Мир, изменивший драконов (СИ)

Все еще продолжающийся отпуск щедро дарил возможность гулять по Набережной, не спеша есть мороженное, купаться в море и смотреть фильмы, причем, когда захочу и сколько захочу. Мне даже начало казаться, что я вернулась к нормальной жизни. Если бы не одно «но». Каждый день я ловила себя на мысли, что постоянно сравниваю свой мир с Ал’Вааром, думаю о нем… и о Нем. Янгор тоже не выходил у меня из головы, хотя я отчаянно гнала его оттуда самыми различными способами. Даже с парнями пыталась флиртовать, чтобы переключить свое внимание! Но по прошествии десяти минут сбегала от своей же жертвы, понимая (но из вредности не принимая) простую истину: Ян лучше. Лучше любого и каждого. Лучше загорелого мачо с пляжа, один взгляд которого заставлял других девчонок визжать от восторга. Лучше продавца мороженного с бесподобным чувством юмора и просто потрясающей харизмой. Лучше случайного прохожего, в которого я врезалась, когда шла, задрав голову и пытаясь рассмотреть солнечный диск. Лучше… Ромы.
Он, кстати, так и не объявился. Конечно, поговорить с ним по душам стоило, но для того, чтобы остыть после нашей последней беседы, ему требовалось время. И я не лезла. Мимо автосервиса старалась проходить очень быстро, чтобы не попасться ему на глаза. Однако, двери гаража оставались плотно закрытыми, что начинало меня беспокоить. Звонить Роме даже не пыталась, боясь окончательно разрушить нашу дружбу, которой я так дорожила. И уж тем более я не совалась к нему домой. Правда, осторожно расспрашивала соседей о его состоянии. Никто не замечал в нем изменений, разве что работу забросил. Но отдыхать тоже надо! Работал-то он без выходных. В общем, всеми правдами и неправдами я старалась успокоить себя и доказать, что ничего страшного не произошло и все еще вернется на круги своя. Только верилось в это с трудом. Но надежда умирает последней. А Драконова Надежда — тем более!
…Сегодняшний день не отличался от трех предыдущих ровным счетом ничем. Так же светило солнце, так же непередаваемо-восхитительно бодрил вкус и аромат кофе, так же аппетитно хрустела слойка, купленная в ближайшем магазине, и даже реклама, прерывающая очередную сопливую мелодраму по телевизору, так же невозможно бесила.
Я откусила краешек слоеного теста, отпила из огромной, пол-литровой кружки горячий напиток, закрыла глаза от удовольствия и… чуть не подавилась, когда сверху донесся грохот падающего стула.
— Пушок! Ну ё-моё! — всплеснула я руками и двинулась в спальню, уже зная что там увижу.
Вопреки ожиданиям, комната оказалась пуста. И я бы в это поверила, если бы не была архимагом. Чужое присутствие ощущалось так же четко, как и вкус малиновой слойки, которую пришлось отложить.
— Здравствуйте, Тьеш! — поздоровалась я с пустотой.
— Здравствуй Таня, — донеслось от шкафа. — Давно не виделись.
— Разве?
— Больше месяца.
— Как?! — мои глаза полезли на лоб. Со стороны Терры разница в ходе времени скорее шокировала, нежели радовала.
— Я пришел за тобой, — не церемонясь, отрезал маг алнов.
— Почему я вас не вижу? Где Пушок?
— Он здесь. Просто ваш дневной свет перекрывает все проявления нашего мира.
— Ясно. Привет, Пушок, — я махнула рукой на звук голоса и поймала себя на мысли, что со стороны это выглядит, как будто я разговариваю со шкафом.
— Таня, я…
— Война в разгаре?
— Да, — в голосе ална послышалась горечь. — Первые добрались до Асмэйна. На всех землях идут сражения.
— Каковы потери в Зокрихане?
— Четверть.
— Чего? Людей? — мое сердце пропустило удар.
— Земель.
— Фух.
— И треть армии.
— Что?!
— Драконы не остановятся, пока не вернут себе весь мир.
— Но до Шестой Войны с ними же как-то можно было договориться, раз люди в Ал’Вааре остались.
— Седьмая Война особенная. Она замешана на мести. И ты это понимаешь, Таня. Вернись к нам!
— Неужели невозможно справиться без меня? Объедините Силы. Вы же сами говорили, что вас, сильнейших, аж семеро вместе с Янгором. А если привлечь сюда всех учеников и тех, кто хоть немного владеет магией — да вас там целая армия наберется!
 
— Неужели ты думаешь, что я бы пришел сюда, если бы мы не испробовали все возможности?
— Думаю. По-любому вас подослал Ян.
— Ни ард, ни Азърохан, ни любой другой человек не знает, что я вхож в твой мир. Помнишь про секрет о способностях драхэндов?
— А зачем тогда вы…?
— Ты нужна Ал’Ваару. И даже не потому, что ты — архимаг.
— А вот с этого места поподробнее, пожалуйста, — напряглась я, усаживаясь на кровать.
— Помнишь, я говорил о вкусе твоей магии?
— Да, горький, кажется.
— Именно, как у драконов. Но магия Первых остается горькой при любых обстоятельствах. А твоя… У нее есть привкус. Терпкий, как у горисила.
— Это что еще такое?
— Ты узнаешь его по свету в ночи, исходящему от огромного красного цветка на высокой ножке. Для простых людей это обычное растение, но в руках магов он становится кладом. Если не срывать весь цветок, а взять с него лишь один-два лепестка и съесть, либо приложить к больному месту, очень скоро ощущается прилив сил, затягиваются раны и излечиваются самые тяжелые болезни. Но найти его не просто. Слишком уж ценный цветок, этот горисил. Да и активировать его не каждый может — знания нужны.
— Зачем вы мне все это рассказываете?
— А затем, что кажется мне, что терпкий привкус твоей магии имеет ту же природу. Ты не только владеешь огромной Силой, но и можешь делиться ей с другими.
— Типа батарейка магическая, что ли? — ляпнула я, не подумав.
— Прости, я не знаю, о чем ты.
— Поняла, говорю, вас! — и немного пожевав губу, добавила: — Но в Ал’Ваар не вернусь.
— Что ж… Я сделал все, что мог. Больше я в твой мир не приду. Но если ты все же решишь вернуться, тебе следует поторопиться.
— Не решу, — я сжала кулаки и вскочила на ноги, припомнив обиду и предательство Яна.
— Прощай, Таня.
— Прощайте, Тьеш. Как там Янгор? — вырвалось у меня уже вдогонку, когда ощущение чужого присутствия начало ослабевать, а покалывание в пальцах почти исчезло.
— Ранен. Пытаемся спасти, — донеслось до меня эхом.
Мои ноги подкосились, и я едва успела извернуться, чтобы приземлиться не на пол, а обратно на кровать. В глазах потемнело. «Ранен. Пытаемся спасти» — слова звучали в голове в такт бешено колотящемуся сердцу. Руки заледенели настолько, что я с трудом смогла разжать кулаки. Мысли роились в бешеной круговерти, но мне никак не удавалось понять: что же делать дальше. Наконец, немного придя в себя и в мгновение ока слетев по лестнице на первый этаж, я отыскала свой телефон и вцепилась в него мертвой хваткой. Кому первому звонить? Родителям или подруге? Думай, Таня… Выключить панику! Включить мозги!
Гудки…
— Алло, мам, меня срочно отзывают из отпуска. Я нужна шефу в командировке.
— Но ты же только вернулась.
— Двойной оклад плюс неделя отпуска, мамуль. Можно и поработать! — тяжело добавлять в голос нотки радости, когда на душе черным-черно.
— Дело твое. Когда уезжаешь?
— Прямо сейчас.
— И откуда такая срочность?
— Сама в шоке, мам. Но ехать надо.
— Ясно. Звони почаще.
— А вот с этим проблемы. Мы будем на объекте в глухой тайге, там связи нет. Но при первой же возможности, позвоню.
— Береги себя, дочь.
— Я люблю тебя! И папу! — пришлось собрать всю свою волю, чтобы не расплакаться прямо в трубку.
— И мы тебя любим, родная.
Я отключила телефон и до боли закусила губу, стараясь восстановить неровное дыхание. Время не терпело. Каждая минута на Терре, в Ал’Варе превращалась в двенадцать. И каждая из этих двенадцати могла стать последней в жизни Яна.
— Чем ты думала, дура, когда сбегала оттуда накануне войны? — сквозь зубы процедила я самой себе, набирая второй номер.
Гудки…
— Слушаю.
— Аль, я обратно, — ситуация требовала исключить любые предисловия и лирические отступления. Коротко и ясно.