За каменными вратами (СИ)
— Но нам нужно попасть в Шед! Мы ищем Орден Кенхи.
— А нас это не трогает и не интересует. Хоть бы вы были самой Белой Ведьмой Шайдана! У нас приказ и всё тут! Уходите восвояси, а не то мои парни быстро приделают вам крылья! — командир и его подчинённые заржали точно кони, представив, видимо, как из путников покачиваясь торчат стрелы с перьями на манер крыльев.
— Дайте я поучу этих курв манерам! — зарычал Робродох и вскинул на плечо Дубину Гармака.
— Не надо! Ты и дойти до них не успеешь как в тебя воткнётся одно из этих “копий”!
— Что же нам делать, Саша?
— Не знаю. Нужно отдохнуть. Предлагаю разбить лагерь неподалёку — может позже, что и изменится.
Компания расположилась у деревьев, прямо напротив блокпоста. Солдаты вначале с недоверием поглядывали на соседей, но потом, попривыкнув, перестали обращать на них внимание и занялись своими делами.
Друзья тем временем разожгли костёр, перекусили приготовленным на нём глухарём и улеглись вокруг пламени. Альфек рассказывал какие-то истории-небылицы, здоровяк Робродох похрапывал, облокотившись на ствол ели и прижав к груди свою громадную булаву, Тейлина обгладывала уже напрочь лишённую мяса и жил птичью кость. Саша смотрел на языки пламени и делал вид, что слушает болтовню старика-травника, а сам перебирал в голове варианты пересечения границы. А тем временем стемнело.
Вдруг где-то совсем рядом послышался громовой рык. Солдаты Шайдана испугавшись вскочили на ноги, сбились в кучу и ощетинились остриями мечей, бердышей и стрел, точно ёж колючками. Их соседи тоже насторожились.
Захрустели сухие ветки валежника, кто-то очень большой и тяжёлый приближался из густой тьмы лесной чащи. Послышался грозный рёв — это был медведь.
— Судя по голосище, — заметил Робродох, — это зверь. И весьма крупный!
— Гигантский медведь! — завопил Альфек, — Я же говорил, что они существуют!
— Вот же пропасть! Я с каменным еле справился, неужели есть ещё больше?
В этот момент из леса вырвался огромный зверь. Чёрная шерсть скрывала монстра во тьме и поэтому трудно было понять насколько он велик. Тейлине показалось, что зверь был большим как гора, что он возвышался над деревьями. Медведь повернул морду к костру путников и на мгновение они увидели огромные зубы и яростные глаза хищника. У медведя были необычайно длинные лапы, а с шерсти на снег капала кровь. Зверь услышал шорох со стороны заставы и бросился к солдатам. Вояки разлетелись в стороны точно щепки от топора дровосека. Послышался дикий крик боли, в зубах монстра скрылась голова коренастого командира, а затем зверь вместе со своей жертвой исчез во тьме, ломая по дороге молодые деревца и хрустя снегом.
— Вот это да… — вздохнул Саша.
— Я, кажется, испачкал исподнее, — пробормотал старик Альфек.
— А я, по-моему, со страху косточку проглотила.
Они стояли ошарашенные произошедшим, со страхом вглядываясь во тьму. В конце концов Робродох, отойдя от шока сплюнул и прошептал:
— Друзья, а ведь мишка нам одолжение сделал. Дорога ведь теперь свободна!
— Не поспоришь. Только как-то идти туда мне не хочется, по крайней мере по темноте.
— Думаю нужно заночевать здесь. Будем дежурить по очереди. Когда посветлеет — отправимся в путь.
Первым на дежурство заступил Робродох, он шагал между вековыми елями изредка размахивая своим оружием, чтобы согреться. Мороз усилился, и здоровяк сел у костра, чтобы подбросить хвороста.
— Хорошо же ты стоишь на страже, — услышал Робродох сквозь сон, здоровяк поднял глаза и увидел Тейлину. — Ложись — теперь моя очередь.
Всё дежурство Тейлины медведя слышно не было, зато небо разгорелось такими яркими красками, что у девушки захватило дух. Оранжевые, зелёные и синие полосы то вспыхивали, то гасли; на небе то появлялось подобие северного сияния, то вспыхивали огненные шары и круги. Тейлина заворожённая светопреставлением вначале не услышала нежного звона, доносившегося со стороны границы с Шайданом. Но звон приблизился, стал чётче, и девушка насторожилась. Звон был мелодичный высокий, точно кто-то звенел маленькими бубенчиками.
— Я слышала странный звук, — сказала Тейлина Саше, когда настала его очередь заступать в караул, — тихий такой нежный звон.
— Ты, наверное, хотела спать, вот и привиделось. Да ещё мороз. Кто знает, может ветка о сосульки стучит или ещё что-нибудь такое. Ты ложись отдыхай, я вас разбужу, и мы отправимся в путь.
Саша сидел, подкидывая сухие ветки и мох в огонь, он прислушивался, но так и не услышал ни звуков страшного хищника, ни бубенцов.
Через час-другой небо вдруг вспыхнуло и в Сияющем Мире наступил день. Вместе со светом пришёл снег. Огромные мохнатые хлопья падали на землю, кружась в затейливом вальсе. Снег покрывал лапы елей белыми шапками, насыпал сугробы. Путники отправились дальше.
На том месте, где недавно стояли солдаты темнело кровавое пятно на снегу и валялось брошенное оружие. Путники шли по дороге, которую под снегом выдавали лишь редкие плетни у обочин. Альфек и Тейлина развлекались тем, что угадывали следы.
— Вот, смотри, — прищурив подслеповатые глаза, говорил старик, — лисьи следы. Плутовка почти замела их хвостом. А вон сумчатый волк — характерные углубления от когтей.
Вдруг Тейлина остановилась как вкопанная, уставившись на снег перед собой.
— А это чьи следы?
Перед путниками пролегала вереница крупных углублений, каждое сантиметров по семьдесят в длину. Следы были человечьи, но только очень большие.
— Йети! — вдруг радостно воскликнул Саша, — Я знал, что он существует!
— Кто? — удивился Робродох, — Какой ещё йети?
— Ну снежный человек! Вы что никогда о нём не слышали? Это такой огромный обросший шерстью мужик.
— По описанию вылитый мой старший брат — Анирок! — рассмеялся Робродох. — Только ты забыл ещё добавить: невероятно вонючий.
— Не-е-ет, йети — это легенда в нашем мире! Многие люди ищут его в горах и лесах, но пока что доказательств существования этого существа никто предоставить не смог.
— Как бы там ни было, — усмехнулся Альфек, — хорошо, что эта тварь прошла мимо, потому что я бы не хотел с ней встречаться!
Прошло много времени. Они медленно пробирались через перемёты, почти по пояс в снегу. Впереди шагал Робродох, прокладывая колею для спутников.
— Вы слышали? — Тейлина вздрогнула и прислушалась.
— Что случилось, Тейл?
— Снова этот звук — будто бубенцы.
— Лично я ничего не слышал, — зевая сказал Робродох. — Никаких бубенцов. Я уже долгое время слышу только как завывает ветер в ветвях деревьев и думаю о тёплом очаге.
— Да, мне тоже холодно, — поддержал здоровяка Альфек, — одежда выданная Мередионом хоть и тёплая, но здешние морозы просто лютые. Нам бы найти какое-нибудь селение чтобы погреться. А ещё бы не помешал стаканчик горячего вина…
— И сочный поджаристый кусок телятинки!
— Кушать очень хочется, я бы сейчас всего телёнка съела!
— Нам нужно найти какое-никакое пристанище, — обындевелыми губами прошептал Саша, — иначе мы просто замёрзнем насмерть.
— Смотрите! — радостно закричал Робродох, — Там за деревьями, кажется, хижина. Может там живёт лесник или травник? Пойдёмте посмотрим?
Здоровяк завернул колею в сторону избушки и остальные послушно побрели за ним, стуча зубами от холода.
Бревенчатая изба была очень старая, но это не помешало путникам заметить, как искусно были вырезаны ставни и конёк. Дверь была не заперта, и замёрзшие гости завалились в сени всей толпой.
Внутри было сумрачно. В углу стояла большая круглая глиняная печь. Было видно, что печь не топили уже очень давно, потому что среди покрытых льдом углей и золы торчали почерневшие шляпки грибов, а труба была полна льда и снега.
— Видимо избушка заброшена. Оно и к лучшему! Отдохнём здесь и отправимся дальше.
— Я, пожалуй, — Робродох почесал затылок, глядя на заледеневшую печь, — займусь очагом: притащу дров и хвороста, да попробую растопить лёд.