, что она никому и никогда не будет нужна, и ее удел – штопать носки. Берт обернулся к нам с Петровой и спросил:
- Куда вы вчера убежали? Я приказал приготовить для вас спальни, пришел в гостиную, а вас и след простыл.
Мы с Петровой переглянулись. Надо же, вот как. У меня в груди вдруг разлилось тепло. Нет-нет, не надо так смотреть на Берта и не надо думать о том, что…
- Прекрасные платья, правда? – спросила Петрова. Берт с улыбкой кивнул; Гутта закрепила последнюю бабочку, довольно осмотрела девушек и приказала:
- Отвернитесь, ваша милость.
Берт послушно отвернулся и даже закрыл глаза. Гутта похлопала в ладоши, и платья стекли с девичьих тел водопадом лилий и бабочек. Еще один хлопок – и они оказались на манекенах. Кажется, примерка прошла отлично.
- Не убегайте сейчас, Лана, - негромко попросил Берт. – Я хочу поговорить с вами.
Глава 5
После того, как мы вышли из мастерской, Петрова отправилась заваривать свою конскую травку и покупать хлебное вино, чтобы навеки отвадить Макса от выпивки, а мы с Бертом неторопливо побрели по улице, и я чувствовала, как в груди разливается тепло.
- Вы очень быстро работаете, - похвалил Берт. – Не ожидал такого от провинции, думал, мы и до осени не управимся.
- Приглашения для гостей разосланы, - ответила я. – Шесть достойных образованных девиц отобраны для участия. Платья, как вы могли видеть, уже пошиты. С Максом осталось немного повозиться, но в пятницу, как вы и планировали, мы уже начнем отбор. В субботу лабиринт Сфинкса встретит участниц, загадки мы как раз готовим.
Для этого нам с Петровой пришлось проползти на брюхе через множество приключений, и я не сомневалась, что у нас еще много всякого впереди. Берт едва уловимо улыбнулся, и я подумала, что ему идет улыбка. Словно бы огонек вспыхивал в его душе, озаряя ее до краешка… но кажется, я об этом уже упоминала.