За каменными вратами (СИ)

— Кто ты?
— Я это ты, глупышка, — ответил слегка насмешливый голос, — я твоя сущность, твоя история, твоё прошлое и… будущее.
— Ты врёшь мне! Это всё дракон! Это он путает мои мысли!
— Нет, Юля. Я Нейлентин. И ты тоже… Только ты этого не знаешь. Ты Белая Ведьма Шайдана. Ты обладаешь силой, огромным могуществом и невероятными способностями. Тебя боится всё королевство Шайдан, и знают все за его пределами. От одного упоминания о тебе у крестьян и знати подкашиваются ноги и отнимаются руки.
— Где ты? Покажись сейчас же!
— Хм… Выйди к озеру и я покажусь.
Юля вышла из избы.
— Теперь подойди ближе к воде, — продолжал голос.
Юля подошла к тихой озёрной глади. Вокруг по-прежнему никого не было.
— Где же ты?
— Посмотри в воду, глупышка.
Юля наклонилась и посмотрела в озёрные воды. В мутной воде она увидела своё отражение. Она рассматривала своё лицо, трогала белые как снег волосы. Вдруг отражение подмигнуло и рассмеялось. Юля от неожиданности и испуга вскочила и отбежала от воды.
— Ну что? — поинтересовался голос, — Увидела меня?
— Но как такое возможно?
— Человеческий мозг способен и не на такое!
— То есть теперь мы обе живём в одной голове?
— Именно, глупышка.
— А может, я просто схожу с ума? Может это всё болезнь и яд каерасти?
— Сходишь и конечно виноват яд. Но это не отменяет того, что ты всего лишь моё альте эго. Я первая и я была в начале.
— Допустим, но тебе придётся смириться с тем, что теперь ты здесь не полновластная хозяйка.
— К сожалению… я с тобой согласна. И теперь нам надо как-то сосуществовать иначе мы просто не выживем.
— Что ты предлагаешь?
— Твои друзья в беде, а меня преследует дракон. Я хотела бы избавиться от его влияния, а ты помочь Саше и компании. Так давай же поможем друг другу?
— И как же мы это сделаем?
— Для начала, нужно вернуться в мою крепость — Шед, думаю твой друг уже там.
— И как мы это сделаем?
— Наша сила возросла, думаю, мы сможем переместиться туда. Но сначала нужно поесть, отдохнуть и я научу тебя пользоваться нашей силой — вдруг я отключусь, и тебе придётся выкарабкиваться самостоятельно. Кстати можешь звать меня Нейл.
Девушка вернулась в избу и Нейлентин начала обучение. Для начала она показала Юле, как разжечь огонь в печи без огнива и спичек. Юля провела рукой перед подпечком, заполненным поленьями и они сами собой вспыхнули. Девушка закипятила воды и налила в чашку травяного чаю, составленного Нейлентин из запасов хозяина дома.
— Интересно в чьём мы доме хозяйничаем? — сказала Юля.
— Это хижина дяди Сашиной подружки — Тейлины.
— Подружки?
— Ах да… Они теперь крутят шуры-муры.
Юля отодвинула чашку от губ и поставила на стол, её губки надулись, а брови насупились.
— Не огорчайся. На самом деле его можно понять — она красива, а ты не дружишь с головой.
— Я не огорчаюсь.
— Не забывай, что я у тебя в голове и хотя я сейчас и не управляю телом в полной мере, но я могу читать твои мысли.
— Почему всё так произошло? Зачем я появилась, зачем влюбилась в Сашу?
— Вини во всём Эурекхона, по его воле я потеряла память и переместилась в иной мир.
— Чёртова ящерица! Взять бы его за крылья раскрутить, да как шмякнуть о стену!
– Ха-ха-ха! — рассмеялась Нейлентин, — Да, я на тебя плохо влияю!
Они обе замолчали и принялись пить чай.
— Расскажи о себе… о нас… побольше, — попросила Юля, — хочу знать.
– “Ну, я была простой девушкой. Симпатичной, кстати. Знаешь, ведь мне сейчас должно было быть шестьдесят пять лет.
В юности ко мне приставали сельские парни, проходу не давали. Двое сватались, но отец обоих отвадил, считая их голодранцами. Отец всегда был человеком деловитым и расчётливым, и, мне кажется, не любил меня по-настоящему. Дочь для него была лишь инструментом для получения материальных благ.
Мне всегда завидовали девушки. Потом ко мне посватался настоящий принц, отцу отвесили серебра по моему весу, он был счастлив. И стала бы я законной королевой Шайдана, да только во дворцах змей не меньше чем за его пределами. Меня изуродовали и почти убили. Суженный отказался от меня, впрочем, как и родной отец. Я умирала, мучаясь от ожогов и сердечных терзаний. Я уже была готова пойти в лес, чтобы меня загрызли дикие звери, но появился Эурекхон. Я посчитала, что, наконец, судьба решила меня вознаградить за муки и несправедливость. Но я сильно ошибалась. Я сидела в замке Шед в полном одиночестве и вспоминала детство, как я ловила стрекоз у прудика возле отцовской мельницы, пряталась за мешками с мукой от кузины Вирги, как таскала бублики, отложенные на продажу у тётушки Силвии. Я плакала, и некому было меня утешить. И тогда я возненавидела мир. Чтобы развлечься, я отправилась в округу Малки и поставила стол рядом с трактом, шедшим через лес. То направление было не слишком людным, но редкие путники проходили там. Я приманивала их, очаровывала, а затем убивала, самыми изощрёнными методами. Зло росло в моём сердце вместе с моей силой.
 
Однажды я встретила путника и пригласила его за стол. Я подала ему жареных перепелов с картошкой и кружку сладкого вина. Он отведал угощение, но к вину не притронулся, как будто знал, что в нем сон-трава. Он расспрашивал меня о жизни и рассказывал, о своих странствиях. Мы проговорили много часов подряд, и тогда я поняла, что он тот, кого мне послала судьба вместо принца Паля. Он был добрый, какой-то простой и честный. У него были красивые глаза и волнистые волосы. А руки, это не были руки рабочего человека, хотя, о чём я позже узнала, он не боялся работы. Я не использовала на нём ворожбу или чтение мыслей, мы и так понимали друг друга с полуслова, и он не хотел уходить. Я называла его моим принцем. Мы решили поселиться в Шайдане. Он работал, а я занималась хозяйством, будто заправская деревенская клуша. Вечерами мы любили ходить на речку ужинать, зажигали свечи и наполняли кубки вином. А затем целовались. Мы прожили душа в душу два года, и это были лучшие два года в моей жизни. К сожалению, у нас не было детей, и это меня волновало.
Всё было хорошо, только в последние несколько месяцев нашей совместной жизни, я заметила, что Виктор стал часто уходить в лес. Он часами сидел на поваленном дереве в полном одиночестве и просто глядел в чащу. Если я приходила, то он тут же менялся, становился обычным весёлым и приветливым. Но я понимала, что что-то происходит, его мысли заняты какими-то важными проблемами. Я пыталась выяснить, что с ним происходит, но он каждый раз уходил от ответа. Мне не нравилось, что он скрывает от меня свои проблемы, и я решила прочитать его мысли. Я подкралась к нему, когда он снова ушёл в лес. Он просто сидел и глядел перед собой. Я попыталась проникнуть в его голову, но меня будто бы током ударило, я даже не удержалась на ногах и упала. Виктор услышал и обернулся. У него был удивлённый вид, он посмотрел на меня с неким недоверием или даже вопросом. Но затем он будто бы снова одел свою маску безмятежности и, приблизившись ко мне, поинтересовался, не ушиблась ли я. После этого случая он перестал уходить в лес.
Мне всё это очень не нравилось, я желала разгадать эту загадку. Однажды, когда он отправился на работу, я решила покопаться в его вещах. Ничего предосудительного, типа писем любовнице, я не нашла, зато обнаружила странную штуку. Это был цилиндр с квадратным отверстием”.
— Так ведь это ключ от врат в мой мир!
–“Теперь я это знаю, но тогда не знала. Я только взяла в руки эту штуку, и Виктор тут же вошёл в комнату. Точнее ворвался. Он был зол, мы тогда впервые поругались. Он запретил мне трогать эту вещь. Я обиделась и не говорила с ним до конца дня.
А затем он исчез. Внезапно без объяснений и предпосылок. Его просто не стало. Я обыскала всю округу, расспросила жителей близлежащих сёл, но ничего не выяснила. Я тогда не на шутку рассвирепела! Решив, что он ушёл к другой, я поклялась найти его и уничтожить. Мне было плохо, и я отпустила свою силу на свободу. Не помню, как называлась та деревенька. Я пришла и просто заморозила всё на несколько миль вокруг. Люди и животные, трава и деревья покрылись инеем. Я кричала и выплёскивала волны зла, а вокруг меня вырастали ледяные шипы и кружились снежинки. Когда я немного успокоилась и оглянулась, то увидела, что стою посреди ледяной пустыни, вокруг меня истуканами торчали закоченевшие фигурки людей. До сих пор помню нескольких замёрзших детей, они играли на улице и даже не успели понять, что произошло. Я ненавижу себя за это… Но тогда мне было плевать, я смеялась и прыгала от радости. Люди до сих пор не живут там, считают, что то место проклято”.